Как белогвардейцы поднимали советскую нефтепромышленность

К 85-й годовщине казни главы Азнефти А.П. Серебровского

С момента своего провозглашения 28 мая 1918 года, Азербайджанская Демократическая Республика (АДР) заняла позицию нейтралитета в Гражданской войне в соседней России, опасаясь агрессии со стороны господствовавших на Северном Кавказе белогвардейцев - сторонников «единой и неделимой России» в рамках прежней царской империи. Благодаря дипломатии и стечению обстоятельств, прямых столкновений с белогвардейцами АДР удавалось избегать.

Но белогвардейцы все же появились в Азербайджане в марте 1920 г., когда потерпели катастрофическое поражение на Северном Кавказе. В Баку на кораблях Каспийской флотилии прибыли беженцы. Часть солдат и офицеров сошла на берег, другие, не договорившись с правительством АДР об условиях сдачи, ушли на кораблях в Иран, под защиту британцев. Через считанные недели, в Азербайджан вошли красные, и белогвардейцами, послушно явившимися на объявленную большевиками регистрацию, занялся Особый отдел 11-й Красной Армии. Кого-то расстреляли, кого-то, подержав на острове Наргин, отправили в концлагерь в Рязани.

Однако спустя более чем год, на улицах Баку снова появились белогвардейцы, причем в еще большем количестве. На этот раз это были врангелевцы, осенью 1920 года эвакуировавшиеся из Крыма в Турцию. И привели их в уже советский Азербайджан, уже в качестве рабочих-нефтяников, усилия председателя правления «Азнефти» - знаменитого Александра Павловича Серебровского (1884-1938). Сама эта история, которая могла бы стать основой сценария голливудского боевика, была практически неизвестной до 2015 года, пока по инициативе историка нефтяной промышленности Ю.В.Евдошенко не были опубликованы воспоминания Серебровского «На нефтяном фронте».

У нас этого человека знают в основном как организатора советской нефтяной промышленности в Баку, но это был человек с богатой биографией профессионального революционера. Он шел в первых рядах знаменитой демонстрации рабочих в «Кровавое воскресенье» 1905 года, участвовал в подготовке восстания во Владивостоке в 1907-м, штурмовал Зимний дворец в 1917-м. За 15 лет подпольной работы полиция арестовывала его 9 раз, он отсидел 4 года в тюрьме, совершил 4 побега, почти 5 лет прожил в эмиграции, при этом закончил в Брюсселе на французском языке высшее техническое образование, прерванное ранее в России исключением из университета как неблагонадежного студента.

И еще, Серебровский обладал недюжинными задатками дипломата и бизнесмена. В то время, как «истинные» большевики брезговали общаться с «акулами капитализма», Серебровский мог с ними договориться ради интересов Советской власти.

В 1921 году, когда РСФСР и АзССР еще не были признаны в Европе, он прибыл в Константинополь (Стамбул), где в то время хозяйничали страны Антанты, с первым советским танкером и удачно продал там нефть французской фирме, вызвав ажиотаж на европейском рынке нефтепродуктов. Тем самым была пробита экономическая блокада вокруг России. На выручку от нефтяных контрактов, Серебровский сделал закупки технического оборудования и продовольствия для бакинских промыслов.

Но у него была и другая секретная миссия — агитация врангелевских солдат за репатриацию, которая давно велась в Константинополе. Тем самым Москва желала разложить врангелевскую армию, которую белые могли снова двинуть на Россию (например, в то время обсуждались планы высадки белого десанта на Дону). Первые репатрианты вернулись уже через несколько месяцев после разгрома Врангеля, в феврале 1921 г. Всего же, в 1921 году в Россию вернулось 121843 белоэмигранта, а до 1931 года — 181432.

Но у Серебровского, как у главы нефтяной промышленности Азербайджана, в этом процессе был свой интерес. Баку испытывал кадровый голод: на нефтепромыслах не хватало рабочих рук, так как число рабочих нефтяников с 1916 г. упало с 52 до 23 тысяч. «Находясь в лагерях, под надзором, без оружия, в плохих условиях жизни, при тяжелом режиме, врангелевские солдаты тяготились своим фактическим пленом и рвались обратно домой», - вспоминал впоследствии Серебровский, увидевший в них человеческий ресурс для «Азнефти».

Идея эта первоначально была встречена в штыки российским руководством. Так, уже после прибытия первых репатриантов, Политбюро ЦК РКП(б) 5 апреля 1921 года приняло решение «о недопущении в РСФСР врангелевцев». В.Ленин тоже был против, но из экономических соображений — он считал, что «нелепо увеличивать число рабочих [«Азнефти»], пока меньшее их число не обеспечено одежей и хлебом».

Однако Серебровскому удалось переубедить Ленина, который после некоторых колебаний одобрил идею отправить в Баку несколько тысяч репатриантов «после хорошей их фильтровки». Свое «благословение» дали также И.Сталин и С.Орджоникидзе. И уже во вторую свою поездку в Стамбул в июле 1921 года, Серебровский вместе с женой завязали связи с врангелевскими солдатами, посещали лагеря интернированных, создали из рядовых белогвардейцев (!) коммунистическую партийную ячейку. Серебровский «даже организовал там митинг, где агитировал за возвращение домой».

За это он чуть не поплатился головой, когда озлобленные против большевистского агитатора казацкие офицеры набросились на него с шашками наголо. Он еле отбился от них, и то с помощью французских солдат-охранников, которые приняли знающего французский язык Серебровского за бывшего бойца французского Иностранного Легиона.

В другой раз, вспоминал Серебровский, белые генералы Кутепов и Врангель «подняли шум у английского командования... И англичане решили арестовать меня и мою жену. Однако, в гостинице, где мы жили, мальчик-лифтер предупредил нас, что полиция ждет меня в номере. Мы поднялись этажом выше, а затем спустились по другой лестнице и вышли на улицу».

Понятно, что англичане отреагировали главным образом не на жалобы маргинальных эмигрантов, а на ущемление интересов британской нефтяной компании «Шелл». Продажа нефтепродуктов французам, причем на 20% ниже, чем предлагали англичане, была демпинговым ходом, который вызвал обвинения в экономическом «корсарстве» и не всеми был правильно оценен в Москве, но сразу же сделал Россию игроком на рынке.

По той же причине, вероятно, Александр Павлович сумел расположить к себе верховного французского комиссара в Стамбуле, хотя у француза были и другие мотивы: «Почтенный генерал сначала не мог понять, какая ему выгода отпустить этих бездельников и тунеядцев, как он называл врангелевских солдат, ругаясь, что приходится республике тратить огромные деньги на их содержание. Когда же он понял, что можно этих дармоедов сплавить с рук, а довольствие будет выписываться до конца года и, стало быть, возможна весьма выгодная для командования комбинация, тогда он пришел в восторг, благодарил меня и мы быстро договорились».

Результатом договоренности было предоставление в распоряжение Серебровского парохода «Решид-паша» для перевозки репатриантов в любой советский порт Черного моря с запасом продовольствия на десять дней. Серебровский также получил пропуск во все лагеря русских эмигрантов и приказ комиссара о том, чтобы командование не ставило никаких препятствий для желающих вернуться на родину солдат и казаков.

«Офицеров я брать отказался»,- кратко заметил Серебровский, не уточняя мотива. Возможное объяснение можно найти в современных публикациях о судьбе репатриантов этой волны. В феврале и апреле 1921 г. тот же пароход «Решид-Паша» уже отвозил в Новороссийск и Одессу две группы врангелевцев в 1500 и 2500 человек. «Как общее правило, все офицеры и военные чиновники расстреливались немедленно по прибытии. Из вернувшихся в Новороссийск расстреляно 500, в Одессе — также 30%. То же касается и мелких партий репатриантов, например, из состава партии в 180 человек, прибывшей в мае из Варны в Новороссийск, офицеры были отделены и тут же расстреляны. Встречаются также данные, что из вернувшихся из эмиграции 3500 человек расстреляно 894», - отмечает историк С.Волков.

Понятно, что расстрел офицеров вряд ли настроил бы позитивно будущих рабочих «Азнефти», и Серебровский это изначально учел. Возможно, по той же причине пароход направился не в Одессу или Новороссийск, а в грузинский Батуми, где их принимал представитель «Азнефти». Впрочем, некоторое количество бывших белых офицеров на работу в «Азнефть» все же попали, но вероятно, с другими партиями репатриантов. Во всяком случае, по данным С.Волкова, в 1928 году в «Азнефти» еще работали 74 бывших офицера-белогвардейца.

Прибывшим врангелевским солдатам было дано право выбрать своего коменданта поезда и своих старших на каждый вагон. «Затем эшелонами без всякой охраны они поехали в Баку, где их немедленно поставили на работу. Они оказались прекрасными работниками и не пожелали по миновании двухлетнего срока оставлять бакинские нефтяные промыслы. Многие выписали свои семьи и остались в Азербайджане навсегда, некоторые из них вступили в партию».

Первая партия репатриантов в июле 1921 года пополнила «Азнефть» 2.752 рабочими. После второй партии в «Азнефти» были уже 4.418 врангелевца, что «до некоторой степени ослабило кризис с рабочей силой». После третьей и четвертой нефтяная промышленность Баку была «обеспечена 8.000 молодыми и сильными рабочими».

В отличие от групп репатриантов, которые возвращались в неизвестность, полагаясь на туманные обещания большевистских агитаторов, они имели договоренность с Серебровским «работать на промыслах два года, имея разрешение после этого ехать куда угодно. В их удостоверениях они просили не указывать, что они – врангелевцы; так и было сделано».

В июле рабочим «Азнефти» было выдано закупленные за границей белье, обмундирование и обувь. Нефтяником поступило и купленное в Константинополе продовольствие.

Хорошее снабжение нефтяников помогло Серебровскому завербовать многих рабочих из Петрограда, с Путиловского завода, из Сормова. «Много охотников поработать» приехало в 1920-е годы из голодающего Поволжья, Самарской, Саратовской, Пензенской губерний. Тысячи немцев Поволжья успешно работали в нашей нефтяной промышленности вплоть до высылки в октябре 1941 года. В работу «Азнефти» постепенно вовлекалось и местное азербайджанское население.

Серебровский отмечал про новых работников «Азнефти», что «знаний им, конечно, не хватало. Их нужно было учить, чтобы сделать настоящими работниками, людьми, овладевшими техникой». Для этого была создана целая сеть школ для рабочих: технические школы, вечерние курсы и собственный втуз. В результате «из бывших врангелевских солдат, из волжских плотников, «прямых потомков Стеньки Разина», удалось создать «таких бурильщиков, для которых американские темпы и методы бурения не представляли ничего недоступного и они стали бурить с настоящими американскими скоростями».

Серебровский покинул Баку в 1926 году и, возможно, по этой причине дает в своих воспоминаниях достаточно благостную картину жизни бывших врангелевцев в Баку. На самом же деле, они с самого начала были под контролем спецслужб, о чем он и сам вскользь упоминает: «Это была чрезвычайно трудная операция, которая грозила большими неприятностями, если бы не было заранее тов. Кировым сделано все, чтобы обезопасить ее от всевозможных осложнений. Очень хорошо помню работу, которую проделали тт. Берия и Багиров через подведомственные им органы, как внимательно смотрел Киров за размещением врангелевцев, за их настроением. Тов. Багиров чуть ли не каждый день докладывал ему об этом, и благодаря мерам, принятым ими, вся эта огромная рабочая сила была освоена и никаких недоразумений, кроме единичных, тут не произошло».

Нефтепромышленность Баку была поднята из руин трудом тех людей, которых Советская власть, мягко говоря, недолюбливала. И, когда они перестали быть нужны советской экономике, в октябре 1927 года все бывшие офицеры Добровольческой армии были выселены из Баку. В 1928 году из «Азнефти» уволили еще остававшихся там 74 офицеров. В 1930-1931 гг. в «Азнефти» репрессировали старых инженеров, как «вредителей». В конце 1930-х дошла очередь и до остальных работников, чем-то подозрительных или неугодных. В 1941 году были отправлены в казахстанские степи приглашенные Серебровским немцы. Сколько всего работников «Азнефти» пострадало во время чисток в 1920-30-х гг., еще предстоит узнать из архивов, которые до сих пор остаются закрытыми для исследователей.

Сам же Серебровский, будучи заместителем наркома тяжелой промышленности, был расстрелян 10 февраля 1938 года после 15-минутного суда, признавшись в том, что являлся провокатором царской охранки, членом центра антисоветской диверсионно-террористической организации правых, шпионом и террористом. Потребовалось 18 лет, чтобы его реабилитировали (посмертно). Его имя еще около трех десятилетий носил нынешний бакинский поселок Карачухур, но с 1990-х годов Серебровский уже почти забыт (на мой взгляд, незаслуженно)...

Эльдар Зейналов

10 февраля 2023 г.

«Наши депутаты отражают настроения патриархальной провинции»

Проблема ранних браков не теряет актуальности в нашей стране. И в последнее время много говорится о том, что надо усилить борьбу с этим негативным явлением. В конце прошлого года председатель Государственного комитета по проблемам семьи, женщин и детей Бахар Мурадова напомнила, что сейчас в Азербайджане иногда разрешается создавать семьи в 17 лет. Но, как подчеркнула она, в законодательстве брачный возраст должен быть однозначно установлен в 18 лет, не должно быть никаких исключений.

«У нас есть выражения «детский брак» и «ранний брак». Если мы устраним исключения, применяемые к 17-летнему возрасту, выражение «ранний брак» исчезнет», – сказала Мурадова.

Предложения по отмене снижения брачного возраста на год, которое возможно при исключительных случаях, были подготовлены и переданы в Милли Меджлис Азербайджана.

Данное решение и ситуацию с ранними браками в Азербайджане "Зеркалу" прокомментировал глава Правозащитного центра Азербайджана (ПЦА) Эльдар Зейналов:

– Основная причина, по которой молодая пара желает заключить брак до установленного законом порога в 18 лет — это беременность. И возможность таких ситуаций заложена в законодательстве. С одной стороны, уголовно не наказуемы половые сношения с лицами в возрасте старше 16 лет, которые вполне могут привести к беременности. С другой стороны, в возрасте между 16 и 18 годами заключение брака запрещено. Хотя пылкий «Ромео» в данном случае и не подлежит уголовной ответственности, но забеременевшая девушка оказывается вне брака, что считается особенно позорным в патриархальном сельском обществе. То есть сексом заниматься в возрасте 16-17 лет законом не запрещено, можно и ребенка родить, но нельзя поселиться вместе и вести совместное хозяйство.

На этот исключительный случай, законом и предусматривается возможность снижения брачного возраста на 1 год для Ромео и Джульетты.

Другая ситуация подпадает под Уголовный Кодекс: малолетнюю девушку, порой даже моложе запретных 16 лет, соблазняет или насилует педофил, с теми же последствиями для нее. Чтобы избежать позора для жертвы, ее семья идет на сговор с педофилом и представляет ситуацию как взаимную любовь, добиваясь регистрации отношений в официальном порядке через ЗАГС или мечеть. Такой исход щекотливой ситуации устраивает и правоохранителей, от которых в качестве показателя успешной работы требуется уменьшение числа зарегистрированных жалоб на сексуальное насилие.

Поэтому предусмотренное Семейным Кодексом исключение становится нормой и лазейкой для того, чтобы обойти закон, к удовлетворению преступников. Борьба с насилием и педофилией превращается в имитацию, так как такого рода преступления просто не регистрируются.

Если же это положение будет исключено из законодательства, то это не уничтожит ранние браки как явление. Это лишь приведет к росту суицидов среди жертв, а то и даст импульс преступной индустрии по подделке документов о рождении.

Решение же состоит в том, что наши правоохранители должны перестать гнаться за гладкими отчетами и должны принимать бескомпромиссные меры против педофилов и их пособников (даже родителей), а также тех, кто любит бросать камни в жертв сексуального насилия, которые якобы «сами виноваты». Власти должны озаботиться тем, как помогать жертвам насилия в такой ситуации, вплоть до создания убежищ-шелтеров и специальных программ поддержки. А учителя должны оставить свое ханжество и найти нужный тон для просвещения школьников о проблемах в области насилия против женщин и детей и путях их избежать или пережить.

Это, с одной стороны, очевидно и просто. Ведь есть прекрасные законы, защищающие половую неприкосновенность, частную жизнь, детство, и всего-то надо начать их неуклонно исполнять. Тем более что иные госслужащие именно за это и получают зарплату. Но если учитель сожительствует с малолетней ученицей, если родители принуждают своего ребенка к браку с насильником, если полицейский порицает жертву насилию и не принимает от нее заявления о преступлении, то причина гораздо глубже, чем кажется.

Ведь, чего греха таить: многие из международных конвенций воспринимаются нашими чиновниками, да и значительной частью общественности как что-то чуждое нашему менталитету, как принудительный довесок к возможности записаться в европейцы. Характерный пример — скандальная ситуация с т.н. «Стамбульской конвенцией» (Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием), в которой на основе европейского опыта прописаны нормы для борьбы с насилием против женщин, включая и ранние браки.

Так, например, статья 37 Конвенции требует от страны-участницы, чтобы она приняла «необходимые законодательные или иные меры для обеспечения того, чтобы намеренное поведение в виде принуждения … ребенка к вступлению в брак преследовалось в уголовном порядке», без какой-либо оговорки о возможности примирения с насильником или ухода от уголовной ответственности ввиду заключения брака насильника с жертвой. Браки, заключенные насильственно, должны быть «признаны недействительными, аннулированы или быть расторгнутыми без необоснованного финансового или административного обременения в отношении жертвы» (ст.32).

Статья 26 требует, чтобы «при предоставлении защиты и услуг по поддержке жертв должным образом учитывались права и потребности детей — жертв всех форм насилия». Должны приниматься «необходимые законодательные или иные меры по защите прав и интересов жертв, включая их особые потребности в качестве свидетелей, на всех этапах расследования и судебного разбирательства» (ст.56). В частности, меры по защите частной жизни и личности жертвы, избежание контакта в помещении суда и правоохранительного органа между жертвами и лицами, совершившими акты насилия, возможность свидетельствовать, в соответствии с нормами, предусмотренными во внутреннем праве, в суде без личного участия или, по крайней мере, без присутствия лица, которое, как предполагается, совершило акты насилия, в частности, благодаря использованию соответствующих коммуникационных технологий (а у нас они имеются).

Совершение правонарушения членом семьи, лицом, проживающим вместе с жертвой, или лицом, которое злоупотребило своими полномочиями, или против лица, которое в силу определенных обстоятельств является уязвимым, или против ребенка или в присутствии ребенка, по Конвенции, должно, безусловно, считаться отягчающим вину обстоятельством (ст.46). Абсолютно неприемлемыми, по ст.42 Конвенции, считаются преступления, «во имя чести», когда акт насилия, оправдывается утверждениями о том, что жертва нарушила культурные, религиозные, социальные или традиционные нормы или обычаи соответствующего поведения.

Во всех этих нормах нет ничего такого, что бы противоречило Конституции Азербайджана. Однако именно наша страна стала одной из трех в Европе, которые не только не ратифицировали, но даже и не подписали эту конвенцию. Наши соседи — Армения и Грузия, уже являются участниками этой Конвенции.

Это однозначно доказывает, что принятие норм, препятствующих ранним бракам, педофилии, домашнему насилию, встречает решительную оппозицию со стороны законодательной власти. Депутаты парламента, таким образом, отражают настроения нашей патриархальной провинции, где до сих пор считается нормой прерывать учебу девушек-старшеклассниц, выдавая их замуж в 16-17 лет, а то и раньше, и тем самым ломая им жизнь.

Остается надеяться, что постепенное пополнение парламента и структур исполнительной власти людьми с европейским мышлением сдвинет скрипучую «арбу» сознания тех, кто ответственен за терпимость к ранним бракам.

Автор: Эля Бельская 

Дата: 2023/01/29, 12:14 

https://zerkalo.az/nashi-deputaty-otrazhayut-nastroeniya-patriarhalnoj-provintsii/

Это уже похоже на «самоблокаду»

Правозащитник: Наивно рассчитывать, что прагматичный Евросоюз наложит санкции
01/25/2023

Ситуация вокруг Лачинского коридора фактически находится в тупике. Азербайджанская сторона четко повторяет свою позицию (допуск азербайджанских специалистов к рудным месторождениям в нагорной части Карабаха, и вывод с этой территории всех вооруженных армян), Армения тем временем успешно раскручивает тему «блокады, голода, гуманитарного кризиса» и настраивает западный истеблишмент против официального Баку. Уже есть резолюция Европарламента с призывом «разблокировать Лачинский коридор», на очереди рассмотрение этого вопроса на идущей сейчас зимней сессии ПАСЕ.

А что дальше? Не дойдет ли в конце концов до того, что Европейский Союз примет решение о введении санкций против Азербайджана именно из-за той ситуации, которая наблюдается более 40 дней в Лачинском коридоре, и о которой они имеют представление со слов армян (тут, кстати, надо отметить, что это может быть и результатом слабых усилий азербайджанской дипломатии на европейском направлении)? Есть такая вероятность? В какой ситуации окажется тогда наша страна? И кто этому обрадуется? Наверное, только Кремль. Ведь подсанкционный и соответствующе настроенный официальный Баку может легче пойти на поводу у Москвы в разных других вопросах.

Своими мыслями на этот счет согласился поделиться с Пресс-клубом директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов:

— На мой взгляд, нужно было изначально не морозить экоактивистов на Лачинской дороге, а использовать другие способы наблюдения за использованием полезных ископаемых. Например, можно было бы использовать снимки со спутников и мирные дроны для ежедневных облетов этих территорий и ведения наблюдения за месторождениями. В конце концов, есть и Совместный российско-турецкий центр мониторинга, который неизвестно чем занят, но в данном случае мог бы использовать свои средства контроля, раз уж миротворцы по какой-то своей причине не хотят пропускать на подконтрольную им территорию безоружных азербайджанских госчиновников и экоактивистов. По меньшей мере, одну из заявленных задач мониторинга — контроль за прекращением разработки месторождений, такой мониторинг бы выполнил, причем без опасности для жизни наблюдателей.

Понятно, что никакой «ленинградской блокадой» со стороны экоактивистов, эта акция не является. И дело не в том, что в обоих направлениях свободно ездят автомашины РМК и МККК. Но ведь ни через этот пост, ни в обход его даже не пытаются прорваться жители Карабаха, якобы «голодающие» и «умирающие» в результате «геноцидальной» акции. Это уже похоже на «самоблокаду».

Для контраста, сравним эту картину хотя бы с теми инцидентами, когда в обход наших полицейских заслонов в недавно освобожденные и пока еще не разминированные районы прорываются азербайджанцы. Их штрафуют и сажают под арест, кто-то подрывается на минах, теряя там здоровье и жизни — но прорываются!.. А в «Лачинском коридоре», за исключением недавней истории с хитроватым армянином, наведавшимся к нашим солдатам за куревом, таких инцидентов не происходит — даже после известного решения Евросуда о необходимости обеспечить безопасное движение по этой дороге.

Это может означать только одно: руководству сепаратистов акция азербайджанских экологов пришлась по вкусу, вписавшись в ту информационную войну, которую они ведут все время после Трехстороннего заявления о прекращении огня, пытаясь доказать, что населению Карабаха якобы грозит истребление со стороны победителей. Раньше армянское руководство было вынуждено обсуждать вопросы делимитации армяно-азербайджанской границы, высказывало намерение завершить работу над мирным договором к концу 2022 г. А сейчас, пользуясь изначально слабой информированностью Европы, дан старт новой шумной кампании о «блокаде», «голоде», «умирающих больных», «гуманитарной катастрофе».

И ведь удалось же этим шумом заслонить разграбление Арменией природных богатств Карабаха — ту проблему, к которой экоактивисты пытались привлечь внимание Европы. Когда речь идет о «гуманитарной катастрофе» и «голодающих детях», то вряд ли кто-то заинтересуется тем, кто, откуда и куда возит руду за тридевять земель от Брюсселя и Страсбурга. Помните, у Достоевского: «Счастье всего мира не стоит одной слезы на щеке невинного ребёнка»?.. Закономерно, что в результате акции нескольких десятков безоружных активистов с плакатами, ее организаторы дождались из европейских столиц заявлений и резолюций, осуждающих не экотеррор в Карабахе со стороны Армении, а несуществующую «блокаду» со стороны Азербайджана.

Это напоминает мне конец 1992 г., когда после захвата армянскими войсками Шуши и Лачина, Конгресс США «907-й поправкой к Акту поддержки свободы» ввел санкции против не Армении, а Азербайджана. Возможно, нынешняя кампания Еревана о «гуманитарной катастрофе» тоже рассчитана на что-то подобное. Но за прошедшие с тех времен три десятка лет политическая и экономическая ситуация в регионе существенно поменялась, и наивно рассчитывать, что прагматичный Евросоюз наложит санкции на страну, воспринимаемую как серьезный партнер в снабжении Европы энергоносителями. Своей деятельностью в ОДКБ, союзничеством с Россией и поддержкой ее политики в отношении войны в Украине, Армения сильно подмочила свой имидж. Да и Азербайджан, как показывают последние годы, под давлением односторонней критики и угроз со стороны Запада закономерно отклоняется в сторону России. Не стоит думать, что в случае гипотетических санкций против Азербайджана он поведет себя иначе, чем обычно.

Рауф Оруджев

https://pressklub.az/eksklyuziv/eto-uzhe-pohozhe-na-samoblokadu/