Укоротят руки мелким взяточникам – поможет ли Нацплан реально бороться с коррупцией в Азербайджане?

На днях президент Азербайджана Ильхам Алиев подписал распоряжение об утверждении «Национального плана действий по усилению борьбы с коррупцией на 2022-2026 годы».

Как сообщается, документ был подписан в целях дальнейшего повышения прозрачности в деятельности государственных структур, предупреждения случаев, создающих условия для коррупции, дальнейшего усиления подотчетности государственных органов перед общественностью, совершенствования и электронизации услуг, оказываемых государственными структурами населению, а также обеспечения преемственности мер, принимаемых в связи с противодействием коррупции.

Тут стоит отметить, что в Азербайджане уже с 2004 года существует Главное управление по борьбе с коррупцией при Генеральном прокуроре, и в том же году была создана Комиссия АР по борьбе с коррупцией — из 15 членов, пять из которых назначаются президентом, пять – парламентом и еще столько же – Конституционным судом. До 31 августа комиссию возглавлял бывший глава администрации президента Рамиз Мехтиев.

И соответственно возникает вопрос о надобности нового плана. Будет ли он эффективен, если в стране давно уже есть целых две структуры, которые так и не добились за все эти годы прорывных успехов в борьбе с коррупцией? Насколько высока вероятность, что этот Нацплан поможет реально начать бороться с коррупцией в Азербайджане?

Своим мнением об этом поделился с "Зеркало" директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов:

— Борьба с коррупцией, безусловно, нужна. На ней настаивают и международные структуры. И я лично уверен, что некоторый эффект этот новый План действий, определенно, даст. Но насколько он будет заметным и удовлетворит уважаемую публику, зависит от наших ожиданий. А они, будем откровенны, различаются в зависимости от того, является ли публика европейской или нашей, местной.

Какую коррупцию видят у нас европейцы? «Лондромат», когда миллиарды долларов выводятся из Азербайджана и проведя через несколько банков, отмывают добела. Чьи-то подставные компании, открытые для этой же цели в оффшорах. Недвижимость с астрономической стоимостью в какой-то из европейских стран. И т.д. В любой европейской стране такого рода скандалы положили бы конец правительству страны. Но не в Азербайджане, и вот почему.

Для обычного, среднестатистического азербайджанца все эти скандалы — лишь сотрясение воздуха, его лично не касающиеся. Другое дело — когда его самого трясут «люди с папками», когда он решится открыть свое небольшое дело. Или если в какой-то конторе за положенный по закону документ потребуют мзду. Или если остановит на трассе гаишник и на ровном месте потребует штраф или оказание «уважения»…

Вот такие инциденты «низовой коррупции» и возмущают людей, доводят до слез и истерик, приводят к акциям протеста, а иногда — даже к физическим нападениям на коррупционеров. Более глобальные происшествия не вмещаются в сознание обывателя таким несусветным количеством нулей в цифрах, и это вызывает скорее зависть, чем возмущение. Именно по этой причине периодические вбросы Западом компромата о «верхушечной» коррупции не вызывают ожидаемой реакции у простой публики.

В краткосрочной перспективе крупным коррупционерам достаточно подавить низовую коррупцию, чтобы нейтрализовать критику снизу и даже вызвать искреннюю благодарность у публики. Таким путем пошли олигархи в Грузии, на которую с умилением смотрят наши поборники демократии. Там не вымогают деньги за справки, нет террора разных контролеров, ходьбы по кабинетам и стояния в очередях, полицейские вежливы, а таможенники «не смотрят в руки». Но при этом верхушечная коррупция сохраняется.

Считается, что низовая коррупция якобы жизненно важна для олигархов. Мол, мелкие взяточники обдирают простых граждан, делятся с коррупционерами покрупнее, и так до верха. Но это справедливо лишь для тех стран, где нет природных ресурсов или развитого крупного бизнеса. Там, где они есть, ни правительство, ни олигархи почти не зависят от тех крошек, которые сдирают с простых граждан мелкотравчатые грызуны.

Приведу пример. У нас трудоустроено около 5 млн человек со средней зарплатой 450 долларов. С учетом такого же количества иждивенцев, на душу населения приходится порядка $225 при прожиточном минимуме $125. Предположим, что из оставшихся $100 на взятки и прочие поборы уходит половина ($50). Итого, обдираловка всего населения даст 0,5 млрд долларов. В то же время доходы госбюджета в этом году запланированы на уровне 16 млрд долларов (26,816 млрд манатов), причем в подавляющем большинстве за счет нефтяного сектора, к которому большинство населения никакого отношения не имеет. То есть наши олигархи гораздо больше зависят от цен на нефть и газ, чем от взяток от пенсионеров и продавцов семечек.

Эта простая выкладка показывает, что низовая коррупция для олигархов — это не жизненная необходимость, а скорее дань традициям. Поэтому борьба с ней вполне возможна, что и показывают успешные эксперименты вроде ASAN или DOST. По-видимому, на нынешнем этапе, на большее нам рассчитывать не приходится, и новый План действий продвинет процесс борьбы с низовой коррупцией еще дальше.

Теперь о Комиссии по борьбе с коррупцией. Она была составлена из представителей авторитетнейших госструктур, но никогда не была инициатором ни одного из громких расследований коррупции, которых было немало с 2004 г. И это не случайно, потому что борьба с верхушечной коррупцией в ее задачу не входила.

Технически, разоблачить крупного коррупционера достаточно просто. Ведь он наслаждается богатой жизнью и не только не скрывает своих доходов, но еще их и демонстрирует (без этого и радость не в сладость). Очень легко разоблачить и осудить многих наших чиновников, просто обнаружив в их собственности любое имущество, по стоимости многократно превышающее их заработки. Как якобы сказал Ленин, «любого нашего наркомпрода через 2 месяца работы можно без трибунала ставить к стенке». Но это бы привело к дестабилизации.

Кто-то точно подметил, что на Западе, чтобы попасть во власть, надо быть богатым, а на Востоке во власть идут, чтобы стать богатыми. А затем, став олигархами, попадают в западню: все их капиталы заработаны преступным путем, и если их обладатель уйдет из власти, то будет раскулачен. Значит, коррупционер будет держаться за кресло, даже если он уже подгреб под себя достаточно средств, чтобы обеспечить не только детей, но и внуков и правнуков. И будет имитировать борьбу с коррупцией, наказывая мелкую шушеру.

Неслучайно, в последние десятилетия раскулачивали лишь тех крупных чиновников, кто «крысятничал» и не считался с остальной олигархической «братвой». А основным «уловом» правоохранительных органов была именно мелкая шушера. Например, в 2021 году завели дела на 492 лиц и наложен арест на имущество стоимостью 101 млн манатов. То есть на одного коррупционера пришлось в среднем 200 тыс. манатов, стоимость одной квартиры в новостройке.

А вот в отношении сверхкрупных капиталов реальность такова, что простой способ борьбы с преступностью, когда прокурор возбуждает уголовное дело, а полиция арестовывает, не срабатывает — ни у нас, ни даже на Западе. Имея средства в недоступных для Фемиды местах, олигархи прекрасно уходят от ответственности и, главное, могут нанести ответный удар. Например, профинансировать «цветную революцию», расшатать экономику небольшой страны, заказать политическое убийство и т.д.

Необходимо осознать и признать, что олигархи в странах бывшего СССР уже имеют собственное классовое самосознание и, по сути, стали классом, неотъемлемой частью общества. Пока это еще не капитализм, и необходима трансформация базарного мышления общества в рыночное. И поэтому основная борьба с коррупцией должна вестись не на персональном, а на системном уровне. В том числе необходимы амнистия «грязных капиталов» в обмен на гарантии безопасности для олигархов и их бизнеса, проведение антимонопольных мер и политики, ограничивающей влияние бизнеса на политику, и т.д. Все эти идеи, которые еще недавно выглядели еретическими, понемногу начинают восприниматься. Во всяком случае, проскакивают намеки в призывах властей вывести капиталы из тени, угрозах не засчитать прошлых заслуг тем, кто будет непрозрачен в бизнесе и т.п.

А пока что порадуемся тому, что, благодаря новому Плану действий власти еще больше укоротят руки мелким взяточникам. И это тоже нужно.

Автор: Рауф Оруджев

Дата: 2022/04/08, 15:56

https://zerkalo.az/ukorotyat-ruki-melkim-vzyatochnikam-pomozhet-li-natsplan-realno-borotsya-s-korruptsiej-v-azerbajdzhane/

«Дедовщина» в Карабахе под прицелом Евросуда

ЕСПЧ вынес решение по делу о самоубийстве армянского призывника в Карабахе

7 апреля 2022, 13:04

Двенадцать лет назад, когда Армения на полном серьезе отрицала, что ее военнослужащие причастны к оккупации территории Карабаха, один из ее граждан, 18-летний солдат из г. Армавир (Армения) Валерий Мурадян проходил там срочную службу. 15 марта 2010 г. его нашли повешенным на металлическом столбе позади офицерского здания военной части.

В тот же день было возбуждено уголовное дело (которое расследовалось гарнизонным следственным отделом Следственной службы Минобороны Армении, а не самопровозглашенной «НКР»). Рядом с местом происшествия был обнаружен чьи-то ремень, фуражка, куртка, порванная пустая картонная коробка с именем покойного.

Судебно-медицинская экспертиза подтвердила смерть от удушения петлей. При этом на теле солдата были обнаружены не связанные со смертью кровоподтек и ссадина, нанесенные за 2-4 дня до смерти. Судебно-психиатрическая экспертиза установила, что Мурадян не страдал каким-либо психическим расстройством, мог объяснить свои действия и контролировать их. Сослуживцы и офицеры в один голос утверждали, что Мурадян на военную службу не жаловался, в последнее время находился в хорошем настроении, не испытывал ни тревоги, ни отчаяния, имел планы на будущее, а главное — его отношения с однополчанами были нормальными…

Последнее как раз было сомнительно, так как было очевидно, что молодого человека до решения свести счеты с жизнью кто-то довел, а в армии причиной суицида нередко бывает т.н. «дедовщина». Следователь быстро выяснил, что у покойного была неприятная ситуация, когда он оказался должен одному из сослуживцев хоть и небольшую, но чувствительную для солдата сумму (около 4 евро), и с него ее потребовали. Участники «разборки» с покойным утверждали, что разговор длился 10 минут, к погибшему не применяли насильственных методов убеждения, и что тот на упреки только молчал, опустив голову, а затем ушел. Ночью после отбоя его хватились и нашли уже в петле.

В ходе следствия было установлено, что найденный на месте происшествия военный ремень принадлежал одному из участников «разборки», который дал невнятное объяснение, что просто «забыл» свой пояс на месте обнаружения тела В. Мурадяна. Также было установлено, что одежда Мурадяна была в какой-то грязи и плесени, происхождение которых не выяснялось.

Судебный эксперт-психолог пришел к выводу, что перед смертью В. Мурадян находился в тяжелом подавленном психологическом состоянии, которое было спровоцировано дискуссиями о возврате денег, и что существует причинно-следственная связь между действиями сослуживцев и психологическим состоянием солдата, которой надо дать правовую оценку.

Вроде бы все было ясно, но не для армянской военной Фемиды. Объяснениям сослуживцев поверили на слово. Синяк и ссадину у покойного списали на то, что он мог их получать при ремонте автомашин за несколько дней до смерти. Командиру части дали выговор, объяснениям сослуживцев поверили и оправдали их. Дело закрыли, так как «лицо или лица, подлежащие привлечению к ответственности, не установлены».

Тем временем, мать покойного заявила, что во время телефонного разговора за пару дней до инцидента ее сын сказал ей, что он был свидетелем кражи топлива в воинской части. Она также заявила, что не верит в то, что ее сын мог покончить жизнь самоубийством и что он был убит военнослужащими, которых он видел на воровстве горючего. С учетом того, сколько сейчас уголовных дел возбуждено в Армении как раз по такого рода злоупотреблениям в армии, это было вполне возможно. Однако военная полиция случаев недостачи горючего в части не выявила.

Следствие несколько раз прекращали и снова возобновляли после жалоб матери в прокуратуру и суды. А недостатки следствия были видны невооруженным глазом

Так, экспертизы были проведены лишь спустя полгода, когда биологические образцы уже не были свежими. Было утеряно вещественное доказательство (ботинки). Не было дано и адекватного объяснения двум травмам, отмеченным в протоколе вскрытия. Не выяснено, почему сержант скрывал отсутствие солдата в казарме в то время, когда тот предположительно совершал самоубийство, и почему обвинение в причастности к самоубийству было предъявлено не всем участникам конфликта. Доказательства, касающиеся более ранних инцидентов с применением к Мурадяну насилия и унижения, стали известны через несколько месяцев после того, как был подготовлен отчет о посмертной судебно-психиатрической и психологической оценке, однако это не привело к переоценке этого отчета и результатов расследования. А «новые» следственные действия в основном сводились к повторным допросам тех же свидетелей по тем же вопросам, которые заявляли, что им нечего добавить к уже сказанному. Да и контрактника, виновного в более раннем избиении Мурадяна, тоже подвели под амнистию и не наказали.

Лишь через 7 лет, в июле 2017 г., те бывшие сослуживцы Мурадяна, о вине которых писал эксперт, были официально обвинены в неуставном поведении, в результате чего Мурадян покончил жизнь самоубийством. Однако местонахождение подозреваемых установить не удалось, и в деле нет ничего, что указывало бы на такие значимые шаги, как, например, объявление их в розыск или обращение к международно-правовой помощи (предположительно, виновные скрываются в России).

23 октября 2018 года Ереванский суд констатировал очевидное: право заявительницы на эффективное расследование было нарушено в связи с длительным расследованием, отсутствием возможности эффективно участвовать в ряде судебно-медицинских экспертиз, не рассмотрения должным образом ее жалоб. Суд обязал следственный орган возобновить уголовное производство, устранив нарушение прав матери покойного, а матери посоветовал подать гражданский иск о возмещении ущерба за смерть сына. Но женщина на это не пошла, так как это не решало вопроса уголовного наказания виновных, да и в случае успеха, по армянскому законодательству, сулило явно неадекватную компенсацию в размере примерно 6.000 евро.

На июль 2020 года, то есть 10 лет спустя после смерти Мурадяна, расследование дела все еще продолжалось. Похоже, что ситуация не изменилась и на сегодняшний день, отражая «прохладное» отношение властей к обязанности устранять нарушение прав.

Отчаявшись найти справедливость в армянском суде, мать солдата обратилась в Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ) с жалобой «Нана Мурадян против Армении» (№69517/11) на нарушение права ее сына на жизнь, гарантированное статьей 2 Европейской Конвенции по Правам Человека (ЕКПЧ). То, что смерть произошла не в Армении, а на оккупированной территории Азербайджана, в данном случае роли не играло.

В процессе переписки с Евросудом, правительство Армении все же попыталось лишить мать солдата статуса жертвы на основании того, что более чем 12-летнее следствие (а по сути — издевательство над матерью солдата) все еще продолжается. Но ЕСПЧ с этим не согласился, отметив, что как раз то, что уголовное дело все еще находилось на стадии расследования, и является главным обстоятельством, делающим заявительницу жертвой.

Согласившись с доводом властей Армении, что утверждение матери об убийстве (а не самоубийстве) сына было бы «чисто спекулятивным», ЕСПЧ вместе с тем отметил, что власти не выполнили свои обязанности по эффективной защите призывников от опасностей, присущих военной жизни, и обеспечению высоких профессиональных стандартов для защиты призывников.

Суд отметил, что в том подразделении Армении, в которой служил Мурадян, «помимо дедовщины и притеснений со стороны более влиятельных новобранцев или младшего командного состава, отношения между военнослужащими постоянно включали денежные вопросы и частые разногласия по этому поводу… Однако вместо того, чтобы сообщить о существовании такой практики своему начальству, младшие сержанты… сами занимались денежными делами… Обстановка в воинской части была такова, что младшим офицерам не рекомендовалось сообщать о неправомерных действиях».

Ряд относящихся к делу документов не был представлен Арменией Евросуду под предлогом секретности. Среди них был и отчет по результатам внутреннего расследования Минобороны Армении, на основании которого командный состав воинской части был подвергнут дисциплинарным взысканиям. Поэтому Евросуду было неясно, наказали ли командный состав за конкретные события, имевшие место в день происшествия, или же за несоблюдение дисциплины и морального духа в воинской части в целом.

Однако даже из представленных Евросуду материалов следует, что «не было принято никаких мер для эффективной защиты В. Мурадяна от жестокого обращения со стороны старших призывников и младшего командного состава, что, согласно выводам следствия, привело к его самоубийству». Соответственно, имело место нарушение материально-правовой части статьи 2 ЕКПЧ («Право на жизнь»).

Что касается нарушения ст.2 ЕКПЧ в процессуальной части, то ЕСПЧ критически оценил проведенное властями расследование, отметив, что «в первые месяцы следствия было допущено несколько недостатков, которые привели к полной потере возможности собрать важные судебные доказательства».

ЕСПЧ также отметил, что расследование дела трижды приостанавливалось по разным причинам, и каждый раз соответствующие постановления отменялись либо надзирающим прокурором, или в суд по жалобе заявителя, в результате чего 1 июля 2020 года, более чем через десять лет и три месяца после смерти, расследование еще не было завершено — и это после того, как Ереванский суд признал расследование неоправданно длительным. Евросуд отметил, что «государство не представило в высшей степени убедительные и правдоподобные причины для оправдания такого [медленного] хода разбирательства».

Таким образом, имело место нарушение статьи 2 Конвенции как в отношении неспособности властей защитить жизнь сына заявительницы, так и в отношении непроведения властями эффективного расследования обстоятельств его смерти. В этой связи, ЕСПЧ обязал заплатить Нане Мурадян 20.000 евро в качество компенсации морального вреда.

…Права человека не имеют национальных границ. Так, жалоба лачинских беженцев по делу «Чирагов и другие против Армении» (№13216/05) привела ЕСПЧ  к выводу, что Армения «осуществляет эффективный контроль над Карабахом и окружающими территориями». Это помогло открыть незримую завесу над неприглядными реалиями этой «серой зоны», которые ранее тщательно скрывались от цивилизованного мира. А в результате  уже несколько армянских семей, включая и семью Наны Мурадян на самом авторитетном международном уровне смогли призвать свое правительство к ответу за дедовщину и связанные с нею солдатские смерти на оккупированных территориях. Заодно, усилиями Евросуда улучшится осведомленность о кавказских делах и самих европейцев.

Эльдар Зейналов

https://minval.az/news/124238381

Текст решения ЕСПЧ (на англ.)

https://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-216629

Карабахские «Свидетели Иеговы» выиграли дело против Армении

5 апреля 2022, 13:59

Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ) неоднократно обращался к теме правовой ответственности Армении за нарушения прав человека, происходящих на оккупированной ею территории Карабаха, где была создана марионеточная «Нагорно-Карабахская Республика» («НКР»). На днях ЕСПЧ рассмотрел очередную жалобу сугубо мирных людей, которые попытались зарегистрировать в Карабахе «Христианскую религиозную организацию Свидетелей Иеговы». Эта всемирная организация широко известна в мире тем, что «Свидетели» выступают не только против любой войны, но и против армейской службы. За это они подвергались гонениям и в нацистской Германии, и в сталинском СССР.

Понятно, что попытка людей с такой репутацией получить легальный статус в милитаризованной «НКР», была изначально обречена на неудачу. Ведь «Свидетелей» за их проповеди мира преследовали там с 1993 года. Несмотря на гонения, а может, и благодаря ним, к 2009 году община насчитывала уже около 500 членов. Несмотря на то, что принятый в «НКР» в ноябре 2008 года «закон» о свободе совести и религиозных организациях защищал исключительную роль Армянской Апостольской Святой Церкви (ААСЦ), «Свидетели» решились перевести свой спор с властями в чисто правовое русло.

В июне 2009 г. «Свидетели» первый раз обратились за регистрацией, и через две недели получили отказ, обоснованный неким экспертным заключением, в котором их обвинили в использовании ряд методов психологического воздействия на верующих, и объявили далекими от христианства. Эксперт отметил, что «Свидетели» распространяли свою веру, в то время как «только ААСЦ имеет право свободно проповедовать и распространять свои убеждения на территории» Карабаха. Другим «грехом» явился пацифизм и аполитичность «Свидетелей», которые «не участвуют в политике или войне какой-либо страны», в частности, отказываются служить в «армии» и игнорируют «выборы» в «НКР».

В местном Административном «суде», куда обратились «Свидетели» против решения Госреестра, эксперт повторил свои обвинения и в конце признался, что одно время работал в Армянской Апостольской церкви. Суд ожидаемо принял сторону властей и в конце января 2010 г. был в этом поддержан «Верховным Судом НКР». Как результат, в марте-мае 2010 г. прошли полицейские рейды против «Свидетелей» в трех находящихся тогда под оккупацией городах Карабаха. Нескольких «Свидетелей» административно наказали за проведение несанкционированного религиозного собрания, причем именно в связи с тем, что «Свидетели» не были зарегистрированной религиозной организацией.

В августе 2010 г. представитель «Свидетелей», действовавший на основе доверенностей от 100 единоверцев, предпринял вторую попытку регистрации, с тем же результатом. При этом жалобу на отказ в регистрации отклонили на том основании, что у представителя не было доверенности от организации, которую бы и не могли дать, потому что она не была зарегистрирована. Круг замкнулся.

В феврале 2012 г. «Свидетели» предприняли третью попытку регистрации. Жалобу на отказ «Административный суд» отклонил по мотивам преюдиции (стороны в обоих делах совпадают, а предмет и основания иска идентичны) и был в этом поддержан «Верховным Судом НКР».

На этом, казалось, история и должна была закончиться тупиком, ввиду непризнанного статуса «НКР». Однако «Свидетели» сделали неожиданный ход, подав в ЕСПЧ жалобу на нарушение свободы мысли, совести и религии, в свете свободы объединений и собраний, которые гарантированы ст.10 и ст. 11 Европейской Конвенции по Правам Человека (ЕКПЧ) соответственно.

«Свидетели» утверждали, что из-за отказа в регистрации, они были лишены права на юридическое лицо, позволяющее им действовать коллективно. В результате отказа прошли незаконные рейды против религиозных собраний «Свидетелей» в частных домах и арендованных помещениях, а также произвольные обыски и преследования со стороны властей. «Свидетели» были представлены в общественном мнении запрещенной религией второго сорта,  «сомнительной сектой» и т.д. Сами же «Свидетели» считали, что стали жертвой религиозных предрассудков «властей НКР», так как не принимали т.н. «Никейский символ веры», принятый у ААСЦ, и имели религиозные возражения против военной службы.

Жалоба была подана против не самозванной «НКР», где были приняты все решения, а против Армении. Поэтому не случайно, что первое возражение страны-ответчика было против самой приемлемости жалобы. Не отрицая, что Армения стоит за «НКР», Ереван утверждал, тем не менее, что «государства, оказывающие поддержку непризнанным образованиям, не могут нести ответственность за конкретные действия, предпринятые представителями местных администраций этих непризнанных образований».

Но к этому моменту Армения уже проиграла прецедентные дела «Чирагов и другие против Армении» (№ 13216/05), «Мурадян против Армении» (№ 11275/07) и «Залян и другие против Армении» (№ 36894/04), в которых утверждалось, что, поскольку Армения осуществляла эффективный контроль над «НКР», в соответствии с Конвенцией, она несла ответственность за нарушения прав со стороны местной администрации «НКР».  Важным было упоминание 10 ноября 2020 г., даты завершения последних военных действий, как момента, с которого Армения была лишена эффективного контроля над Карабахом. Жалоба касалась более раннего периода и была приемлемой.

В переписке с ЕСПЧ правительством Армении были применены «противоречивые» аргументы — дипломатический эвфемизм обмана. Так, утверждалось, что «Свидетели Иеговы» якобы могли свободно осуществлять свою деятельность в Карабахе, в том числе путем созыва собраний. Кроме того, Ереван заявил, что раз «Свидетели» отказались выполнять свой долг по защите своей родины, то это поставило под угрозу национальную безопасность «НКР» в связи с риском возобновления военных действий со стороны Азербайджана, и отказ в регистрации был поэтому оправдан.

При рассмотрении этого дела в ЕСПЧ центральным вопросом была  «необходимость в демократическом обществе» отказа в регистрации «Свидетелей»: оправданность его в принципе и соразмерность преследуемой законной цели. В данном случае, отказ в регистрации был вызван якобы несоответствием представленных документов требованиям законодательства. Но сам вывод о несоответствии опирался на заключение эксперта, что «Свидетели» опасны, так как отказываются от прохождения военной службы. Да и в ходе переписки с ЕСПЧ, сами власти Армении на это ссылались, как на основную причину отказа.

ЕСПЧ отмечает, что объективность экспертного заключения и достоверность его выводов вызывают сомнения. Конечно же, ст. 9 ЕКПЧ не защищает «неправомерный прозелитизм», например, предложение материальной или социальной выгоды или применение неправомерного давления с целью привлечения новых членов в церковь. Но в экспертном заключении о «Свидетелях» не упоминалось ни одно имя жертвы методов психологического манипулирования и конкретных доказательств ненадлежащего прозелитизма со стороны «Свидетелей». Таким образом, выводы экспертного заключения были основаны на предположениях, не подтвержденных фактами.

ЕСПЧ находит поразительным, что утверждение о «охоте за душой» («охота за религией») основывалось на предпосылке о том, что действия, мотивированные или вдохновленные религией или убеждениями, отличными от Армянской Апостольской церкви, должны рассматриваться как «охота за душой» («охота за религией»). Суд находит еще более поразительным, что эксперт на основании того факта, что «Свидетели» не принимают Никейский символ веры, пришел к выводу, что они были «далеки от того, чтобы быть христианской организацией».

Соблюдение государством нейтралитета и беспристрастности несовместимо с любой оценкой с его стороны законности религиозных убеждений или способов выражения этих убеждений. Принцип автономии религиозных общин, установленный в прецедентном праве ЕСПЧ, подразумевает, что только высшие духовные авторитеты религиозной общины, а не государство или даже национальные суды, могут определить, к какой религии принадлежит это сообщество.

Что касается ссылки правительства Армении на то, что отказ Свидетелей Иеговы служить в армии поставил под угрозу национальную безопасность «НКР», то формулировка ст. 9 не предусматривает ограничения свободы религии по соображениям национальной безопасности. Это отражает первостепенное значение религиозного плюрализма как одной из основ «демократического общества» и тот факт, что государство не может диктовать человеку, во что верить, или принимать принудительные меры, чтобы заставить его изменить свои убеждения.

Кстати, в прошлом году ЕСПЧ уже рассматривал дело «Аванесян против Армении» (№12999/15) о задержании и осуждении одного из карабахских «Свидетелей» за отказ от военной службы в «НКР» по соображениям совести, и нашел в этом случае нарушение ст.9 ЕКПЧ.

Таким образом, Суд пришел к выводу, что способ, которым национальные власти отказали в регистрации заявителя в качестве религиозной организации, не может быть признан «необходимым в демократическом обществе», и что имело место нарушение статьи 9 ЕКПЧ (в свете статьи 11). ЕСПЧ также назначил сумму в 4500 евро в качестве компенсации морального ущерба и 1000 евро — для покрытия расходов адвокатов.

С каждым подобным решением расширяется правовая база, доказывающая фиктивность «независимости НКР» и мифа о «демократии» в этой «серой зоне» в те годы, когда в Карабахе безраздельно хозяйничала Армения.

Эльдар Зейналов

https://minval.az/news/124237845

Текст решения ЕСПЧ (на англ.):

https://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-216366