Ответственность за преступления самопровозглашенной «НКР» лежит на Армении

04-11-2020 21:48

По мере освобождения оккупированных азербайджанских территорий нашему взору открывается совсем неприглядная картина - Армения практически полностью уничтожила все то, что имелось на этих землях. Дома разрушены практически до основания, сады вырублены, имевшаяся там инфраструктура либо полностью уничтожена, либо устарела настолько, что ее придется создавать заново. Ответит ли Армения за данные преступления и уничтожение имущества граждан Азербайджана? Об этом мы побеседовали с правозащитником, главой Правозащитного Центра Азербайджана (ПЦА) Эльдаром Зейналовым.

- Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу возвращения наших беженцев на освобожденные территории. Даже судя по фото- и видеоматериалам, вся их недвижимость была полностью уничтожена за годы армянской оккупации. Должна ли Армения, согласно международному юридическому праву, отвечать за это? Есть ли международные документы, которые регулируют данный вопрос?

- Такие документы есть, причем в изобилии. Например, Четвертая Женевская Конвенция имеет целый раздел, посвященный оккупированным территориям и обязанностям оккупирующих властей. Статьей 49 этой конвенции «воспрещаются по каким бы то ни было мотивам … депортирование покровительствуемых лиц из оккупированной территории на территорию оккупирующей Державы или на территорию любого другого Государства независимо от того, оккупированы они или нет». При эвакуации оккупантами какого-либо определенного оккупированного района, если этого требуют безопасность населения или особо веские соображения военного характера, «население будет возвращено обратно в свои дома немедленно после того, как боевые операции в этом районе будут закончены».

Другое положение (статья 53) прямо указывает, что «всякое уничтожение оккупирующей Державой движимого или недвижимого имущества, являющегося индивидуальной или коллективной собственностью частных лиц или Государства, общин либо общественных или кооперативных организаций, которое не является абсолютно необходимым для военных операций, воспрещается».

Так что депортация вынужденно перемещенных лиц (ВПЛ) с ныне освобожденных территорий, а также уничтожение принадлежащего им жилья и хозяйственных построек является нарушением гуманитарного права. Армения на момент оккупации земель ко всем этим конвенциям уже присоединилась.

В Уголовном кодексе Азербайджанской Республики такие действия подпадают под статью 116, предусматривающую уголовную ответственность - лишение свободы на срок от десяти до двадцати лет либо пожизненное лишение свободы - за нарушение норм международного гуманитарного права во время вооруженных конфликтов, куда подпадают, в числе прочего, осуществление широкомасштабных разрушений, не вызванных военной необходимостью (ст. 116.0.6).

Полагаю, что не случайно Генеральная прокуратура Азербайджана фиксирует сейчас не только применение запрещенных видов оружия, обстрелы гражданских объектов, но и состояние различных объектов на освобожденных территориях. В созданных в каждом районе комиссиях участвуют представители МЧС, Минсельхоза, Минэкономики и Минфина. Не нужно быть проницательным, чтобы понять, что Азербайджан готовится выставить Армении счет. 

- Могут ли беженцы подавать в суд по правам человека и могут ли они рассчитывать на какую-то компенсацию или все попытки окажутся тщетными? Есть ли в мире примеры, когда такие иски все же были удовлетворены? Как вы думаете, наше государство может взыскать материальную компенсацию с Армении за причиненный ущерб?

- В контексте различных вооруженных конфликтов, включая армяно-азербайджанский, на уровне Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) уже поднимались подобные вопросы. В частности, группа ВПЛ из Лачинского района (Чирагов и 5 других) в 2012-17 гг. выиграла в Большой Палате Евросуда жалобу против Армении. В части, касающейся возмещения морального ущерба, ЕСПЧ определил заявителям компенсацию по 5 тыс. евро, но даже чуть больше своих клиентов (28.643 фунта стерлингов) заработали их адвокаты. Основная же статья — материального ущерба определена не была, так как ЕСПЧ подписался под невозможностью скалькулировать его точно.

Кроме того, ЕСПЧ компенсируется не всякий ущерб, а лишь тот, который граждане понесли после даты вступления в силу Европейской Конвенции по правам человека в Армении, то есть после 26 апреля 2002 г. Разрушение зданий, грабеж имущества считаются однократными актами, которые не создают ситуации продолжающегося нарушения. Соответственно, рассчитывать на компенсацию имущества, уничтоженного в 1992-1994 гг., не приходится.

С этим столкнулся еще Чирагов, который смог поднять в Страсбурге лишь «продолжающиеся нарушения», касающиеся невозможности возвращения в свой дом, а также распоряжения своим недвижимым имуществом (земельным участком). При этом желание Армении снять с себя ответственность за оккупацию Лачинского района, переложив ее на никем не признанную «нагорно-карабахскую республику», было отклонено ЕСПЧ. Суд пришел к выводу, что «с ранних дней нагорно-карабахского конфликта Армения имела важное и решающее влияние на конфликт, что эти две структуры были сильно интегрированы фактически во всех важных делах и что эта ситуация сохраняется по сей день. Другими словами, Нагорный Карабах и его администрация выживают за счет военной, политической, финансовой и иной поддержки, оказываемой ему Арменией, которая, осуществляет эффективный контроль над Нагорным Карабахом и окружающими территориями...»

В деле «Грачья Мурадян против Армении» (no.11275/07) ЕСПЧ пошел дальше и отметил, что «Армения находится под обязательством обеспечить в этой области (Нагорном Карабахе - Э.З.) права и свободы, установленные Конвенцией, и ее ответственность по Конвенции не может быть ограничена только действиями ее собственных солдат или чиновников, действующих в Нагорном Карабахе, но также распространяется на действия местной администрации, которая выживает за счет военной и иной поддержки Армении».

Так что на сегодня установлено, что Армения ответственна за действия самопровозглашенной «НКР», и что имеют перспективу жалобы, связанные с доступом к имуществу и невозможностью возвращения домой (но при этом можно рассчитывать на компенсацию только морального ущерба).

Компенсация же материального ущерба гражданам лежит за пределами временной юрисдикции, так как дома наших ВПЛ были разрушены до вступления в силу Европейской Конвенции по правам человека. Впрочем, нашим законом «О статусе беженца и вынужденного переселенца» предусмотрено, что государство при возвращении ВПЛ в место постоянного проживания обеспечит их бесплатным жильем. Вопрос о том, компенсирует ли государство-агрессор эти расходы, остается пока неясным.

Возможно, Азербайджан может добиться получения компенсаций от Армении через межгосударственную жалобу (такие прецеденты уже созданы, например, жалобами против России со стороны Грузии). В этом случае разрушение домов на оккупированных территориях Азербайджана будет по праву отнесено к преступлениям против человечества и военным преступлениям, к которым уже не будет применим срок давности. Похоже, над этим сейчас и работают Генпрокуратура и межведомственные комиссии при районных комендатурах освобожденных территорий.

Беседовала:

С.СУЛТАНГЫЗЫ

https://www.novoye-vremya.com/posts/eldar-zeynalov-otvetstvennost-za-prestupleniya-samoprovozglashennoy-nkr-lezhit-na-armenii-2020-11-04-184620

Копия в Азер. Нац. Библиотеке:
http://www.anl.az/down/meqale/novo_vremya/2020/noyabr/727588.htm

Большое возвращение

Захотят ли вынужденные переселенцы возвращаться к прежним местам проживания?

2 ноября, 2020

Тихо-тихо начинает решаться вопрос с возвращением полноценной жизни в еще вчера оккупированные части карабахского региона страны. Госкомбеженцев начал обновлять списки вынужденных переселенцев, которые зарегистрированы (прописаны) в освобожденных районах. Видимо, готовится будущее переселение их в родные места. Уже освобождены от оккупации более 180 населенных пунктов, есть первые указы о временных администрациях, а глава Центробанка успел даже проанонсировать создание там современной банковской системы.

Но понятно, что в целом предстоит просто огромный фронт работ – там ведь остались только голые стены домов, да фундаменты. Надо восстанавливать автотрассы, электросети, прокладывать газовые трубы, протягивать туда систему водоснабжения и канализационную сеть, и много чего еще.

Надо еще как-то заинтересовать людей в возвращении туда, создать им всю инфраструктуру (школы, магазины, больницы), обеспечить работой. Если предполагается, что они будут заниматься сельским хозяйством, то надо закупить для них сельхозтехнику и обеспечивать их ею по самым льготным кредитам, в длительную рассрочку.

И если государство не поторопится с созданием всех этих условий, то вряд ли многие выходцы из тех мест изъявят желание вернуться туда.

Обо всем этом интервью, которое дал Пресс-клубу директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.

– Как вы рассматриваете проблемы, которые, конечно, будут сопутствовать процессу возвращения коренных жителей в родные места?

– В условиях информационной войны вопрос возвращения населения на освобожденные территории всегда был достаточно болезненным. Возможно, поэтому после единичных опросов в 1990-х гг. о желании изгнанных людей вернуться, они больше не проводились. Тогда опрошенные затрагивали естественные вопросы об обеспечении физической безопасности, восстановлении жилья, выдаче кредитов на оживление хозяйства. Но примерно треть переселенцев была готова вернуться на родное пепелище без всяких условий.

Власти, разумеется, могли бы этим воспользоваться и организовать демонстративное возвращение тех людей, у кого любовь к родному краю перевесит опасение погибнуть от ракеты со стороны агрессивных соседей. Но исходить нужно не из того, как этот демарш воспримет желтая пресса наших соседей, а из здорового баланса интересов как государства, так и граждан. По-моему, нет хуже решения, чем ради ложно понятого патриотизма или желания забежать вперед событий послать людей туда, где мины, обстрелы, диверсанты, отсутствие условий для жизни и хозяйственной деятельности.

Я думаю, что власти это хорошо понимают, и потому не проявляют излишнего рвения в немедленном заселении освобожденных территорий, а начинают с оценки условий через создание межведомственных комиссий в каждом районе. Судя по их составу, эти комиссии оценят состояние экономики и сельского хозяйства, экологию, безопасность, наличие и сохранность жилья, размер необходимых инвестиций.

На днях британская золотодобывающая компания напомнила о замороженном контракте по добыче золота на этой территории, ведутся переговоры с Ираном о судьбе водохранилищ у Худаферина и участии иранцев в восстановительных работах на освобожденной территории. Так что экономические партнеры ждут, когда для них там будут созданы необходимые условия.

Президент неоднократно заявлял, что в освобожденных районах будут отстроены города и села. Так что один из аспектов проблемы возвращения вынужденных переселенцев — обеспечение жилищными условиями и работой, похоже, уже властями продуман и даже предварительно просчитан в финансовом плане. Возвращающимся людям будет где жить и где работать.

– Но даже если все эти условия будут созданы – ведь многие из них давно уже привыкли к городскому образу жизни и не захотят возвращаться жить в села. А дети этих вынужденных переселенцев? Они и в глаза родные края не видели. Вопрос в том, как в таком случае наши власти собираются заполнить освобожденные районы (все села и города) жителями? Есть какие-то законные инструменты воздействия, если человек говорит – «не хочу, и всё»? Тут встает вопрос прав человека, не так ли? Тем более, если власти решатся на какие-то принудительные методы для возврата людей к прежним местам проживания.

– Здесь как раз и необходимо продемонстрировать баланс частных и общественных интересов. С правовой точки зрения, каждому, кто законно находится на территории Азербайджанской Республики, статьей 28 Конституции гарантируется право свободно передвигаться и выбирать место жительства. Аналогичное право гарантируется и международными договорами, например, статьей 2 Протокола №4 к Европейской Конвенции по правам человека (ЕКПЧ). Но…

Но, как и почти все статьи ЕКПЧ, эта свобода может быть ограничена «в интересах национальной безопасности или общественного спокойствия, для поддержания общественного порядка, предотвращения преступлений, охраны здоровья или нравственности, или для защиты прав и свобод других лиц». Причем эти ограничения могут касаться не всей территории страны, а отдельных ее районов. Непременное условие — это предусмотренность этих мер в национальном законодательстве и необходимость их в демократическом обществе.

Что мы наблюдали в прошлом? Государство, ради защиты прав изгнанных людей, потеснило другие категории граждан: у студентов отняли общежития, и они были вынуждены платить за снимаемые квартиры; больные люди лишились возможности отдохнуть в санаториях; недостроенные дома, вместо их законных хозяев, были заселены теми, кто не вложил ни копейки в их постройку; строящееся государством бюджетное жилье, вместо местных жителей, получали иногородние, на рынке труда в городах создалась напряженность, и т. д. Безусловно, это было нарушение прав горожан, но оно было обусловлено необходимостью баланса интересов. В условиях, когда сотни тысяч людей жили в нечеловеческих условиях, государство вмешалось в ситуацию тем способом, который позволял тогдашний госбюджет.

Как только появились нефтяные средства, для переселенцев стали строить поселки. По умолчанию, это жилье является временным, поскольку оно принадлежит государству, не подлежит приватизации и предоставляется не всем нуждающимся, а целенаправленно лишь тем, кто имеет статус вынужденного переселенца – внутренне перемещенного лица (ВПЛ). Напомню, что гражданин теряет статус ВПЛ не только, когда он возвращается на свое обычное место жительства, но и тогда, когда ему бесплатно предоставляется государством в этом районе другое место жительства (ст.14 закона «О статусе беженца и вынужденного переселенца»). По букве закона, если район освобожден от оккупации и дом переселенца отремонтирован или построен новый того же размера, то из нынешнего дома в поселке могут на законном основании «попросить».

В 1990-х были также инциденты самоуправства, когда переселенцы сами решали, где им жить, и захватывали не пустующее или бесхозное жилье, а вполне заселенное и имеющее законных хозяев. В этих случаях суды из сочувствия к переселенцам нередко переходили «красную черту» и выносили, как им казалось, «соломоново решение», признавая право собственности хозяев, но откладывая выселение переселенцев до освобождения их районов от армянских оккупантов. В нескольких десятках своих решений, Европейский Суд по Правам Человека уже признал такую позицию наших судов нарушающей право собственности. Но, кажется, жизнь сейчас сама подводит к тому, чтобы настал момент исполнения даже таких, не вполне «европейских» решений наших судов. И, раз уж переселенцы согласились в суде с тем, что их проживание временно и их выселят после освобождения их родных районов, то вряд ли с их стороны должно быть какое-то сопротивление исполнению такого решения.

Теперь о тех случаях, когда ВПЛ интегрировался – обзавелся на новом месте жильем и работой, и оно фактически стало для него постоянным.

То обстоятельство, что человек из Физули, будучи ВПЛ, сам купил себе жилье в Баку или Гяндже, не меняет факта, что он был вынужден покинуть Физули ввиду военной агрессии, то есть не меняет его статус ВПЛ. Соответственно, это не освобождает государство от обязанности предоставить этой семье жилье в Физули за государственный счет вместо потерянного при оккупации. Только после предоставления этого жилья статус ВПЛ будет аннулирован, независимо от того, переселится ли человек туда из города или нет.

Представим себе, что одинокий мужчина, живший в однокомнатном доме, за время своей вынужденной миграции обзавелся женой и 10 детьми. Правильно ли будет, если этой увеличившейся семье по возвращении будет предоставлена всего одна комната?

Дети, которые родились в семье переселенцев уже после оккупации, тоже должны считаться ВПЛ по тому же примерно принципу, как дети ссыльных или репрессированных. Ведь они стали жертвой нарушения по вине государства, которое не смогло защитить их от агрессора. И то, что в освобожденный район вернется не один, а несколько человек, стало результатом того, что государство смогло обеспечить это возвращение лишь через 30 лет. Поэтому государство должно подумать и об этом.

Я глубоко убежден, что обеспечивать ВПЛ надо именно бесплатным жильем, а не денежной компенсацией или денежной ссудой на постройку. И, возможно, даже временно заблокировать на определенный срок возможность приватизации этого жилья. Иначе в неразберихе первого периода возвращения ВПЛ будут неизбежны мошеннические схемы.

И конечно, возвращение ВПЛ в освобожденные районы надо стимулировать не административными, а экономическими мерами. Создать там рабочие места, заново провести железную дорогу, установить места для приграничной торговли с Ираном. То, что оккупация уничтожила старое, в известной степени отсталое хозяйство этих районов, которые при СССР списали в «бесперспективные», может быть стимулом для того, чтобы строить с нуля современную экономику этого края. Нефтяные деньги у нас пока есть, а после мирного договора по Карабаху, должны будут резко снизиться военные расходы…

Рауф Оруджев

https://pressklub.az/?p=66154&lang=ru

«Россия фактически отказалась от прямого вмешательства»

Эльдар Зейналов: Не исключено, что задыхающаяся в условиях санкций Россия отказалась от поддержки экспансионизма Армении в обмен на собственные экономические интересы

23 октября, 2020

Бои идут и заявления множатся. Ильхам Алиев заявил журналистам, что согласен на встречу с Пашиняном в Москве, но приглашения от Путина пока не поступало. Он согласен и на ввод миротворцев в зону конфликта, но на своих условиях, которые будут озвучены, если этот вопрос встанет конкретно. Кроме того, президент Азербайджана вновь повторил свой тезис – Турция должна быть привлечена к карабахскому урегулированию, Баку эту идею сильно поддерживает. 

Тем временем в Москве путинский пресс-секретарь Песков заявил в ответ, что Турция может подключиться к урегулированию конфликта в Нагорном Карабахе только с согласия Армении и Азербайджана. По этой логике, никогда – ведь Армения вряд ли на такое согласится, верно? 

При этом премьер-министр Армении Никол Пашинян стал проявлять более жесткую позицию, он теперь упирается и зовет воевать всех армян. То есть начинать разговор с Баку с заявления о согласии Армении пойти хоть на какие-то уступки он тоже не готов. 

Как можно оценить создавшуюся ситуацию? Есть ли сейчас, на фоне этих заявлений, хоть какие-то основания допускать возможность остановки боевых действий?

На эти вопросы Пресс-клуба отвечает директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов:

– Нынешняя ситуация с армяно-азербайджанским конфликтом выглядит намного понятнее, чем 27 сентября. Россия фактически отказалась от прямого вмешательства в события, пока они непосредственно не затронули территорию собственно Армении, и ее формальных союзнических обязательств. Ту же позицию озвучил и генсек ОДКБ. Таким образом, благодаря России, конфликт искусственно разделился на нагорно-карабахский и армяно-азербайджанский, и с первым сейчас Баку и разбирается военным путем. Собственно, и Армения всегда пыталась убедить внешний мир, что конфликт существует между самопровозглашенной «НКР» и Азербайджанской Республикой, а Армения представляет в нем обеспокоенного дальнего родственника. 

Ереван постоянно подчеркивает якобы решающую роль Турции на данном этапе конфликта, постоянно запуская различные фейки. Похоже, что в данном случае, сам того не подозревая, он подыгрывает Баку, который запустил идею о привлечении Турции к мирному урегулированию. Прецедент уже есть — Московский и Карсский договоры 1921 года, в заключении которых Россия и Турция сыграли ключевую роль. Более того, эти страны являются гарантами соблюдения договора в части статуса Нахчиванской автономии, да и сейчас активно консультируются между собой по поводу Карабаха.

Очевидно, что дипломатические способности Пашиняна оказались не на высоте. Его высказывания: «Нагорный Карабах — это Армения, и точка!» и «Нагорно-карабахский конфликт не имеет дипломатического решения» для любого логически мыслящего человека означают бессмысленность переговоров о статусе этой территории и решение конфликта способом, альтернативным дипломатии, т. е. военным путем. О чем, в таком случае, могут быть переговоры, о готовности к которым он постоянно заявляет? Лишь об оформлении военного решения конфликта, т.е. перемирии, капитуляции и т. п. 

Либо это лишь трюк для получения передышки, тем более что объявленный Пашиняном всеобщий призыв к оружию не может не встретить внутреннего сопротивления в самом армянском обществе. Тем более, что наиболее грубые и очевидные нарушения международного права (неизбирательное применение баллистических ракет по гражданским объектам или элементам экономической инфраструктуры с возможностью экологических катастроф) со стороны Армении происходили именно в период объявленного гуманитарного прекращения огня.

Сейчас, когда закончено строительство газопровода TANAP и вот-вот вступит в строй Трансадриатический газопровод (ТАР), любой удар со стороны Армении по трубопроводу означает подрыв амбициозных планов Европы по обеспечению газом в обход России и Украины. Поэтому угрозы Еревана взять на прицел внешнеэкономические коммуникации Азербайджана вряд ли добавят симпатий Армении среди тех европейцев, кто надеется греться каспийским газом уже этой зимой.

Я лично думаю, что и Россия от этого газового проекта не будет в накладе. Проекты Южного и Северного потоков заблокированы, а к азербайджанской экспортной трубе (Южному газовому коридору) очень легко подключиться через уже имеющийся российско-азербайджанский трубопровод Баку — Ново-Филя. Еще в ноябре 2017 г. ООО «Газпром экспорт» и Государственная нефтяная компания Азербайджана (ГНКАР) подписали контракт о возобновлении поставок российского газа в Азербайджан. Потенциально закупки российского газа планировались в объеме до 5 млрд кубометров в год. 

Так что не исключено, что задыхающаяся в условиях санкций Россия отказалась от поддержки экспансионизма Армении в обмен на собственные экономические интересы. И демонстративные обстрелы Арменией азербайджанских трубопроводов будут лишь подкреплять эту позицию России.

Чем, в таком случае, закончатся переговоры, если за спинами участников будут стоять Турция и Россия, т.е. страны, одна из которых заинтересована в газе (6 млрд кубометров), а другая готова этот газ продать почти в том же объеме (5 млрд)? Стороны подведут к тому компромиссу, на который сейчас согласен Азербайджан, заявляющий о том, что не воюет с мирным населением, признает жителей Карабаха гражданами АР, предлагает высокую степень автономии, настаивает на возвращении азербайджанского населения в Шушу и Лачин и т.п. 

Это уже похоже на вполне логичный план политического статуса НК и объясняет, почему бои в основном идут вне НК – на тех территориях, которых касаются 4 резолюции Совбеза ООН. Формально действия Азербайджана сводятся сейчас к выполнению этих резолюций.

Рауф Оруджев

https://pressklub.az/эксклюзив/россия-фактически-отказалась-от-пря/?lang=ru