Онлайн- барьер: удастся ли защитить детей в цифровом мире?

Дети и подростки проводят в виртуальном мире все больше времени, и могут получать там, как полезную, так и вредную, опасную для их психического и физического здоровья информацию. Особенно это касается социальных сетей, алгоритмы которых могут навязывать деструктивный контент.

В нашей стране уже давно велись обсуждения возможности ограничения использования несовершеннолетними таких платформ. Недавно Милли Меджлис в третьем чтении принял законопроект, предусматривающий поправки в Кодекс об административных проступках, а также в законы «Об информации, информатизации и защите информации» и «О защите детей от вредной информации».

В результате будут внедрены новые правила для интернет-пространства. Главной причиной для этих изменений стали растущие угрозы для несовершеннолетних в сети: кибербуллинг, онлайн-шантаж, вымогательства, а также доступ подростков к сценам насилия. Законодатели рассчитывают, что возрастной ценз позволит оградить детей от подобного, а также от действий сетевых мошенников.

Лицам младше 16 лет создание аккаунтов в соцсетях запретят, а подростки в возрасте от 16 до 18 лет смогут регистрироваться только с разрешения родителей или законных опекунов.

Азербайджан здесь идет в русле глобальных трендов, хотя единого мирового стандарта нет. Первой страной, полностью запретившей соцсети для детей младше 16 лет, стала Австралия. В Евросоюзе же единый закон еще только обсуждается: глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен планирует в сентябре представить общеевропейскую инициативу по возрастным ограничениям.

Пока Брюссель действует через регуляторные механизмы: Европейская комиссия провела расследование, показавшее, что принадлежащие Meta платформы Instagram и Facebook нарушают закон ЕС о цифровых услугах (DSA), из-за рисков для психического и физического здоровья пользователей, особенно детей и подростков. Выяснилось, что компания не провела надлежащую оценку рисков, связанных с такими функциями, как бесконечная лента (infinite scroll), автоматическое воспроизведение видео (autoplay), push-уведомления и высоко персонализированные алгоритмы рекомендаций, а также не внедрила эффективные меры по их снижению.

Согласно азербайджанским поправкам, для проверки возраста планируется применять отправку кодов подтверждения на электронную почту или мобильный телефон, а также тестовое списание средств с банковской карты с последующим полным возвратом. Для пользователей от 16 до 18 лет должны быть установлены стандартные настройки конфиденциальности, скрыта геолокация и заблокирован контент, наносящий вред физическому и психическому здоровью или вызывающий зависимость. Срок технического вмешательства по удалению вредоносного контента не должен превышать 24 часов с момента обнаружения. Запрещено хранить собранные для проверки данные, передавать их третьим лицам или использовать в коммерческих целях и для таргетированной рекламы. За нарушения для должностных лиц предусмотрены штрафы от 6 000 до 10 000 манатов, а для юридических лиц – от 15 000 до 50 000 манатов.

Комментируя данное решение, глава Правозащитного Центра Азербайджана Эльдар Зейналов озвучил свое мнение по поводу нового закона:

«С тем, что некоторые соцсети в нынешнем их виде опасны для детей, думаю, уже никто не спорит. Слишком много наглядных случаев травли, совращения, шантажа несовершеннолетних. Но нынешняя реакция законодателей (Не пускать! Запретить! Контролировать!) меня не убеждает, что это тот эффективный путь, который поможет легким росчерком пера исправить ситуацию».

Правозащитник напомнил, как десятилетиями власти пытаются бороться с ранними браками: предусмотрели суровое уголовное наказание, обязали полицию, школы и врачей следить за недопущением педофилии, но ежегодно тысячи педофилов остаются безнаказанными.

«Когда педофила нужно наказать, то зачастую соответствующие структуры «слепнут», семьи примиряются с педофилами, жертвы демонстрируют любовь с пеленок к насильникам, школьные учителя заявляют, что не знают, куда исчезает старшеклассница после 8-9 класса. И все заканчивается условными сроками для преступника, фактическим браком с преступником, рождением 2-3 детей к 18 годам», – отметил правозащитник.

По его мнению, если далеко не всегда получается пресечь даже явное половое насилие над детьми, которое совершается на виду у общественности целого села или городка, не удастся и помешать детям тайком влезть под чужим «взрослым» аккаунтом на «запретную территорию». Детская тяга к запретному плоду и желание самоутвердиться перед сверстниками окажутся сильнее запретов. Вместо политики ограждения общества от внешнего мира он призывает просвещать детей в школах и создавать литературу, фильмы и телеканалы.

«К счастью для детей, собираются ограничить их не во всех соцсетях, а лишь в тех, которые потенциально вредны для несовершеннолетних. Под действие нового закона попадают международные соцсети. Это такие платформы, где пользователи создают персональные цифровые аккаунты и обмениваются контентом. Скажем, Instagram, TikTok и Facebook и т. п. И множество других платформ с возрастными ограничениями, созданных с коммерческими или развлекательными целями и способных нанести вред несовершеннолетним. Такие популярные соцсети и платформы в основном располагаются за рубежом, управляются законами других государств. На слуху много примеров о безуспешности попыток заблокировать ту или иную популярную соцсеть в Китае, России, Туркменистане, Иране.

У правозащитника также вызывает серьезные сомнения финансовая сторона вопроса: «Напугают ли таких провайдеров штрафы в несколько десятков тысяч манатов? У Meta, [которая имеет капитал 1,5 триллиона долларов. - Э.З.,] например, и сейчас есть правила, которые охраняют виртуальное пространство Facebook от порно, насилия и фейков, но работают они не всегда, и у многих пользователей открыто по 2-3 аккаунта взамен заблокированных».

[Что касается местного провайдера, то нет гарантий, что тот просто не откупится. Скажу больше: с учетом реалий нашего времени, я не могу исключить, что те или иные невыполнимые нормативные акты часто принимаются для создания новых кормушек для тех, кого потом назначат проверять исполнение этих законов. Что-то типа правил насчет тонировки стекол или автоаптечки. - Э.З.]

Закон должен вступить в силу через 12 месяцев после официальной публикации. Этот период отведен для технической подготовки и создания алгоритмов верификации. Однако, по мнению эксперта, закон в нынешнем виде остается сырым.

«Планируют еще и банки подключить к проверке возраста. Мол, если у человека есть банковская карта, то он совершеннолетний. С его карты снимают сумму, а потом возвращают. Непонятно, зачем это нужно, если есть электронные подписи, которые получают только совершеннолетние. Много и других неясных мест. Ощущение, что власти поторопились с принятием закона, не подготовившись технически и морально, и могут и не успеть сделать это за год», – резюмировал Э.Зейналов.

Автор: Эля Бельская 
Дата: 2026/07/15, 17:28

https://zerkalo.az/onlajn-barer-udastsya-li-zashhitit-detej-v-tsifrovom-mire/

P.S. В квадратных скобках добавлены некоторые места интервью, сокращенные при редактировании.

Уникальный эталон

Елена МАЛАХОВА

05 Июнь 2026   09:15

Как WUF13 может повлиять на развитие городов и жилищную политику

Жилищный вопрос уже давно вышел за рамки строительства домов. Сегодня он неразрывно связан с правами человека, устойчивым развитием и качеством городской среды. Эти вопросы стали одной из центральных тем Всемирного форума городов (WUF13), прошедшего в мае в Баку.

О том, какие сигналы форум направил международному сообществу и почему без участия общества невозможно решить городские проблемы, в беседе с нашим корреспондентом рассказал глава Правозащитного Центра Азербайджана Эльдар Зейналов.

- Насколько важно участие неправительственных организаций (НПО) в решении жилищных вопросов?

- Очень важно. Как активист НПО, хочу обратить внимание на то, что к участию в Бакинском форуме были привлечены не только представители правительств, но и множество НПО. Более того, в рамках форума 19 мая была проведена первая Генеральная ассамблея Платформы НПО Глобального юга (GSNP) и избрано руководство этой Платформы. По инициативе GSNP, в качестве акта глобальной солидарности в поддержку доступного жилья и инклюзивного городского развития, 569 из около 800 местных и зарубежных НПО - участников Ассамблеи из 103 стран мира подписали «Бакинскую декларацию». В документе содержится призыв к Программе ООН по населенным пунктам (UN-Habitat) «признать GSNP официальным партнером WUF от гражданского общества и сделать эту модель постоянным компонентом будущих форумов».

Авторы «Декларации» также предложили ООН создать Центр знаний по городам Глобального юга для систематизации и распространения успешного опыта городского развития. Они призвали всех международных партнеров к проведению «человекоориентированной городской политики» и «предпринимать более скоординированные глобальные действия во имя городской устойчивости, жизнестойкого развития и инклюзивных обществ». Кроме того, была поддержана разработка совместных операционных правил для будущих сессий WUF, взяв за основу бакинский опыт.

Вообще, активное участие организаций гражданского общества в проводимых в Баку международных форумах, а также лоббирование ими интересов населения Глобального юга становится доброй традицией.

- Еврокомиссар по энергетике заявил на WUF13 о том, что жилье - это вопрос реализации базового права каждого человека. Насколько реальна реализация этого права на практике?

- Заявление Еврокомиссара по энергетике полностью созвучно с конституционными нормами и международными обязательствами Азербайджана. В нашей Конституции, принятой в ноябре 1995 года, теме права на жилище посвящено несколько статей.

Так, статья 43 («Право на жилище») обязывает государственные органы поощрять жилищное строительство и принимать специальные меры по реализации права людей на жилище. Также гарантируется, что «никто не может быть незаконно лишен жилища».

Статьи 13 («Собственность») и 29 («Право собственности») тоже касаются жилья, как объекта недвижимости - как государственного и муниципального, так и частного. Ни один вид собственности не превалирует над другими, на собственность имеет право каждый, она неприкосновенна и охраняется государством. При этом право собственности на жилье включает в себя право собственника единолично или совместно с другими лицами владеть, пользоваться и распоряжаться этим жильем.

А согласно статье 147, Конституция имеет высшую юридическую силу и прямое юридическое действие в Азербайджанской Республике. Любые нормативные акты, входящие в систему законодательства Азербайджана, не должны противоречить Конституции (статьи 148 и 149).

Особая роль в правовой системе Азербайджана отводится международным договорам, участницей которых является наша республика. В случае возникновения противоречия между нормативными правовыми актами, входящими в систему национального законодательства (исключая Конституцию и принятые путем референдума акты), и межгосударственными договорами, участницей которых является Азербайджан, применяются международные договоры (ст. 151).

- Какие группы населения сегодня наиболее уязвимы в условиях глобального жилищного кризиса?

- В условиях Азербайджана, такие животрепещущие глобальные проблемы, как потепление, опустынивание земель, перенаселение, голод и прочее, что обычно занимают повестку ООН, не выглядят как особо актуальные. Наши проблемы с жилищами прежде всего вызваны пока еще формально не завершенным вооруженным конфликтом с Арменией, вызвавшим волны беженцев и вынужденных переселенцев, варварское уничтожение жилищного фонда и минирование земель Карабаха и Восточного Зангезура. Даже сейчас, годы спустя после освобождения этих территорий, это препятствует возвращению насильственно изгнанных оттуда людей.

Другой фактор, действительно глобальный, это ускорившаяся урбанизация Азербайджана, который на сегодня уже является страной с преобладающим городским населением. Причем население городов выросло в основном не за счет естественного прироста, а за счет массового наплыва в города сельчан.

Недавно министр сельского хозяйства признал, что Азербайджан не может обеспечить себя мясом, молоком, пшеницей и картофелем. Здесь не случайный сбой системы, а недостаточное понимание чиновниками современных рыночных механизмов, и как результат, массовая миграция в города тех людей, которые традиционно производили эту сельхозпродукцию.

Еще один элемент жилищной проблемы - перестройка городов, с массовыми сносами домов, что зачастую сопровождается конфликтами между жителями и застройщиками.

Стоит также назвать и такие социально уязвимые группы населения, как пенсионеры, безработные, тяжелобольные люди, бывшие заключенные. Они часто становятся жертвами то родственников, то мошенников, то банковского кредитования, и в результате оказываются на улице. К сожалению, они не всегда бывают защищены законом.

Добавлю, что жилищный кризис - это не только обеспечение людей жильем, но и наличие коммунальных услуг, а также их качество. Так что на практике рост и функционирование населенных пунктов - клубок проблем.

- В итоговом документе WUF13 «Бакинский призыв к действиям» подчеркивается необходимость усиления защиты от принудительных выселений. Какие механизмы здесь могут быть эффективны?

- Что касается незаконного лишения жилья, то статья 29 Конституции запрещает лишать собственности, иначе как по решению суда, причем даже и в этом случае полная конфискация имущества не допускается. Отчуждение собственности для государственных или общественных нужд может допускаться только при условии предварительного, справедливого возмещения ее стоимости. Статья 31 Конституции гарантирует право на безопасное проживание и запрещает посягать на жилье, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Последняя оговорка означает, что для выселения, даже при наличии адекватной компенсации, необходимо законное основание, то есть не простое желание строителей расчистить стройплощадку, а нормативный акт, не противоречащий Конституции. При отсутствии таких оснований, необходимо обратиться в суд. Причем обращение в суд не означает немедленного начала тяжбы - сейчас по таким делам возможно полюбовно договориться при посредничестве органа медиации.

Даже в случае проигрыша дела в суде на национальном уровне, у граждан есть возможность пожаловаться в международный суд (ЕСПЧ). И успешных жалоб на сегодня насчитывается сотни.

- Какие элементы Госпрограммы «Великое возвращение», на ваш взгляд, имеют наибольшее значение для обеспечения достойного и устойчивого возвращения людей в родные края? В чем уникальность подхода Азербайджана к восстановлению освобожденных территорий?

- Опыт Азербайджана включает восстановление разрушенных городов, преодоление последствий урбицида и создание «умных городов". Палестинцы уже планируют применять его при восстановлении Сектора Газа.

У вернувшихся на освобожденные территории бывших вынужденных переселенцев нет жалоб на качество построенного для них жилья, отсутствие школ, магазинов или медицинских пунктов. Но для того, чтобы вернувшаяся семья, привыкшая за годы жизни в городе к определенному уровню услуг и культуры, «пустила корни» в сельской местности, необходимо сблизить уровень жизни в городе и в деревне. Этот подход является не только частью процесса Великого возвращения, но и включен в Программу регионального развития.

Власти не стремятся восстанавливать довоенный уклад жизни, который в период СССР сделал Карабах якобы «бесперспективным» районом, из-за чего оттуда утекала молодежь. Чтобы не воспроизводить эту тупиковую ситуацию, сейчас строятся «умные села» и «зеленые" города, заранее создаются рабочие места, продумана возможность получения высшего образования по тем специальностям, которые востребованы на освобожденных территориях.

Важно, что помимо бюджетных денег, привлекаются и иностранные инвестиции, а это всегда имеет не только экономическую, но и политическую составляющую. С психологической точки зрения, оправдано и привлечение к строительным работам бывших вынужденных переселенцев. Помимо заработка, это еще и делает их лично сопричастными к восстановлению этого региона, а не пассивными наблюдателями.

- Как вы оцениваете инициативу «Умные и устойчивые поселения для безопасного возвращения» (4SRP)?

- Такие поселения способны оживить экономическую жизнь в сельских районах и стимулируют возвращение жителей на освобожденные территории.

Примечательно, что реализуется идея «умных сел», например, в Зангиланском районе. Жилье и инфраструктура в них проектируется так, чтобы работа, школа, медицинские учреждения, социальные услуги находились в пределах пешей доступности (так называемый «принцип 15 минут»). Жители работают на полях, теплицах и фермах, оснащенных передовыми технологиями. Там нет проблем со связью и Интернетом, некоторые процессы регулируются компьютерами.

Также впечатляет, как быстро на освобожденных территориях решаются вопросы с созданием транспортных коммуникаций, отсутствие которых обычно и превращает отдаленные от столицы регионы в захолустье. Практикуется использование солнечной, ветряной и гидроэнергии, что делает их не только экологически чистыми, но и энергетически автономными. Там уже немыслим масштабный блэкаут.

- В Азербайджане реализуются проекты социального жилья через Государственное агентство жилищного строительства (MIDA). Насколько подобные программы помогают обеспечивать право граждан на достойное жилье?

- Насколько мне известно, за 10 лет работы MİDA построило льготное жилье для примерно 11 тыс. семей, а это всего 40-50 тыс. человек. Потребность же в таком социальном жилье намного выше. Достаточно посчитать, сколько каждый год создается молодых семей, сколько семей шехидов, военнослужащих, молодых специалистов, чтобы понять, что спрос на льготное жилье превосходит предложение.

Конечно же, льготное жилье дешевле обычного, под него дается кредит, оплата его также ниже обычного уровня арендной платы. Можно также выбрать аренду квартиры с правом последующего выкупа. Но чтобы оплачивать кредит, нужно иметь работу. А что будет, если социально уязвимый человек (а именно для таких предусмотрена эта программа) вдруг потеряет ее, например, получив инвалидность или из-за банкротства работодателя? Сможет ли он, пока ищет работу, остаться в этой частично уже оплаченной, но пока еще не собственной квартире?

Поэтому властям стоит подумать и о субсидируемом жилье для особо уязвимых групп населения, творчески использовав опыт советского времени.

Добавлю, что идею справедливого распределения льготных квартир подрывают мошенники, которые всегда появляются, когда государство предоставляет гражданам социальные льготы. Причем даже минимизация человеческого фактора за счет разного рода компьютерных программ может сыграть на руку киберпреступников. Так, с помощью специальных программ лучшие варианты льготного жилья могут бронироваться хакерами уже в момент его выставления на продажу, а затем перепродаваться или сдаваться в аренду.

Люди настолько привыкли к тому, что все запреты можно легко обойти с помощью взяток, что легко попадаются на уловки мошенников, обещающих им льготные квартиры без всякой очереди.

- Почему вопросы инклюзии по-прежнему часто остаются второстепенными при городском планировании, и как это исправить?

- Городское планирование должно быть изначально ориентировано на нужды человека, а не машин, быть прозрачным для общественности, и в него необходимо вовлекать уязвимые группы: пешеходов, пожилых людей, детей и лиц с инвалидностью. Обычно учет их интересов приводит к дополнительным расходам при строительстве и снижению скорости автомашин в городской черте. Но кто выступит выразителем их интересов, если они недопредставлены в органах власти и архитектурных управлениях? Конечно, гражданское общество.

В Азербайджане есть и закон «Об общественном участии», который предусматривает создание общественных советов при государственных структурах. Но этот контроль не должен превращаться в формальность...

А такой важный документ, как «Руководство по устойчивому городскому планированию», разработанное UN-Habitat, должен стать настольным пособием Кабинета Министров, Государственного комитета по градостроительству и архитектуре, Министерства культуры, MİDA, Бакинской службы городского развития.

- Какой главный сигнал WUF13 направил международному сообществу?

- В «Бакинском призыве к действию» содержится призыв к международному сообществу признать жилищный вопрос неотъемлемым правом человека и ключевым двигателем устойчивого развития, а также немедленно перейти от деклараций к практическим шагам в преодолении глобального жилищного кризиса.

Также отмечен и уникальный постконфликтный опыт Азербайджана по масштабному возрождению территорий после конфликтов (восстановление разрушенных городов «с нуля», преодоление последствий урбицида и создание «умных» зеленых городов). Этот подход был признан ООН уникальным эталоном для других постконфликтных регионов мира. Сегодня вопросы жилья, городской среды и устойчивого развития стали частью общей международной повестки, требующей последовательных практических решений.

https://br.az/society/107628/unikalnyy-etalon/https://br.az/society/107628/unikalnyy-etalon/

«Гнилой либерализм» и «большевистская бдительность»

06 Май 2026  11:45

90 лет назад журналисты «Бакинского рабочего» попали под каток массовых репрессий

16 августа 1936 года на одной из полос центральной партийной газеты «Правда» среди отчетов о проходившем тогда громком процессе по делу «Всесоюзного троцкистско-зиновьевского центра» появилась небольшая заметка под названием ««Бакинский рабочий» покрывает троцкистов». 

Всего 360 слов хватило бакинскому корреспонденту «Правды» М.Кушнеру для доноса на руководство газеты «Бакинский рабочий»: главного редактора Николая Белого, его заместителя Кадышева, ответственного секретаря Моисея Ахманова, секретаря парткома Филиппа Охрименко. Все они были обвинены в «замалчивании контрреволюционной деятельности троцкистов», нежелании «разоблачать контрреволюционеров», «гнилом либерализме» и «мариновании заметок о троцкистах». Причиной было то, что эти журналисты, руководствуясь профессиональной этикой, не пропустили в печать несколько статей с голословными обвинениями в троцкизме.

По тем временам это было опрометчиво. 29 июля 1936 года ЦК ВКП(б) уже разослал закрытое письмо «О террористической деятельности троцкистско-зиновьевского контрреволюционного блока». В нем сообщалось, что после убийства С.М.Кирова репрессивными органами в различных городах, в том числе и в Баку, был вскрыт ряд групп сторонников опальных партийных вождей Л.Троцкого и Г.Зиновьева. Всех членов партии призывали «понять, что бдительность коммунистов необходима на любом участке и во всякой обстановке… Неотъемлемым качеством каждого большевика в настоящих условиях должно быть умение распознавать врага партии, как бы хорошо он ни был замаскирован». Началась очередная кампания поиска врагов.

Письмо было обязательно для обсуждения (проработки) в партийных организациях, и 31 июля оно обсуждалось и в партийной организации «Бакинского рабочего». В качестве мишени для травли был выбран ответсекретарь Моисей Наумович Ахманов (он же Гарнфельд). Оказывается, в 1921 году он в течение двух месяцев разделял взгляды Троцкого во время открытой дискуссии о роли профсоюзов. Ее участники не считались контрреволюционерами, да и сам Ахманов, признав позицию Троцкого ошибочной, долгое время потом работал на ответственных постах в Беларуси и в Москве - вплоть до аппарата ЦК ВКП(б).

На партсобрании Ахманов признал, что при обмене партийных документов (фактически чистке) в 1935 году он «малодушно» не указал факт своего увлечения идеями Троцкого в анкете. При том, что он был членом партии с дореволюционным стажем и участником Гражданской войны, он все же мог опасаться придирок. Причина была в том, что перед переездом в Баку из Москвы его уже хотели исключить из партии, но ограничились строгим выговором с предупреждением и запрещением в течение двух лет занимать ответственные должности. Официальные основания для этого, вроде «явно небрежного отношения к редактированию, получения гонорара и отрыва от партжизни», не носили политического характера, но вместе с утаиванием прошлого «троцкизма» это тянуло на исключение из партии.

Правда, товарищи по перу проявили «гнилой либерализм» и ограничились строгим выговором с последним предупреждением. Но уже после собрания Ахманов, который руководил производственным процессом газеты, версткой и выпуском номеров, снова проявил «небрежность при редактировании». При верстке номера от 13 августа он «допустил такое расположение материалов, что заголовок статьи: «Презренные двурушники» - оказался точно под рисунком, на котором были изображены руководители партии и правительства». Дело ушло в Ворошиловский райком партии, и уже на следующий день, 14 августа, слушалось там на заседании бюро. Причем попытки Ахманова как-то объясниться лишь добавили к обвинениям еще и «неискреннее и непартийное поведение на партийном собрании и на бюро райкома». Журналиста исключили из партии.

Но этим дело не закончилось. На публикацию в «Правде» оперативно отреагировало Бюро ЦК АКП(б). Принятое 19 августа постановление повторяло риторику «закрытого письма» о потере «большевистской бдительности» и штампы о «гнилом либерализме» из заметки Кушнера. Безоговорочно признавалась «совершенно правильной и своевременной острая и резкая критика «Правдой» грубых политических ошибок газеты «Бакинский рабочий», проявившей гнилой либерализм и по существу, как это правильно указывает «Правда», допустившей покрывательство троцкистов». 

Виновных наказали. Так, главному редактору Белому за потерю большевистской бдительности был объявлен строгий выговор с последним предупреждением и с посылкой на низовую работу (насколько известно, он потом работал управляющим трестом «Азерфильм». - Авт.). Замредактора Кадышева за ослабление бдительности сняли с работы и поставили вопрос об аналогичной мере и перед редакцией «Известий», где он работал по совместительству заведующим бакинским отделением. Охрименко сняли с должности секретаря парткома и отстранили от работы. Досталось и не упомянутому в доносе заведующему отделом жалоб «Бакинского рабочего» Попову: его сняли с работы «за гнилой либерализм к исключенным из партии троцкистам». Был поставлен вопрос об исключении Кадышева, Охрименко и Попова из партии. К тому моменту Ахманова уже уволили из редакции и исключили из партии. ЦК АКП(б) принял это к сведению, но все же пожурил Ворошиловский райком за слабое руководство парторганизацией газеты «Бакинский рабочий».

Постановление было опубликовано в «Бакинском рабочем» 20 августа - на следующий день после разгромной статьи Лаврентия Берия «Развеять в прах врагов социализма!», в которой упоминались и арестованные бакинские троцкисты, с особым упором на то, что среди них «оказались люди с партийными билетами и прошедшие проверку партдокументов». Так что решение ЦК АКП(б) выглядело выигрышным примером большевистской бдительности. Текст его был срочно, по телеграфу отправлен в Москву. 22 августа информация вышла одновременно и в «Правде», и в «Известиях». Но если «Правда» напечатала текст практически полностью, под крупным заголовком, то газета «Известия» заметку с упоминанием своего корреспондента в Баку сократила до минимума, стыдливо напечатав петитом крошечную заметку среди малоинтересных новостей. Редактор «Известий» Николай Бухарин в тот момент уже сам подвергался травле после упоминания его имени на «троцкистско-зиновьевском процессе». 

Главный редактор "Бакинского рабочего" Н.К. Белый

В конце 1980-х годов были рассекречены так называемые «Сталинские расстрельные списки», на основе которых генеральный секретарь ЦК ВКП(б) И.Сталин и члены Политбюро ЦК ВКП(б) санкционировали предание суду и даже заранее определяли меру наказания для некоторых «врагов народа». Из списков стало известно, что Николай Кондратьевич Белый и Филипп Григорьевич Охрименко были арестованы и с санкции Сталина осуждены в 1938 году выездными сессиями Военной коллегии Верховного суда СССР в Баку. Белого приговорили к расстрелу, Охрименко - к длительному сроку лишения свободы в лагере. У Белого к тому же арестовали и осудили к 8 годам лагерей жену - Нину Михайловну, как «члена семьи изменника Родины» (ЧСИР). Ее направили в Темниковский лагерь (Темлаг), затем в Сегежский (Сегежлаг), после чего ее следы затерялись.

Н.М.Белая, осуждена как "член семьи изменника Родины"

Что касается Моисея Наумовича Ахманова, то его, по некоторым данным, арестовали уже в день исключения из партии. При допросах в НКВД выяснилось, что он был знаком по работе в Москве с некоторыми подсудимыми по делу «троцкистско-зиновьевского террористического центра» (Пикель, Дрейцер, Рейнгольд, Богдан и др.), расстрелянными в августе 1936 года.

Кроме того, устроенный Ахмановым в 1932 году на работу в Международное общество помощи борцам революции (МОПР) некий С.С.Каплан-Кэмрад, арестованный в июне 1936 года, привозил из зарубежных поездок и распространял среди коммунистов троцкистские материалы. Так что строгий выговор в 1933 году за якобы «проделки уголовного характера в ЦК МОПР», упомянутый в доносе М.Кушнера и стоивший Ахманову престижной работы и «ссылки» в Баку, мог быть подстроен самим Ахмановым, как удобный предлог уехать из Москвы и избежать более серьезных проблем с НКВД. Возможно, эту цель преследовал и развод с женой в 1932 году перед отъездом в Баку, что позже спасло ее и детей от судьбы ЧСИР.

Уже в Баку, во время проверки партийных документов под руководством редактора Белого, Ахманов входил в комиссию по проверке и пропустил через нее троцкиста А.Тер-Оганезова (позднее арестованного). В деле Ахманова фигурировал и злополучный макет «Бакинского рабочего» от 13 августа 1936 года, в котором следователь узрел «вражескую вылазку».

Хотя Ахманов и называл себя «малодушным», но он таким явно не был. За полгода допросов следователю так и не удалось добиться от него признания антипартийной деятельности после 1921 года. В таких делах, которые бы развалились даже в советском суде, НКВД предпочитал выносить приговор заочно через Особое Совещание НКВД СССР. В феврале 1937 года Ахманова отправили на 5 лет в магаданские лагеря (Дальстрой). Там он и умер. Правда, с датой его смерти не все ясно. Так, дочери Ахманова в 1955 году ответили, что он умер 4 сентября 1937 года в Магадане. В справке же Парткомиссии при КП Азербайджана от 1957 года указано, что Ахманов умер в 1939 году.

Если это не было случайной опечаткой, то не исключено, что Ахманов мог быть повторно осужден и расстрелян в 1937-1938 годах по постановлению лагерной тройки. Это было частым явлением, так как печально известным «приказом №00447» органам НКВД предписывалось репрессировать «наиболее активные антисоветские элементы», которые были уже осуждены и содержались в тюрьмах и лагерях, «продолжая вести там активную антисоветскую подрывную работу». 

В то время родственникам не сообщали о расстрелах, ограничиваясь лишь устным ответом, что осужденный якобы был «приговорен к 10 годам лагерей строгого режима без права переписки». Не изменила положения и «хрущевская оттепель». Так, в 1955 году председатель КГБ Серов приказал: «На запросы граждан о судьбе осужденных за контрреволюционную деятельность к ВМН (высшей мере наказания, то есть расстрелу. - Э.З.)… органы КГБ сообщают устно, что осужденные были приговорены к 10 годам ИТЛ и умерли в местах заключения». Похожий ответ, правда, письменный, в 1955 году получила и дочь Ахманова.

Заметим, что благодаря разводу с Ахмановым его семье повезло больше, чем Нине Белой. Его жена и дети остались жить в Москве, избежав клейма «ЧСИР» и уголовного преследования, хотя и не без проблем. Как вспоминала дочь журналиста Нина Моисеевна Журавлева, «об исключении из партии отца мы узнали из центральной газеты («Правда»). Мама была членом партии… и по существующему тогда положению не могла навести справки об отце, так как это ей грозило исключением из рядов партии. Мой брат попробовал переслать отцу письмо, но это было обнаружено, и секретарь Коминтерновского РК вынесла ему «строгий выговор с предупреждением за непартийное поведение в семье (и отсутствие) должного чувства к врагу народа». Выговор впоследствии был снят как необоснованный, но поиски отца мы не продолжали...»

Дочь Ахманова осмелилась приступить к поиску отца лишь в 1955 году, когда ее мать-коммунистка уже умерла, а в воздухе повеяло «хрущевской оттепелью». Лишь в сентябре 1955 года она узнала о смерти отца и отправила заявление в Прокуратуру СССР с просьбой «рассмотреть дело отца и поставить в известность семью, в чем он виноват». 

Рассмотрение дела в Азербайджане затянулось до 1957 года, и это не случайно. Вначале помощник прокурора Азерб.ССР Крюков выступил против, дав заключение о том, что «хотя материалами дела практическая контрреволюционная троцкистская деятельность установлена не была, осуждение Ахманова следует считать правильным», и предложил «постановление Особого Совещания оставить в силе».

В качестве доводов прокурор привел историю с неудачной версткой: «Объяснения Ахманова, что он сделал это неумышленно - не заслуживают доверия». Не потрудившись обосновать этот вывод, прокурор увидел в оплошности с макетированием газетной полосы «вражескую вылазку», отметив, что в период 1935-1936 гг. «на страницах газет и журналов помещались надписи и рисунки, которые в замаскированной форме содержали лозунги антисоветского характера».

Кроме того, при обыске у Ахманова была обнаружена газета 1919 года «Наша красноармейская правда». Она когда-то издавалась неким «Центральным бюро независимых коммунистов» (вероятно, анархо-коммунистами), и уже по одному этому факту в глазах прокурора была «явно антисоветской». Что в содержании газеты было направлено против Советов и с какой целью Ахманов ее хранил и давал почитать коллегам, прокурор не прояснил. Но при этом был убежден, что «подобное действие прямо предусмотрено ст.72 УК» (антисоветская агитация и пропаганда).

Тем не менее это юридически неграмотное заключение было утверждено заместителем прокурора Азерб.ССР И.Исмаиловым. Лишь прямое указание московского начальства поддержать в суде жалобу Журавлевой изменило позицию прокуратуры республики на противоположную. И тот же И.Исмаилов спустя полгода рапортовал в ЦК КП Азербайджана, что журналист реабилитирован. Этот прецедент показывает, что даже через 20 лет после «Большого террора» мышление прокуроров на местах мало изменилось, и репрессивная практика по-прежнему зависела от указаний из Москвы.

Спустя два года жалоб Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Азерб.ССР 3 июля 1957 года установила, что Ахманов «разделял точку зрения троцкистской оппозиции, ..во время открытой дискуссии выступал в защиту указанной платформы, ..затем к марту 1921 г. понял ошибочность своего поведения, отошел от оппозиции и никогда больше колебаний в проведении генеральной линии партии не имел». Не обнаружив в деле «никаких объективных данных о практической троцкистской деятельности осужденного», суд отменил решение Особого Совещания за отсутствием в действиях Ахманова состава преступления.

Но сохранявшееся решение об исключении из партии оставило на Ахманове клеймо троцкиста (которым он был лишь 2 месяца в 1921 году). А троцкистов и в 1957 году продолжали считать врагами и вели с ними борьбу. Как это клеймо даже после смерти Ахманова мешало жить его семье, видно из письма его дочери в Комиссию партийного контроля при ЦК КПСС: «Моя семья все годы несла на себе это пятно, не зная, по существу, в чем же был виноват мой отец. Мой муж - инженер, инвалид Отечественной войны, орденоносец. Во всех анкетах он вынужден писать, что отец жены был арестован, а это вменяется ему в вину. Моему мужу закрыта дорога к работе, требующей доверия, хотя он никогда не видел в глаза моего отца, да и неизвестно, в чем же его вина».

В 1957 году Ахманов был восстановлен в КПСС посмертно

После решения суда, который признал, что на момент исключения из партии Ахманов уже 15 лет не был троцкистом и не вел никакой троцкистской деятельности, эта проблема разрешилась. 3 декабря 1957 года Бюро ЦК КП Азербайджана отменило решение от 14 августа 1936 года об исключении Ахманова и реабилитировало его посмертно в партийном порядке.

...А вал репрессий, перекатившись через журналистов «Бакинского рабочего», получил от этой трагедии новый импульс. Сторонникам журналистской этики и примиренцам с троцкизмом был преподнесен наглядный урок «большевистской бдительности». Теперь крамолу искали (и находили!) повсюду, даже в заводских многотиражках и стенгазетах. Начался «Большой террор», и уже никто не был гарантирован от ареста и расправы. В январе 1938 года был расстрелян Арон Зиновьевич Рахман, в 1936 году сменивший Н.Белого на посту главного редактора «Бакинского рабочего». В июле того же года казнили Юрия Окиншевича - того самого секретаря райкома, который исключил из партии Ахманова (по иронии судьбы, его тоже причислили к троцкистам). В марте 1939 года подошла очередь казни наркома внутренних дел Михаила Раева, подписывавшего приказы о расстреле Белого, Охрименко, Рахмана, Окиншевича. Круг замкнулся: палачи стали жертвами…

«Большой террор» нанес тяжелый ущерб азербайджанскому обществу, в том числе журналистике. В «Открытом списке жертв политических репрессий» на сегодня собраны данные о 104 репрессированных журналистах и писателях Азербайджана, и этот список далеко не полный. Архивы того времени ждут своих исследователей, а тайны - места на газетных полосах... 

Эльдар ЗЕЙНАЛОВ,
директор Правозащитного Центра Азербайджана

https://br.az/society/102322/laquogniloy-liberalizmraquo-i-laquobolshevistskaya-bditelnostraquo/