«Хиджаб не препятствие для образования»

Запрет головных платков в школах Азербайджана привел к протестам детей и родителей, а также к обострению отношений Баку с Анкарой

15 октября 2026 в 12:14

В Азербайджане разворачивается волна протестов — впервые после победы в Карабахской войне осенью 2020 года. Поводом стал запрет хиджабов в школах, причем как для учениц, так и для педагогов. Масштабного митинга по этому поводу еще не было. Но из самых разных точек страны приходят драматичные видео: где-то девочки плачут у школьного забора, потому что их не пустили внутрь. А где-то родители и старшеклассники устраивают настоящий погром. В Баку даже задержали молодых людей, которые якобы готовили поджог школы. При этом скандал уже вышел на международный уровень: в действиях защитников хиджаба азербайджанские СМИ усматривают иранский след. Но главное — решение властей Азербайджана уже раскритиковала Турция, ключевой партнер Баку. О том, насколько опасны школьные протесты для Ильхама Алиева, рассуждал специалист по постсоветскому пространству Роман Черников. 

Слезы в соцсетях

Скандал вокруг школьной формы в Азербайджане вспыхнул в конце сентября и с тех пор медленно разгорался. Всё началось с того, что 21 сентября Кабинет министров страны утвердил постановление № 309. В нем была сухая формулировка, смысл которой не все сразу поняли: «Не допускается использование иных элементов одежды, нарушающих единообразие установленной формы одежды учащихся, а также не соответствующих принципу светскости общего образования». Трактовать эти слова можно было по-разному, ведь напрямую головные уборы здесь не упоминаются. Но уже 29 сентября в соцсетях и турецких СМИ появились сообщения: девочек в хиджабах не пустили в школу в Сумгаите.

Сначала такие случаи были единичными, но 6 октября норму решили ужесточить — теперь она касалась и учителей. Видео из школ стало больше, их репостили в том числе каналы из российского Дагестана. И всё же на тот момент всё выглядело очень мирно: девочки в хиджабах просто сидели в школьном дворе или отказывались прощаться с учительницей в хиджабе, которую тоже не пускали на занятия. Еще больше ситуация накалилась к выходным. В пятницу за соблюдением новых правил стали жестко следить, а с понедельника и ученики, и родители из религиозных семей перешли к решительным незаконным действиям.

В Гарадагском районе Баку (состоит из приморских поселков к югу от столицы) ночью сожгли машину директора школы. В окна школы поселка Бина прямо во время урока бросали камни. А утром вторника, 13 октября, задержали шестерых поджигателей школы на окраине Баку. Судя по видео, серьезного ущерба они нанести не смогли — просто прожгли дыру в полу. Но примечателен состав группы: ранее судимый взрослый и ученики 10–11-х классов.

Руководство школ тоже вело себя по-разному. СМИ приводили в пример директрису Айгюн Микаилову, которая вежливо общалась с родителями на входе в школу. Она пропустила девочек в хиджабе, но твердо сказала, что затем они должны будут его снять. Еще более ярким примером послушания стали школы Карабаха в Агдаме и Ханкенди. На свежих видео оттуда школьники построены в школьном дворе и хором поют гимн. Разумеется, все в одинаковой форме.

Где-то разговаривать спокойно не получалось. Возле школ возникали целые митинги с лозунгом «Свободу хиджабу!». Иногда толпа на улице пыталась штурмовать школу снаружи, а персонал баррикадировал вход внутри. По данным МВД, уже утром понедельника за подобные действия задержали 37 человек.

Вполне вероятно, значительная часть инцидентов просто не попала в соцсети: в стране явно замедляют работу соцсетей, хотя власти этого не подтверждают.

Акции за пределами школьных дворов тоже были. Вечером 12 октября защитники хиджабов решили собраться у станции метро «28 мая». Официальных данных об этом митинге не было, но провластные издания сообщали о 200 задержанных.

Среди недовольных решением властей были и семьи участников 44-дневной войны в Карабахе (27 сентября — 9 ноября 2020 года). Видеообращение записал отец одной из девочек, потерявший руку на войне, и дочь погибшего военного. Это очень важное развитие. Последние шесть лет у Ильхама Алиева как будто не было внутренних проблем — он был национальным героем, вернувшим Карабах. И предполагается, что так будет и дальше, — для этого в стране сняли высокобюджетный фильм о победе. А вот в дискуссии вокруг хиджабов Алиев никак не участвует — тему развивают только СМИ и чиновники очень невысокого уровня.

Призрак Ирана

В государственных СМИ все материалы об акциях пронизывает один мотив: это спланировано «внешними силами», чтобы дестабилизировать Азербайджан. Прямо на Иран указывают не всегда, но намеки прозрачны. Например, в выпуске телеканала AzTV упоминаются «группы из стран региона». Депутат Фазиль Мустафа, защищая решение властей, заявил: «Пойдите посмотрите на соседнюю страну, разве там сможешь пройти по улице без платка?» К слову, в Иране пройти по улице без платка уже можно: после масштабных протестов власти смягчили требования, особенно к молодежи.

А многие СМИ решили вспомнить истории 2022 года, когда школьная учительница в хиджабе якобы разучивала с учениками песню «Здравствуй, командир», посвященную Касему Сулеймани — иранскому генералу, которого убили по приказу Дональда Трампа в Багдаде. Вспоминали и видео из самого Ирана — на нем иранские дети исполняли песню с угрозами в адрес Азербайджана. Причем клип снимался прямо у Худаферинского моста на границе Ирана и Азербайджана.

Разрушения внутри здания терминала после атаки беспилотника. Международный аэропорт Нахичевань, Азербайджан. 5 марта 2026 года. Фото: Azerbaijan State News Agency / Xinhua / ZUMA Press / Scanpix / LETA

Напрямую с актуальными событиями старые видео никак не связаны, но это никого не волнует. Религиозность в Азербайджане твердо ассоциируется с Ираном, и это неудивительно: в обеих странах шиитский ислам, а главные святыни и авторитеты шиизма — в Иране. При этом с руководством Ирана у Баку очень напряженные отношения. Они выделяют президента страны — этнического азербайджанца Масуда Пезешкиана — и признают его заслуги в сохранении отношений между странами. Например, когда в марте 2026 года по аэропорту Нахичевани ударил иранский дрон, именно Пезешкиан позвонил в Баку и заверил, что это произошло не по приказу иранских властей. Зато «Корпус стражей исламской революции» (КСИР) уже преподносится в Азербайджане как однозначно враждебная сила. Ее в пропагандистских СМИ часто обозначают словом «муллократы», а в соцсетях с уверенностью пишут: именно они стоят за протестами в школах.

— Несомненно, иранское влияние существует. Особенно в таких очагах шиизма, как Нардаран и другие поселки на Апшеронском полуострове. Еще места проживания талышей (персоязычный народ на юге Азербайджана. — Прим. ред.), в Гяндже и до определенной степени в Нахичевани, — признает оппозиционный журналист Джавид Ага, живущий в Польше. 

— Но власть сама создала очень питательную почву для такого влияния. Алиев пересажал всю светскую оппозицию. И людям не к кому обратиться, кроме Аллаха.

Действительно, как писала «Новая газета Европа», в конце прошлого года в Азербайджане арестовали Али Керимли — пожалуй, самого известного лидера азербайджанской оппозиции. До этого он долгие годы жил в режиме информационной блокады: ему не выдавали паспорт для выезда за границу, а в квартире по соседству поселились силовики, которые не позволяли ему пользоваться интернетом. До этого, в 2023 и 2024 годах, в Баку была целая серия арестов молодых журналистов. Никто из них по-прежнему не вышел на свободу.

— Как и в любом протестном движении, среди участников есть люди с радикальными взглядами, — отмечает фем-активистка из Баку Гюльнара Мехтиева. — Проправительственные СМИ используют их высказывания, чтобы продемонстрировать якобы существующее «иранское влияние» и оправдать репрессии. Однако лично я не понимаю, каким образом снятие хиджаба может повлиять на убеждения мусульман, если они действительно разделяют иранские политические тезисы. Ведь взгляды и политическая позиция человека не меняются в зависимости от того, какой головной убор он носит. Отсюда возникает и другой вопрос: как эти люди изначально пришли к религии и в особенности оказались под влиянием иранской пропаганды?

По словам Мехтиевой, «многие протестующие продолжают защищать хиджаб как символ чести и праведности».

— Однако, на мой взгляд, с феминистской позиции мы должны ставить под сомнение саму возможность государства распоряжаться нашими жизнями и контролировать наши тела, — говорит она. — Пока этот вопрос не окажется в центре общественной дискуссии, говорить о демократизации не приходится. Напротив, репрессии в отношении мусульман могут привести лишь к тому, что они будут еще сильнее сплачиваться и организовываться внутри собственных сообществ.

Директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов тоже не отрицает иранское влияние, но предполагает, что власти своей кампанией по запрету хиджабов умышленно спровоцировали религиозных радикалов на протест, чтобы вычислить их и, с большой вероятностью, изолировать.

— В детстве я увлекался рыбалкой. Около дома деда текла река, в ней водилась рыба, но она пряталась в глубине и вяло реагировала на удочку, — метафорично описал он тактику властей. — Тогда я поставил ниже по течению сетку и стал бросать в реку большие камни. Встревоженная рыба уплывала от шума и массово попадала в сеть. Кампании властей, играющих на чувствах верующих, напоминают мне этот способ ловли.

Также, по мнению Зейналова, азербайджанскому исламу не хватает авторитетов. Священнослужители тесно аффилированы с властью и поддерживают любое ее решение. Это неизбежно заставляет людей искать альтернативные мнения и находить их в соседней стране.

Примечательно, что уже после вступления запрета в силу Ильхам Алиев встречался с президентом Ирана Пезешкианом. Это было 9 октября на Каспийском форуме в Туркменистане. Третьим на этой встрече был Владимир Путин. Но обсуждать внутренние дела своей страны с иностранными политиками Алиев очень не любит, и мы почти уверены, тема протестов там даже не звучала. Зато ее настойчиво пытается обсуждать с Азербайджаном другой сосед — Турция. И найти вежливый ответ тут непросто. Ведь тесный союз с Анкарой — очень важный актив Баку, который теперь дал трещину.

Ссора с лучшим другом

Раздражение между Баку и Анкарой впервые проявилось 24 сентября на Генассамблее ООН в Нью-Йорке. Тогда представители примерно 70 стран вышли из зала, когда на сцену вышел Биньямин Нетаньяху, премьер Израиля. Турецкие СМИ тщательно фиксировали каждого, кто таким образом выразил протест против действий в секторе Газа. Но Азербайджана среди них не было: его представитель спокойно сидел и слушал выступление Нетаньяху. После этого комиссия азербайджанского парламента по борьбе с иностранным вмешательством заявила, что против Баку в Турции развернута кампания «с использованием таргетированной рекламы, а также реальных и фальшивых аккаунтов в социальных сетях». Иными словами, турецкие соцсети критиковали Азербайджан за произраильскую позицию. Вполне возможно, какую-то часть сообщений оставили боты, но хватало и искреннего возмущения.

Реджеп Тайип Эрдоган выступил на Генассамблее еще раньше — 22 сентября. На тот момент о запрете хиджабов в Азербайджане еще мало кто знал — девочки в головных платках спокойно ходили в школы. И тем не менее в речи Эрдогана были такие слова: 

«По мере того как наш мир стремительно меняется, человечество одновременно начинает сталкиваться с новыми социальными угрозами. Исламофобия, которая распространяется на Западе как чума, — главная из этих проблем. Прежде всего, мусульманские женщины и девочки в последние годы подвергаются большей дискриминации. Мы рассматриваем запреты на ношение хиджабов в школах, введенные некоторыми странами, как посягательство на самые фундаментальные права женщин».

Эрдоган здесь точно не имел в виду Азербайджан, ведь он не «на Западе». Как пояснили турецкие дипломаты изданию Middle East Eye, критика относилась к Франции и Австрии. Но осадок всё равно остался. После этого антитурецкий подтекст стали искать уже в словах Алиева. Выступая на съезде правящей партии 2 октября, он сказал: «Мы строим и впредь должны строить внешнюю политику так, чтобы никто не вмешивался в наши дела. Нам не нужны ничья помощь и ничье покровительство». Это и правда может быть ответом на критику по поводу произраильской позиции Баку.

Впрочем, теперь полунамеки и скрытые смыслы позади — Баку и Анкара уже перешли к полноценному политическому кризису. Когда критические публикации о запрете появлялись в турецкой провластной прессе, на это еще можно было закрывать глаза. Но 12 октября Баку прямо раскритиковал советник президента Эрдогана — Октай Сарал. «Хиджаб — это не препятствие, это требование веры! Право на образование нельзя приносить в жертву никаким идеологическим ограничениям! Мы ожидаем, что Азербайджан как можно скорее исправит эту ошибку. Будущее молодежи надо не закрывать, а способствовать ему», — написал он в соцсети X.

Запрет девочкам в хиджабах посещать школу — это очень популярный сюжет в турецкой пропаганде. Его используют как яркое проявление светской диктатуры, которой противопоставляется нынешнее правление Эрдогана. Неудивительно, что новости из Азербайджана там сравнили с недавними событиями из истории самой Турции — военным переворотом 28 февраля 1997 года. Тогда военные отстранили от власти правительство Неджметтина Эрбакана. Он возглавлял исламскую Партию благоденствия, членом которой в то время был и Реджеп Тайип Эрдоган. После этого переворота в Турции запретили хиджабы в школах. А в 1999 году в турецкий парламент зашла Мерве Кавакчы — первая женщина-депутат, которая отказалась снять платок. Но ее освистали и даже не позволили принести присягу.

Эти страницы турецкого прошлого считают темными не только власть, но и светская оппозиция. Поэтому Азербайджан, вслед за советником Эрдогана, раскритиковал и Кемаль Кылычдароглу — лидер оппозиционной Республиканской народной партии. «Турция прошла через очень сложное испытание в отношении хиджаба. На нас тоже лежала ответственность. Как человек, взявший на себя эту ответственность, я призываю Азербайджан: пусть женщины будут свободны, пусть они сами выбирают одежду, которую хотят», — сказал он.

На это уже пришлось отвечать правящей партии «Новый Азербайджан». «Политические дискуссии вокруг религиозных и светских ценностей в самой Турции углубляют общественную поляризацию, — говорится в заявлении партии. — Мы считаем, что использование таких чувствительных вопросов, как ношение головного платка, в качестве инструмента политических манипуляций и раскола не служит ни единству турецкого народа, ни солидарности мусульманского мира в целом. Особенно недопустимо использовать подобные вопросы как средство политического давления на Азербайджан. Призываем правящую (в Турции. — Прим. ред.) Партию справедливости и развития отказаться от этой пагубной политики».

Публичное указание на проблемы внутри Турции до этого было почти невозможно представить в азербайджанской официальной риторике. Как и заявление Совета по СМИ и радиовещанию, что «клеветническая кампания» в адрес Азербайджана осуществляется со стороны Турции и Ирана. Получается, что эти страны теперь на одной доске.

— Ситуация развивается по достаточно напряженному сценарию, — сказал «Новой газете Европа» азербайджанский политолог Ильгар Велизаде. 

— На события в Азербайджане отреагировала наиболее радикальная группа турецких элит. Не думаю, что такая реакция была предсказуема.

Ограничения на ношение хиджаба действуют и в других тюркских странах — Узбекистане и Казахстане. Но возмущения в Анкаре это не вызывает.

Заместитель председателя правления Центра анализа международных отношений и мультикультурализма Фархад Мамедов в своем телеграм-канале назвал произошедшее «экзаменом союзничества» двух стран. «Можно сказать, что союзничество между странами достигло потолка возможностей интеграции, когда в традиционной формуле “одна нация — два государства” вторая часть формулы, а именно “два государства”, создает естественный ограничитель».

Выходить из этого кризиса нужно как можно скорее, потому что уже 29–30 октября в Анкаре пройдет саммит Организации тюркских государств, где председательство в порядке очереди примет Азербайджан. «До этого времени заявления турецких политиков могут вызвать ответную реакцию азербайджанских. Это только усилит напряжение. Главное — оставаться в пределах риторического противостояния, не переходя на уровень принятия решений, — пишет Мамедов. — Кризис создаст новые рамки взаимоотношений, переход которых будет расцениваться как посягательство на суверенитет».

Обсудить свои противоречия представители Турции и Азербайджана смогли уже в четверг, 15 октября. В этот день в Баку прошел саммит Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии. На него приезжал и глава МИД Турции Хакан Фидан. «Алиев и Фидан обсудили процессы, наблюдаемые в последнее время в азербайджано-турецких отношениях», — единственное, что сообщила пресс-служба после двусторонней встречи.

Зато на самом мероприятии все было достаточно драматично — из-за присутствия в зале президента Израиля Ицхака Герцога. Когда он взял слово, делегаты из мусульманских стран снова потянулись к выходу, чтобы выразить протест. «Израиль стремится к углублению сотрудничества и расширению круга стран, с которыми у нас установлены мирные отношения, и работает над этим, — сказал Герцог. — Но важно ясно заявить: мир не может сосуществовать с террором, а сотрудничество не может процветать в условиях бойкотов. Каждое суверенное государство, входящее в эту организацию, имеет право жить в свободе и мире, не подвергаясь постоянной угрозе самому своему существованию».

Глава МИД Турции Фидан еще до саммита давал понять, что намерен жестко раскритиковать Израиль. И сдержал слово — он обвинил Израиль в «нарушении фундаментальных прав палестинского народа» и призвал к созданию «независимого и суверенного палестинского государства в границах 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме». Для осуществления такой цели потребуется выселить всех израильских поселенцев из Иудеи и Самарии.

А вот хозяин площадки, Ильхам Алиев, произнес речь, почти полностью посвященную победе над армянами — хотя казалось, что это уже неактуально. «Мы одержали победу в войне, изгнали оккупантов с наших земель. Однако мы не стали мстить им за 30 лет страданий, геноцид, разрушение наших городов и сел. Мы отомстили на поле боя и предложили Армении мир. Здесь вновь проявились моральные качества нашего народа», — сказал он. В речи было немало про тех, кто помогал Армении. Но совсем ничего — про тех, кто помогал Азербайджану. Судя по всему, так выглядит новый нарратив Баку — победу они одержали в одиночку, хотя еще в 2020 году вместе с азербайджанским флагом по всей стране можно было видеть турецкий и израильский — как важных партнеров.

Кстати, прямо во время саммита азербайджанское издание Minval, очень близкое к власти, предложило новую версию произошедшего между Анкарой и Баку. Якобы главной причиной стала готовность Турции открыть границу с Арменией до того, как она подпишет мирный договор с Азербайджаном. «Складывается впечатление, что Анкара намерена открыть границу с Арменией без согласования с Баку, но опасается негативной реакции собственного общества, — пишет агентство. — Именно этим объясняется развернувшаяся в последнее время антиазербайджанская кампания в отдельных турецких СМИ и политических кругах. Используя самые разные поводы для нападок на Азербайджан, определенные силы могут сознательно формировать негативное отношение к Баку, чтобы заранее подготовить общественное мнение к открытию границы с Арменией».

Роман Черников

журналист, специалист по постсоветским странам

https://novayagazeta.eu/articles/2026/10/15/khidzhab-ne-prepiatstvie-dlia-obrazovaniia

Единый стандарт

14 Октябрь 2026

15:49

Правозащитник: Введение новых правил школьной формы вполне оправдано

Введение единых стандартов одежды в государственных школах Азербайджана направлено на укрепление дисциплины и социального равенства. Попытки радикальных сил искусственно политизировать этот вопрос сталкиваются с твердой правовой позицией общества.

В государственных общеобразовательных учреждениях Азербайджана внедрены единые требования к форме учащихся и деловому стилю педагогов. Это решение - важная часть последовательной государственной политики по формированию здоровой, организованной и защищенной образовательной среды. Единый стандарт помогает сгладить имущественные и социальные различия в стенах школ, развивает культуру делового общения, укрепляет чувство общности и создает понятные ориентиры для всех участников учебного процесса.

В большинстве школ страны учебный год проходит в штатном режиме: педагоги и ученики соблюдают установленные правила, понимая, что школа - это прежде всего пространство знаний. Однако вокруг темы единой одежды школьников не утихают искусственно раздуваемые дискуссии. Отдельные силы пытаются преподнести нормальные административные стандарты светского государства как ущемление религиозных прав верующих. В нашей мультикультурной стране дико даже слышать подобное, однако определенные силы решили превратить требования по соблюдению дресс-кода в стенах школы в инструмент религиозно-политических спекуляций.

К сожалению, эти спекуляции в некоторых случаях уже вышли за рамки информационных провокаций. Подстрекательство и манипуляция религиозными чувствами граждан привели к попыткам дестабилизации ситуации перед зданиями отдельных учебных заведений, пропуску занятий учениками и даже актам вандализма. Резонансным примером стал инцидент 12 октября в одной из средних школ Ясамальского района Баку, где была предпринята попытка поджога. В результате оперативных мероприятий сотрудников полиции был задержан подозреваемый - ранее судимый Мухаммед Исмайылов, а также пятеро учащихся 10-х и 11-х классов этой же школы, втянутых взрослыми провокаторами в противоправную деятельность. По факту возбуждено уголовное дело, и расследование продолжается. Попытки использовать детей в политических играх встретили жесткую реакцию в нашем обществе.

Глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов поделился с корреспондентом «Бакинского рабочего» своим видением ситуации в связи с введением новых требований к школьной форме: «На мой взгляд, этот шаг вполне оправдан. В современном обществе вопросы имущественного и социального равенства стоят достаточно остро. И было бы наивным полагать, что все это остается за порогом школы и не влияет на детей, создавая конфликтные ситуации. Логично устранять такие моменты, разумеется, с соблюдением прав ребенка и уважением к его личности».

Единая школьная форма призвана нивелировать эти различия в стенах учебных заведений, создавая равные, комфортные учебные условия для всех учащихся без исключения.

При этом, как подчеркнул правозащитник, надо исходить прежде всего из интересов ребенка: получения им гарантированного Конституцией среднего образования, предотвращения конфликтов с одноклассниками на религиозной почве, устранения факторов, отвлекающих детей от учебного процесса.

Главным ориентиром должен оставаться приоритет базового права ребенка на получение полного среднего образования. Никакие разногласия между взрослыми не должны становиться преградой для посещения учениками школьных занятий и их полноценной социальной адаптации.

Если обратиться к историческому опыту, то в советское время большевики выступали против чадры и никаба. А например, азербайджанский традиционный платок (келагаи) и в советское время воспринимался скорее именно как часть национального культурного кода, а не как религиозный символ.

Что касается хиджаба, то, по словам собеседника, дискуссия о его допустимости в светской школе ведется в нашем обществе уже более 20 лет.

«Но времена изменились, и Европейский суд по правам человека уже создал прецеденты, сводящие к нулю шансы туда пожаловаться по таким поводам, - отмечает Эльдар Зейналов. - Хотелось бы при этом задаться вопросом: насколько осмысленным является для девочки ношение хиджаба? Ведь решение о ношении хиджаба, а нередко и о раннем замужестве принимают взрослые, ориентируясь на половое созревание девочки, в то время как ее сознание созревает медленнее. Не случайно в нашем законодательстве дееспособность граждан ограничена законом до 18 лет. Возникает ситуация, когда родители могут манипулировать сознанием девочки и принимать за нее решения, противоречащие ее интересам», - сетует правозащитник.

Этот вопрос, кстати, не так давно дискутировался в Азербайджане в связи с подготовкой и принятием 15 апреля 2026 года закона «О правах ребенка». Он закрепляет свободу совести ребенка и позволяет родителям воспитывать детей в соответствии со своими религиозными убеждениями (при согласии между родителями в этом вопросе), однако строго запрещает принуждение детей к религии. При этом статья 4 этого закона возлагает защиту от такого принуждения на полицию, муниципалитеты, общественные объединения и профсоюзы. То есть защита прав ребенка не является обязанностью лишь его родителей. Правозащитник полагает, что именно принятие этого закона побудило законодателей заняться проблемой школьной формы.

«Принуждение к религии, обрядам или препятствование выходу из религиозной структуры уголовно наказуемо по статье 167-1 Уголовного кодекса Азербайджана. Если за принуждение взрослых могут оштрафовать на 3-5 тыс. манатов или лишить свободы на срок до 2 лет, то за принуждение несовершеннолетних наказывают строже: штраф до 7-9 тыс. манатов, а срок - от 2 до 5 лет. Этот закон может быть использован, если сторонники хиджаба объявят бойкот школьных занятий своими детьми. Но без комплексных мер это может усугубить ситуацию, - резюмировал эксперт. - Важно не допускать злоупотреблений. Считаю, что надо рассмотреть, например, возможность ношения в школах келагаи, который с 2014 года находится под защитой UNESCO. Но мой взгляд, носить его стоит разрешить не в начальных, а в старших классах».

https://br.az/society/129270/edinyy-standart/

Может ли поправка в законе «О психиатрической помощи» быть прямым доказательством нарушения прав и свобод человека?

 Юристы на связи…

By Voice Press -14 августа, 20:32

В последнее время в обществе не утихает дискуссия о новых изменениях, внесенных в закон «О психиатрической помощи». Так, например, лицу, совершившему административное правонарушение, могут оказать принудительную психиатрическую помощь и уже согласно новой статье, если задержка оказания психиатрической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, создает угрозу его жизни и здоровью либо жизни и здоровью других лиц, решение о проведении психиатрического освидетельствования без согласия самого лица или его законного представителя может быть принято прокурором, ведущим производство по делу об административном правонарушении, либо уполномоченным должностным лицом соответствующего органа (структуры), определенного органом исполнительной власти.

Насколько данное изменение в законе реально внедрить в наше общество? И не является ли оно прямым нарушением прав человека?

Корреспондент “Voicepress.az” решила разобраться в данном вопросе, обсудив его с членом Коллегии адвокатов АР, членом Дисциплинарной комиссии Гусейновой Эсмирой и главой Правозащитного Центра “Азербайджан” Эльдаром Зейналовым.

По словам Эсмиры Г. принятые изменения в закон «О психиатрической помощи» (касающиеся применения недобровольного освидетельствования в рамках дел об административных правонарушениях) вызывают серьезные дискуссии как среди юристов и правозащитников, так и среди медицинских специалистов.

«Вопросы, поставленные передо мной, действительно очень серьезные, поэтому я бы хотела предложить детальный анализ этих поправок с точки зрения практики их исполнения и соответствия стандартам прав человека.

Что качается реальности исполнения на практике, то могу отметить, что как с технической, так и организационной точек зрения реализация этих норм сталкивается с рядом серьезных препятствий:

Разграничение компетенций (врач vs. чиновник): Закон наделяет прокурора или должностное лицо административного органа правом принимать решение о психиатрическом освидетельствовании без согласия лица. В реальной жизни ни прокурор, ни полицейский не обладают медицинской квалификацией, чтобы корректно оценить наличие психического расстройства. На практике это приводит либо к формальному вызову психиатрической бригады «на всякий случай», либо к злоупотреблению полномочиями.

Нагрузка на медицинскую систему: Проведение принудительного освидетельствования и обеспечение изолированного содержания лиц, в отношении которых ведутся административные дела, требует создания отдельного режима, специальных палат, дополнительной охраны и штата врачей. Без соответствующей инфраструктуры норма рискует либо остаться на бумаге, либо исполняться с нарушением санитарных и медицинских норм.

Оперативность против процедурных норм: Повод для применения нормы — «непосредственная угроза жизни и здоровью». В экстренной ситуации процедура передачи материалов прокурору, вынесения им решения и вызова психиатра может занять слишком много времени, что нивелирует саму суть экстренной помощи.

Теперь, коснемся вопроса является ли это нарушением прав человека?

С точки зрения международного права и конституционных гарантий данный механизм находится в зоне повышенного риска с точки зрения соблюдения прав и свобод гражданина.

Основными правовыми рисками я бы выделила:

Право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 5 ЕКПЧ):

В соответствии со стандартами Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и Принципами ООН по защите лиц с психическими заболеваниями, недобровольное освидетельствование или госпитализация допустимы только при наличии объективных медицинских показаний, установленных независимым врачом-психиатром, и подлежат строгому и незамедлительному судебному контролю.

Передача права назначать принудительное освидетельствование органу обвинения (прокурору) или органу исполнительной власти в рамках административного процесса нарушает принцип разделения функций и снижает уровень защиты гражданина.

Риск использования психиатрии в немедицинских целях:

Административные правонарушения включают широкую категорию проступков — от нарушений ПДД и мелкого хулиганства до участия в несанкционированных собраниях или публичных спорах.

Отсутствие четких медицинских критериев прямо в законе создает возможность для давления на граждан, активистов или оппонентов под видом «проверки их психического здоровья».

Отсутствие предварительного судебного фильтра:

Если принудительное освидетельствование назначается решением прокурора до вынесения судебного вердикта, гражданин фактически лишается права на судебную защиту на первоначальном (и самом уязвимом) этапе вмешательства в его личную жизнь и неприкосновенность.

Суммируя все вышесказанное смело делаем вывод, что в текущей формулировке закон содержит высокий риск злоупотреблений и потенциальных нарушений прав человека.

Чтобы такая норма соответствовала международным правовым стандартам, она должна соблюдать три ключевых условия:

– Инициатива и ключевое решение должны исходить исключительно от профессионального врача-психиатра, а не от следственных или административных органов.

– Процедура обязана включать незамедлительный судебный контроль (в течение 24–48 часов).

– Гражданину должен быть гарантирован доступ к независимой юридической помощи и право на обжалование с момента принятия решения об освидетельствовании»- рассказала Эсмира Гусейнова.

В свою очередь глава Правозащитного Центра «Азербайджан», правозащитник Эльдар Зейналов считает, что данная поправка в закон, наоборот, поможет защитить конституционное право человека на охрану здоровья.

«Из дополнения, внесенного 13 июля 2026 в закон «О психиатрической помощи» (статья 19-2.1), видно, что оно закрывает определенный пробел в законодательстве об административных правонарушениях.

В статье 20 Кодекса Азербайджанской Республики об административных проступках (КАП АР) говорится, что «не подлежит административной ответственности лицо, которое во время совершения противоправного действия (бездействия) находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло отдавать себе отчет о фактическом характере и общественной опасности своих действий или руководить ими вследствие хронического психического заболевания, временного расстройства психики, слабоумия или иного болезненного состояния». Такая экспертиза назначается, например, при обоснованном сомнении в психической полноценности лица в момент совершения правонарушения.

В этом случае, уполномоченный орган (полиция, инспекция, суд) назначает судебно-психиатрическую экспертизу. И если эксперт подтверждает невменяемость, то выносится постановление о прекращении производства по делу, и административное наказание не назначается. Но, в отличие от уголовного процесса, где суд в случае невменяемости обвиняемого может напрямую вынести решение о «принудительных мерах медицинского характера», в административном процессе дело просто прекращается, и вопрос об оказании реально больному человеку медицинской помощи повисает в воздухе.

Возьмем другой случай: экспертиза показала, что человек с психиатрическими проблемами на момент совершения им правонарушения был вменяем. В таком случае, он подлежит административному наказанию. Оно в настоящее время может включать и до 3 месяцев ареста. Причем психиатрические проблемы не включены в число исключений (ст. 30.2 КАП АР). И человек, который представляет угрозу жизни и здоровью своим и других лиц, будет на законном основании помещен в камеру с другими людьми, либо заперт в камере-одиночке. Ведь судебно-медицинская экспертиза в данном случае устанавливает лишь вопрос вменяемости, а не госпитализации человека.

Новая статья 19.2-1 Закона «О психиатрической помощи» предусматривает как раз этот случай: «Если задержка в оказании психиатрической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, представляет угрозу его жизни и здоровью или здоровью других лиц, решение о проведении психиатрической экспертизы без согласия самого лица или его законного представителя принимает прокурор, ведущий производство по делу об административном правонарушении, или уполномоченное должностное лицо органа (организации), определенного соответствующим исполнительным органом».

Правда, госпитализация административного правонарушителя оставляет открытыми некоторые вопросы процессуального характера. Поэтому, чтобы не противоречить Закону «О психиатрической помощи» и не создавать проблемы бюрократического характера, КАП и Административно-Процессуальный Кодексы тоже должны быть доработаны.

Если посмотреть на данное изменение в закон с точки зрения нарушения прав человека, то могу сразу отметить, что наоборот, оно поможет защитить конституционное право человека на охрану здоровья. При этом соответствующая статья 41 Конституции АР предусматривает и ответственность «должностных лиц, скрывающих факты и случаи, которые создают угрозу для жизни и здоровья людей».

Психиатрические проблемы относятся в нашем обществе к табуированным, и родственники таких граждан всеми силами стараются избежать их госпитализации, хотя это может привести к тяжелым последствиям. Это объясняет, почему у нас часто по улицам без медицинской помощи бродят и даже ездят на автомашинах люди, опасные для себя и других. И именно по этой причине Закон «О психиатрической помощи», провозглашая в статье 5 «добровольность» этой помощи, предусматривает в определенных случаях возможность и «недобровольной» помощи (ст.11).

Это отражает принцип баланса интересов личности и общества, который отражен в международных конвенциях, ратифицированных Азербайджаном: каждый имеет то или иное право, но оно может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые «предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе», например, в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц и т. п. Точно так же и «демократическое общество» не должно без нужды ограничивать права личности.

В данном же случае, речь идет о защите жизни и здоровья граждан, то есть основных их прав. И компромисс может дорого нам обойтись.»- отметил Эльдар З.

Для справки: 

Гусейнова Эсмира

адвокат, член Коллегии адвокатов АР, член Дисциплинарной комиссии. Награждена медалью “Терегги”  за заслуги в развитии адвокатуры в АР

Эльдар Зейналов

глава Правозащитного Центра Азербайджана, правозащитник.

Джамиля Чеботарева.

https://voicepress.az/ru/2026/08/mozhet-li-popravka-v-zakone-o-psihiatricheskoj-pomoshhi-byt-pryamym-dokazatelstvom-narusheniya-prav-i-svobod-cheloveka-yuristy-na-svyazi/