В Пенитенциарной службе Минюста страны заявляют, что с такими случаями здесь не сталкивались
За свою практику я ни разу не сталкивался со случаями оправдания невинно осужденных. Об этом "Эхо" заявил глава пресс-службы Пенитенциарной службы Минюста Азербайджана Мехман Садыхов.
"Я читал о таких случаях, но они не были связаны с нашей Пенитенциарной службой. Однако если выясняется, что человек в действительности не совершал преступления, то он имеет право обратиться в суд с целью возмещения ущерба".
"В первые годы независимости вопрос о компенсации пострадавшим от злоупотреблений власти, вообще не ставился. В 1995 г. была принята Конституция, статья 68 которой гарантирует лицу, пострадавшему от преступления, а также от злоупотребления властью, право на возмещение нанесенного ему ущерба. Касательно невиновно осужденных, соответствующий закон "О возмещении ущерба, причиненного физическим лицам в результате незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" был принят в 1998 г. Наконец, в 2000 г. вступил в силу Уголовно-процессуальный кодекс, где вопросу оправдания (реабилитация) и возмещению причиненного ущерба посвящена целая Глава V". Об этом, в свою очередь, в беседе с echo.az сказал глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.
"В частности, ст. 56 УПК перечисляет достаточно большой список лиц, имеющих право на возмещение ущерба, причиненного ошибкой или злоупотреблением органа, осуществляющего уголовный процесс. При этом человек не обязательно должен быть оправдан решением суда. Могут быть и нереабилитирующие основания, когда, например, человека продержали под арестом дольше положенного или не применили срок давности. Подлежит возмещению причиненный моральный, физический и материальный ущерб (ст. 57.1 УПК). Если иное не предусмотрено законодательством Азербайджанской Республики, физический и моральный ущерб возмещается в той сумме, которую суд признает справедливой (ст. 58).
В частности, компенсация выдается за: зарплату, пенсию, пособия и иные доходы, которых они лишились; имущественный ущерб, причиненный конфискацией имущества или наложением на него ареста; оплаченные судебные расходы; денежную сумму, уплаченную защитнику; штраф, уплаченный или взысканный при исполнении приговора.
При этом нахождение под арестом приравнивается к вынужденному безделью. Очевидно, что если человек к моменту ареста был безработным и не получал пенсию, то он как бы ничего и не потерял. По этой же логике, ущерб понесло государство, которое за счет бюджета трижды в день кормило арестованного, охраняло и лечило. К счастью, статья 58.4 УПК особо оговаривает, что эти суммы не должны вычитаться из суммы, предусмотренной для возмещения ущерба.
Насчет методики исчисления морального ущерба в УПК ничего не говорится. В специальном решении Пленума Верховного суда от 3 ноября 2008 г. по этому поводу тоже делается лишь общая отсылка к практике Европейского суда по правам человека. Но по Азербайджану за 12 лет не было ни одного решения, касающегося оправдания обвиняемого. Если взять, например, наших соседей, то по делу Погосян против Армении (№22999/06), человек, напрасно отсидевший 5 лет, получил всего 30 тыс. евро. Но решения ЕСПЧ имеют комплементарную природу, т.е. они дополняют национальные суды, а не подменяют их. Т.е. армянские суды должны были решить, сколько еще надо выплатить жертве, в дополнение к уже данной ЕСПЧ сумме.
Очень интересная оговорка сделана в статье 57.3 УПК. Она гласит, что ущерб не возмещается при установлении того, что эти лица, добровольной явкой или заявлениями перед судом о признании себя виновными, впоследствии оказавшимися ложью, сами создали условия для возбуждения в отношении них уголовного преследования и применения мер процессуального принуждения. Как известно, достаточно часты ситуация, когда задержанного разными методами принуждают к якобы добровольной явке с повинной или признанию своей вины".
По словам эксперта, настораживает отсутствие у нас норм права, которые бы регламентировали размер компенсации, скажем, за каждый день или месяц незаконного содержания под стражей. "Обычно бюрократия все предусматривает и регламентирует, и если нет закона, то это означает, что нет соответствующей практики, т.е. власти не рассчитывают, что кто-то из осужденных обратится за такой компенсацией. По статистике 2012 г. (самой свежей на сайте Госкомстата), по уголовным делам были вынесены 10865 обвинительных и всего 23 оправдательных приговора. Кроме того, 1496 уголовных дел были закрыты решением суда, скорее всего, по нереабилитирующим основаниям, которые не дают права на компенсацию. За последнее десятилетие, это самый высокий показатель оправдательных приговоров (0,2%). Например, в 2006 г. при даже большем числе приговоров оправдательных приговоров было вчетверо меньше (всего 6 за год по всему Азербайджану)!
Можно было бы представить, что прокуратура и суды работают у нас, как швейцарские часы. Но тогда бы судей не наказывали и Евросуд не выносил бы десятки решений против Азербайджана о нарушении права на справедливый суд. Поэтому очень полезно сравнить эти показатели с другими странами, где суд работает так же или даже лучше.
Например, в последние годы, в Великобритании процент оправдательных приговоров составлял 29-30%, в США - 17-25%, в странах Евросоюза - 20%, в Канаде - 3%, в Японии - 1%. Если же сравнивать со странами, отягощенными наследием коммунистического прошлого, то в России процент оправдательных приговоров составляет 0,5-0,8%, в Китае - 0,6%, в Беларуси - 0,44%.
Известна также статистика оправдательных приговоров в период СССР, сравнение с которой тоже шокирует. Так, в годы сталинских репрессий в 1935 году народными судами было вынесено 10,2% оправдательных приговоров, в 1936 г. - 10,9%; в 1937 г. - 10,3%; в 1938 г. - 13,4%; в 1939 г. - 11,1%. В военные годы, когда страна была превращена в военный лагерь, в 1941 г. были оправданы 11,6%, в 1942 г. - 9,4%, в 1943 г. - 9,5%; в 1944 г. - 9,7% и в 1945 г. - 8,9%.
Суды присяжных, существующие в нашем законодательстве с 1 сентября 2000 г., до сих пор реально не созданы. Возможной причиной является то, что они проявляют намного большую гуманность, чем обычные. Например, в той же России, суды присяжных оправдывают 15% обвиняемых (примерно в 30 раз чаще)".
Таким образом, по мнению Э.Зейналова, на сегодня основной проблемой невинно арестованных является не размер компенсации, а практически иллюзорная возможность доказать свою правоту в суде. "Это удается лишь одному из 500 обвиняемых (а в 2006 г. - одному из 2 тысяч). Добавлю, что другой проблемой является пассивность самих жертв произвола и ошибок, которые нечасто обращаются с исками о выплате компенсации и еще реже доходят до Евросуда. Лишь после того как вал таких жалоб наберет какую-то критическую массу, Комитет министров Совета Европы сделает вывод о систематических проблемах в нашем судопроизводстве и выработает рекомендации по их устранению".
По словам Айдына Керимова члена Коллегии адвокатов Азербайджана, адвоката юридической консультации N7 несмотря на то, что в Уголовно-процессуальном кодексе Азербайджана есть подробные предписания по этому вопросу, но осуществить их довольно сложно по двум причинам.
"Пятая глава УПК регулирует вопросы оправдания и реабилитации осужденных по ошибке, а также возмещению причиненного ущерба. Но проблема в том, что нанесенный моральный ущерб каждый безвинно осужденный может оценивать индивидуально, без привязки к реальному материальному ущербу, который оценить всегда легче. Моральный ущерб - понятие довольно ощутимое, но четкие границы суммы определить трудно. Этот момент значительно усложняет процесс возмещения причиненного ущерба. Как следствие, суды с неохотой идут на удовлетворение исков на возмещение морального ущерба, поскольку там нет четких границ требуемой суммы. Ко всему прочему, к сожалению, часто сопереживают оказавшимся безвинно за решеткой лишь те, кто видит какие страдания переносит человек.
Человек теряет связь с близкими, с семьей, теряет бизнес, работу, его репутации наносится иногда непоправимый урон, находится в СИЗО, или еще хуже, отбывает срок по ошибке в тюрьме. В какую сумму можно оценить один такой день? Если говорить о российском опыте, то бывали случаи, когда невиновный человек, отсидевший приличный срок, требовал и получал компенсацию. Но, конечно же, чаще гораздо меньше требуемой суммы".
Уместен ли торг - это уже другой вопрос, - заметил адвокат. Отметим, что статистику невинно осужденных в России, как и во многих постсоветских странах, не ведут. В СМИ можно встретить лишь скудные цифры, например, что в 2007 году за незаконное осуждение или нахождение под стражей Министерство финансов РФ выплатило более трех миллионов рублей 26 россиянам. Общую картину с такими цифрами по ситуации в целом составить сложно.
"В Европе же, как известно, дела обстоят куда лучше. Был скандальный случай, получивший широкую огласку. Известному врачу на глазах у пациентов и коллег надели наручники и как опаснейшего преступника вывели с позором из больницы и поместили под стражу. Через какое-то время невиновность врача была доказана. Он потребовал возместить моральный ущерб, а также ущерб, нанесенный его репутации. Врач выиграл дело и получил денежную компенсацию, сумма которой просто астрономическая для наших реалий", - рассказывает А.Керимов.
"В моей практике недавно был случай. Девушку задержали по подозрению в воровстве. Буквально через несколько часов журналисты одного небезызвестного телеканала приехали и, не особо разобравшись, состряпали сюжет, где моя подзащитная была представлена чуть ли не криминальным авторитетом. Этот сюжет крутили довольно часто. Видимо не до всех еще дошло, что существует презумпция невиновности, если вот таким грубым образом попираются права человека. Моя подзащитная была оправдана, а тем временем она уже стала узнаваемой героиней криминального сюжета. Мы обратились в НТСР к Нуширавану Магеррамли с требованием наказать незатейливых авторов сюжета. В результате оператор был уволен.
При желании девушка, чье доброе имя было опорочено, могла бы потребовать материальную компенсацию морального ущерба. Но судебная волокита и разбирательство, скажем так, не самое приятное занятие для досуга. Вот и вторая причина, почему невинно осужденные не стремятся получить компенсацию.
Торжество справедливости и оправдание в зале суда уже воспринимается как подарок судьбы, а на дальнейшее разбирательство уже не остается ни эмоциональных, ни физических сил. Вряд ли это можно связать лишь с правовой безграмотностью населения, скорее это нежелание противостоять судебной машине", - считает Айдын Керимов.
Депутат Милли меджлиса Асим Моллазаде отметил в разговоре с echo.az, что нужно делать все для того, чтобы судебные ошибки были исправлены. "Судьи в должном порядке должны определять размеры компенсации за потерянные годы и за то, что в результате ошибки судов наши граждане оказываются в такой ситуации. А для этого, конечно же, нужно оговорить эти моменты в законодательстве".
В свою очередь член ОК и Совета Правозащитного Центра Азербайджана Залиха Тагирова сказала echo.az, что не помнит со времени своего систематического мониторинга (с 1995 года по сегодняшний день) случая выплаты компенсации невиновно осужденному. "Я являюсь членом Общественного комитета при министре юстиции также и могу перечислить в двух словах нашу деятельность - это и правовое просвещение осужденных, проведение индивидуальной воспитательной работы, оказание помощи осужденным-иностранцам, оказание моральной помощи осужденным и их близких ознакомление с условиями содержания, участие в массовых мероприятиях, встречи с персоналом и осужденными, проведение приемов осужденных, ознакомление с нормативно-правовыми актами и судебными решениями, обращение к руководству в связи с обеспечением прав и свобод осужденных, подача предложений по изменению законодательства...".
