“Сейчас мы только просим, а потом будем требовать”

 По мнению директора Правозащитного центра Азербайджана Эльдара Зейналова, именно таким принципом руководствуются чиновники из Совета Европы, которые в январе 2001 года примут Азербайджан в СЕ

Н.РАМИЗОГЛУ

До предполагаемого принятия Азербайджана в Совет Европы осталось менее месяца. В эти дни в обществе и в СМИ разгораются дискуссии на эту тему. В интервью “Зеркалу” ситуацию комментирует директор Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.

- Насколько реальны слухи, что нарушения - во время выборов и другие притеснения оппозиции могут стать причиной, непринятия Азербайджана в СЕ?”

- Я постоянно выступал с заявлениями преждевременности принятия Азербайджана в СЕ. Они основаны на моей убежденности в том, что демократические реформы могут потерять свою динамику после того, как страна вступит в СЕ, как это случилось с Россией и Грузией. Кроме того, я считаю, что та лавина жалоб, которая свалится на Европейский суд по правам человека и другие европейские институты, произведет шоковое впечатление на Европу. Поэтому, являясь в принципе сторонником членства Азербайджана в СЕ, я предлагаю “вытереть грязную обувь” перед тем, как входить в приличный европейский дом.

Вместе с тем, я могу констатировать, что Парламентская Ассамблея Совета Европы на сегодня уже готова принять Азербайджан. И доклады различных комиссий об имеющихся проблемах в области прав человека только подстегивают ПАСЕ к тому, чтобы побыстрее это сделать. Парадокса в этом никакого нет. Просто среди большинства членов ПАСЕ царит убеждение, что после принятия Азербайджаном конкретных обязательств, появится возможность влиять на власти. Как высказался один из чиновников СЕ, которые будут играть ключевую роль в этом процессе, “сейчас мы только просим, а потом будем требовать".

Похоже, что именно таковы намерения СЕ, и поэтому никакие призывы оппозиции сейчас не будут иметь эффекта. Тем более, что эта же оппозиция в свое время сама взывала к правозащитникам “не будить спящего” в СЕ, чтобы поскорее получить возможность жаловаться новоявленному “старшему брату” в Страсбурге.

Из своих бесед с чиновниками СЕ я понял, что Совет Европы вполне удовлетворен брошенной международным организациям “костью” в виде отмены выборов по 11 округам. Более того, из их намеков просматривалась и другая “кость”, поменыше, которую бросят оппозиции. Дело в том, что по традициям ПАСЕ, в национальную делегацию должен быть включен и представитель оппозиции, который может высказываться и голосовать иначе, чем остальные члены этой делегации. Таким образом, если оппозиция не будет представлена в парламенте, то она не сможет попасть и в ПАСЕ и, соответственно, иметь возможность поднимать вопросы внутри ПАСЕ. Но если оппозиционеры войдут в парламент, они должны будут смириться с нынешним парламентом и снять свои претензии по этому поводу.

При лености наших чиновников, которые не могут хорошо преподнести даже реальные успехи властей, не надо сбрасывать со счетов “позитивную” работу властей Армении и армянской диаспоры. Понимая, что Армению с ее вовлеченностью в карабахский конфликт отдельно от Азербайджана в СЕ не примут, они фактически сейчас работают на нас, обеспечивая “нужное” голосование. Особенно это было заметно весной и летом этого года.

Так что, я больше чем уверен, что 17 января в Страсбурге будут подняты флаги Армении и Азербайджана.

- А что после этого изменится?

- Прежде всего изменятся стандарты в области прав человека и нормы политического поведения как властей, так и оппозиции. И это главное. Затем, через полгода после принятия страны в СЕ, начнется формальный мониторинг выполнения страной ее обязательств перед Европой. А неформальный мониторинг практически уже начался, иключевые структуры ПАСЕ и Комитета министров СЕ получают разнообразную информацию от правозащитных организаций и частных граждан. Так что, мониторинг начнется не с нуля.

Наша организация уже практически готова к началу мониторинга и начала свое сотрудничество с СЕ еще в 1997 - 1998 гг. В этом году я дважды побывал в СЕ, имел обстоятельные беседы и обмен информацией с ключевыми фигурами Комитета по правовым вопросам и правам человека, Комитета по мониторингу, Комитета по стратегическому планированию, различных отделов Директората по правам человека, Европейского Комитета по предотвращению пыток.

Еще чаще там бывала член Совета нашего центра Залиха Тагирова, неформально отвечающая у нас за контакты с СЕ. У меня сложилось самое позитивное впечатление относительно заинтересованности СЕ в демократических реформах в Азербайджане, а главное - реального механизма обеспечения прав человека, основанного не только на отчетах правительства, но и на поездках миссий по сбору фактов, материалах неправительственных организаций, посещениях тюрем и т.п.

Пара слов относительно надежд, что удастся пробиться в Европейский суд по правам человека - а это, судя по моим наблюдениям, едва ли не главный стимул для тех оппозиционеров и правозащитников, да и простых граждан, которые с энтузиазмом агитируют за немедленное членство в СЕ. Это достаточно сложная процедура, которую проходят всего несколько процентов исков. Но с учетом масштабов нарушений прав человека в стране в недалеком прошлом - и этого может оказаться достаточно, чтобы смазать впечатление от реальных достижений с 1996 года. Я больше надеюсь на то, что изменение международной ситуации заставит власти изменить свою позицию в отношении неправительственных правозащитных организаций, и от нападок на них как на “врагов национальных интересов” перейти к сотрудничеству с ними. Как гражданину Азербайджана, мне более приятно было бы решать наши проблемы внутри страны. Трудно понять, почему чиновники, зная, что завтра исследователи СЕ все равно “раскопают” наши проблемы, - но будут уже не рекомендовать, а строго спрашивать с правительства, подвергают имидж своей страны такому испытанию.

- Много говорят о политзаключенных...

- Прежде всего - наличие политзаключенных само по себе еще не является показателем недоразвитости демократических структур. Политзаключенные есть даже в таких демократических странах, как США и Великобритания. Ни одна политическая система не гарантирована от того, что кто-то не попытается ее изменить и не будет за это наказанным,

Но мы за 9 лет независимости не имели ни одних честных, нефальсифицированных выборов. За первые 4 года существования АР произошло 9 попыток государственного переворота, официально признано наличие пыток и наказаны некоторые из их исполнителей, недавними тестами дисквалифицированы некоторые судьи, ведшие дела о госпереворотах - и при всем этом “у нас не может быть политзаключенных"? Это похоже на классическое "в СССР секса нет".

Поэтому я не хочу спорить об определениях. Лучше поговорить о том, что делать с теми, кого правозащитники считают политзаключенными, а власти не считают. Пока идут споры, президент только в этом году уже освободил более 130 человек.

Думаю, что это лучший способ закончить гражданскую войну, в обстановке которой мы живем уже более 10 лет.

Газ. «Зеркало», 27.12.2000 г.

"Школьные каникулы" властей завершаются

Эльдар Зейналов

Как эксперта по политзаключенным, меня часто спрашивают - кто с искренним интересом, кто с подначкой, каким образом могут быть политзеками те или иные люди, если они обвинялись и осуждены по "чисто уголовным" обвинениям? Множество иллюстраций дают судебные процессы, проходящие не только до, но и после вступления Азербайджана в Совет Европы.

Например, "Шекинское дело". В ноябре 2000 г. толпа людей, выступавших против частых отключений электричества и отсутствия натурального газа, разгромила здания, сожгла автомашины. И осуждены вроде за то же самое. Где же тут политика? Да везде! И в первоначальном сообщении прокуратуры сразу же после событий, печатно обвинившей в организации событий сразу и мафию, и оппозицию, и в составе обвиняемых, где присутствует почти вся оппозиционная верхушка Шеки, и даже в демонстративном пренебрежении судьи заявлениями о пытках и отсутствием адвокатов у половины обвиняемых.

"Дело инвалидов": в феврале 2001 г. попытка полиции рассеять акцию протеста инвалидов против низких пенсий привела к стычке, сожженным машинам и пр. На этот раз среди арестованных членов партий вообще не было. И здесь политика?? Да. Прислушайтесь к хору голосов на самых высоких этажах власти, обвинившему в организации акции партию "Мусават" и чуть ли не иностранные спецслужбы. Председателя организации инвалидов не трогают, журналиста же сажают на 6 лет. Инвалиды жалуются на нарушения закона - и опять отсутствие реакции. Такую ситуацию у нас обычно называют "заказом". Потом, согласно сценарию, инвалиды сознаются в чем надо, и освобождаются по помилованию. Кроме тех двух, кто упорно считает себя невиновными.

Или взять последнее дело - главного редактора газеты "Миллетин Сеси" Шахбаза Худуоглу. Он скоропостижно приговорен к 6 месяцам лишения свободы за то, что его газета опубликовала статью, обвинившего чиновника в аморальном поведении (что звучит особенно крамольно после речи президента в защиту нравственности). Газета извинилась, виновных наказали - и все равно журналиста лишили свободы. А здесь-то при чем политика?- спросите вы. Журналист оскорбил чиновника, даже можно на минуту представить его простым гражданином. Но ведь за клевету-то в печатном виде кто-то должен был быть наказан!

Оставим в стороне лежащий на поверхности факт, что "Миллетин Сеси" - оппозиционная газета, что брат Ш.Худуоглу является одним из лидеров оппозиции, а "простой гражданин" является главой президентской администрации. Предложу тест: простой зеленщик Филанкяс Филанкясов напечатал такую же статью против другого базарного торговца Мамеда Мамедова. Тот оскорбился и подал в суд. И что же, сразу же арестовали бы главного редактора, осудили одного журналиста и открыли бы уголовное дело против другого? Или же другой гипотетический случай: предположим, что высший чиновник бы напечатал что-то подобное против оппозиционного журналиста, скажем, в газете с созвучным именем "Сэс". Тот бы оскорбился, подал в суд, и... И что же, чиновника бы арестовали??? Как говорит еврей из анекдота, "не смешите мои тапочки".

Если отсуствие политического момента существенно меняет картину дела и превращает действия суда в нонсенс, то можно определенно утверждать о наличии политического заказа и о новых политзаключенных. Таких за короткое время членства страны в СЕ прибавилось уже несколько десятков.

Пусть никого не обманывает отсутствие видимой реакции на эти суды со стороны СЕ. В кабинетах этого учреждения в нетерпении потирают руки, ожидая ратификации Азербайджаном основных европейских конвенций (похоже, даже на этой сессии). И тогда отпущенные властям годичные каникулы за удачно сданный экзамен завершатся, и вновь начнется серьезная учебы демократии. Определенно, начнется с разбора дел таких людей, как шекинец Анвар Гулусой, делом которого уже занимается "Международная Амнистия", и журналист Шахбаз Худуоглу, к которому она, по моим данным, тоже присматривается.

А может быть, не экспериментировать и не ждать нагоняя, а все-таки освободить политзаключенных?

2001 г.

Фальшивая сенсация

Эльдар Зейналов

Правозащитный Центр Азербайджана

На первой полосе газеты "Зеркало" за 18 декабря с.г с претензией на общенациональную сенсацию была напечатана статья Р.Миркадырова о том, что Европейский Суд, не дожидаясь ратификации Азербайджаном Европейской Конвенции Прав Человека, якобы уже принял жалобу от одного из азербайджанских политических деятелей. При этом цитировался документ от 11 декабря с.г., в котором Европейская Комиссия по правам человека обращается к Верховному Суду Азербайджана, информируя его о нарушениях статей Конституции в квартирном деле и о том, что Европейскому Суду дано распоряжение в знак уважения к мнению еврейской диаспоры принять к рассмотрению указанную жалобу в порядке исключения.

К сожалению, вместо того, чтобы порадоваться за земляка, приходится устыдиться и за него, и за журналиста. 

Все дело в том, что Европейская Комиссия по Правам Человека, которая подготавливала жалобы для рассмотрения Европейским Судом, в соответствии с Протоколом 11 к Европейской Конвенции прекратила свое существование еще в октябре 1999 г., т.е. два года назад.

После этого, разумеется, уже нет смысла комментировать фразу о том, что Комиссия заставила Суд принять жалобу к рассмотрению еще до того, как страна присоединилась к Конвенции, причем под внешним давлением. Ведь при этом были бы нарушены и принципы Совета Европы, и беспристрастность рассмотрения жалоб. 

Просто в порядке ликбеза подтвержу и процитированные в статье слова анонимного, но осведомленного адвоката о том, что Европейский Суд (а ранее и Европейская Комиссия) никогда не ссылается на нарушение статей национальной Конституции, а лишь на статьи Европейской Конвенции и протоколов к ней. Даже в бланке жалобы требуют указать именно эти статьи в качестве аргументов жалобы. Укажу и на то, что никто в Европейском Суде не будет рассматривать жалобу, если последнее решение суда было вынесено более чем 6 месяцев назад (а похоже, это именно такой случай). Да и не принято информировать Верховный Суд страны о том, что в Страсбурге принята к рассмотрению чья-то жалоба.

Есть и еще один, небезопасный побочный аспект этой сенсации. Можно только представить, как прокомментирует сенсацию Миркадырова рядовой обыватель: "Надо же, какие евреи всесильные, действительно, всем миром правят. Если бы не они, наш бедный мусульманин никогда бы в Европейский Суд не пробился бы!" Тем более, что для убедительности, в статье приводятся слова о поддержке, которую оказал один из уважаемых в стране руководителей еврейской общины Азербайджана. С такими вещами надо быть поосторожней.

Вполне возможно, что упомянутый в статье "истец" и не знает о том, что представленный им журналисту документ является фальшивкой. В последнее время развелось много различного рода посредников в общении отчаявшихся людей с различными международными организациями, и среди них отнюдь не все добросовестные. Поэтому-то я лишний раз и не упоминаю его имени. Но что сказать о журналисте, который берется писать о Европейском Суде, не имея элементарных представлений о характере его деятельности? Впрочем, если вспомнить, что в "Зеркале" в свое время публиковались статьи о Парламентской Ассамблее Совета Европы, иллюстрированные фотографиями совсем другого европейского органа - Европарламента, то не приходится особенно удивляться…