В Азербайджане предпочитают наказывать "рублем"?

Меры наказания были ужесточены из-за текущего экономического положения в стране, сообщил депутат парламента

14.05.2016 Э.РУСТАМОВА, Н.АБАСОВ

"Мера наказания является средством предотвращения рецидива преступления.

Статьи, которые недавно были изменены, ранее неэффективно выполняли эту задачу, поэтому законодатели пересмотрели их в условиях современной реалии. Были пересмотрены штрафы.

Нынешнее экономическое положение Азербайджана во многом отличается от былых времен. Сумма штрафов по значимости не соответствовала сегодняшней финансовой ситуации. Если раньше 20-30 манатов были большой суммой, то сегодня это не так.

Не надо рассматривать принятые изменения и дополнения как систему ужесточения наказания за правонарушение. Прежде всего, этот вопрос надо рассматривать под углом профилактической значимости".

Об этом заявил echo.az депутат Милли меджлиса Асим Моллазаде, комментируя вопросы по изменениям в Уголовном кодексе и Административном кодексе АР.

При этом депутат согласился, что нельзя заключать под стражу виновных за мелкие преступления. Для этого законодательство предусматривает штрафные санкции.

"Уголовный кодекс АР предусматривает некую "вилку", от которой должны плясать судебные инстанции. Если речь идет о злостном преступнике, который неоднократно совершал преступления и не встал на путь исправления, то таких лиц необходимо наказывать тюрьмой.

Но если речь идет о совершении небольшого ущерба гражданином, который ранее не привлекался к ответственности, то целесообразно наказывать таких граждан "рублем".

Отмечу, высокие штрафы являются возможностью не осуждать лишением свободы", - сказал А.Моллазаде.

В свою очередь в беседе с echo.az глава Правозащитного центра Азербайджана (ПЦА) Эльдар Зейналов сообщил, что если ужесточение наказаний материально ничего не дает жертвам правонарушений или государству, то оно оборачивается против интересов общества.

"Например, сажая человека в тюрьму за преступление, ущерб от которого составил 100 манатов или даже меньше (заключенные прозвали такие дела "ширванными" от обиходного названия старой купюры в 2 маната), суд тем самым обрекает общество платить по 6 тыс. манатов за каждый год тюрьмы. [1]

Увеличивая штрафы, можно также перейти ту черту, за которой преступник становится бездомным, лишается своей фермы или земли тем самым становится асоциальным и более склонным к преступлениям, чем до приговора.

Тенденция к ужесточению наказаний, особенно к применению лишения свободы и к увеличению его сроков, на сегодня уже привела к тому, что тюрьмы, разгрузившиеся было лет 10 назад, снова полны осужденными. Количество заключенных-женщин за последние годы удвоилось. В кулуарах уже поговаривают о необходимости амнистии для разгрузки тюрем...", - сказал он.

По словам главы ПЦА, настигший Азербайджан экономический кризис провоцирует рост преступлений против собственности. Парламент, игнорируя социальные корни этой тенденции, отвечает на это ужесточением наказаний. Но насколько это оправдано?

"Несколько дней назад, например, было ужесточено наказание за воровство. Отныне, в случае, если кража совершена из кармана, сумки или другой ручной клади пострадавшего, то это наказывается штрафом в размере от 3 до 5 тысяч манатов, либо лишением свободы сроком от 3 до 7 лет.

Что такого особо ценного можно украсть из кармана? Мобильник? Кошелек с сотней-другой манат? И за это сам вор и его семья наказываются минимум 3000 манатами штрафа.

Если же судья выберет лишение свободы сроком минимум в 3 года, то он тем самым накажет уже не семью, а общество, так как из бюджета на содержание вора уйдет 20 тыс. и больше манатов.

Вор будет сидеть в тепле, не работая, питаясь трижды в день, получая бесплатное лечение, пенсию по старости или инвалидности, а общество будет выплачивать за это в десятки и сотни раз больше средств, чем ущерб, нанесенный преступлением.

Совместными усилиями законодателей, правоохранителей и судей создается абсурдная ситуация - как в известном анекдоте про отсутствие логики, когда испортившего воздух ученика выгоняют из класса и он дышит в коридоре чистым воздухом, а хорошие дети и учительница - испорченным.

Особенно это бросается в глаза на фоне практики наказаний за имущественные преступления крупных чиновников, банкиров, бизнесменов. Например, не так давно одного из министров, похитившего 2,5 млрд долларов, осудили к 11 годам лишения свободы.

И мелкий воришка, отсидевший 2-3 раза за хищения и очередной раз укравший из кармана потерпевшего мобильник или кошелек, тоже получит по измененному в этом месяце закону от 7 до 12 лет. Но он украл мобильник, а министр - сумму, на которую в 1990-х годах Азербайджан мог бы жить 2-3 года.

На мой взгляд, это трудно назвать справедливостью", - говорит Э.Зейналов. По мнению правозащитника, куда более справедливым было бы, если заключенный не сидел бы на шее у семьи и государства и сам бы оплачивал свое содержание в тюрьме полезным и адекватно оплачиваемым трудом. И при честном отношении к труду и выплате нанесенного ущерба мог бы рассчитывать на досрочное освобождение.

"Тогда, зная, что за минутное преступление придется трудиться в тюрьме несколько лет, обычный гражданин едва ли предпочтет работе карманную кражу.

Странно, что парламент, изощряющийся в ужесточении наказаний, не озабочен ни постройкой новых, более современных тюрем, ни обеспечением заключенных работой.

Возможно, имело бы смысл, прежде чем ужесточать наказание, провести серьезное исследование дабы определить, во что это обойдется бюджету, и какой реально эффект дадут более жесткие меры", - подытожил Э.Зейналов.

http://echo.az/article.php?aid=100594

[1] Приблизительная цифра в 6 тыс. манат, затрачиваемых обществом в год на содержание одного заключенного, включает в себя 3.300 манат расходов по линии Пенитенциарной Службы Минюста (82-83 млн. на 25 тыс. заключенных); примерно 1.800 манат, затрачиваемые семьей на передачи и свидания; некоторую сумму на медицинское обслуживание по линии Медицинского Управления Минюста, а также расходы по линии других государственных структур вне Минюста.

Евросуд коммуницировал жалобу азербайджанского блогера

Страсбург поставил под вопрос обоснованность его ареста

13.05.2016 Эльдар ЗЕЙНАЛОВ

В ноябре 2013 г. азербайджанский сектор сети Facebook был шокирован известием об аресте 31-летнего блогера Абдула Абилова [*], который вел страничку "Скажем стоп подхалимам!" (Yaltaqlara dur deyək).

Он был задержан около своего дома людьми в гражданском, которые надели на него наручники и доставили в Главное управление по борьбе с организованной преступностью (ГУБОП) МВД Азербайджана. Затем привезли обратно домой для обыска. Там был задержан и брат его жены. По словам Абилова, было объявлено, что пакетик с наркотиком был обнаружен дома в кармане его одежды, хотя заявивший это сотрудник полиции и был пойман за руку его матерью, когда попытался подбросить наркотик. Зачем-то был конфискован и персональный компьютер. После этого оба задержанных были доставлены в ГУБОП.

Впоследствии обвинение утверждало, что в ГУБОП в кармане брюк нашли 2,679 г. героина, а в квартире еще 4,677 г. На основании этого было возбуждено уголовное дело, и на следующий день Абилова обвинили по статье 234.4.3 Уголовного кодекса (незаконный оборот наркотиков в крупном размере) и выбрали в качестве меры пресечения арест на 3 месяца. Через 3 дня Абилов подал апелляционную жалобу на обоснованность ареста. Однако Бакинский апелляционный суд поддержал это решение. В дальнейшем суд дважды продлевал его содержание под арестом, и апелляция снова отклонялась. Точно так же не поддержали суды и ходатайство о переводе Абилова под домашний арест.

Дело поступило в Бакинский суд по тяжким преступлениям, который 27 мая 2014 г. признал его виновным в хранении наркотиков и осудил на 5,5 года лишения свободы. Это решение было поддержано вышестоящими инстанциями. Отметим, что в ходе процесса от защиты Абилова был отстранен его адвокат Халид Багиров. Кстати, на днях адвокат стал одним из 6 финалистов конкурса на звание правозащитника года, который ежегодно проводится ирландской организацией Frontline Defenders.

Основываясь на предполагаемых нарушениях при выборе меры пресечения Абилову, адвокат 17 мая 2014 г. подал в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) жалобу, зарегистрированную под N 41105/14. Сейчас, спустя два года, ЕСПЧ начал коммуникацию по этой жалобе, задав сторонам дела ряд вопросов об обоснованности выбора ареста в качестве меры пресечения. При этом ЕСПЧ затронул не только статью 5 (право на свободу) Европейской конвенции прав человека, но и статью 18, которая устанавливает пределы использования ограничений. Совместно со статьей 5 статья 18 означает сомнение в использовании ареста по законному назначению. Иными словами, Страсбург поставил под сомнение официальную мотивацию ареста.

Отметим, что усилиями адвоката и правозащитников дело Абдула Абилова получило международную огласку. Авторитетная организация "Международная амнистия" включила его в свой список "узников совести", в котором после мартовского помилования осталось 7 имен. Безусловно, это подкрепляет суть "еврожалобы".

В настоящее время блогер содержится в колонии N13. У него мать-инвалид, жена и маленький ребенок. Вся семья содержится за счет пенсии матери и помощи свояка. Заключенного поддерживают передачами и активисты гражданского движения NiDA, к которому он примкнул уже в тюрьме.

Отметим, что в ЕСПЧ жалобу защищает азербайджанский адвокат Халид Багиров, автор многих других жалоб на "чувствительные" темы. С учетом этой деятельности на днях он был выбран одним из 6 финалистов конкурса на премию правозащитника года, проводимого известной ирландской организацией Frontline Defenders. 

Газ. "Эхо", 12.05.2016 г.

[*] Вышел на свободу по помилованию 17 марта 2017 г.

http://echo.az/article.php?aid=100502

Перепечатка:

http://www.echr.ru/news/msg.asp?id_msg=3923

Текст решения ЕСПЧ о коммуникации: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-163059

Генсек СЕ перечислил проблемы с правами человека в Азербайджане

Он собирается провести собственное расследование

12.05.2016   

Э.ЗЕЙНАЛОВ, директор Правозащитного центра Азербайджана 

Генеральный Секретарь Совета Европы Торнбьорн Ягланд опубликовал свой ежегодный доклад «Положение с демократией, правами человека и верховенством закона», охватывающий все страны Европы, кроме Беларуси. В целом, доклад является компиляцией принятых в 2015 году документов таких структур СЕ, как Уполномоченный СЕ по правам человека (УПЧ), Парламентская Ассамблея Совета Европы (ПАСЕ), Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ), Комитет Министров Совета Европы (КМСЕ).

В 104-страничном документе нашлось место и мнению Генсека о состоянии дел в Азербайджане.

В частности, в разделе, посвященном безопасности журналистов, цитируется декабрьское заявление КМСЕ о «произвольном применении уголовного законодательства для ограничения свободы выражения мнения». В этой связи упоминаются невыполненные страной решения ЕСПЧ по делам журналистов Махмудова, Агазаде и Фатуллаева, и обеспокоенность Генсека делом журналистки Хадиджи Исмаиловой.

Азербайджан упомянут в «небольшом, но существенном» списке стран-членов СЕ, где «государство контролирует большинство изданий и цензурирует их содержание». Так, некоторые страны приняли «политику, направленную на усиление контроля над онлайновым содержанием для пресечения распространения запрещенных материалов». Помимо Азербайджана, это относится и к таким странам, как Россия, Турция, Молдова и соседняя Армения.

Т.Ягланд коснулся Азербайджана и в разделе, посвященном свободе собраний. В частности, он сослался на мнение УПЧ, что существующая в стране система уведомления о массовых собраниях должна быть приведена в соответствие с европейскими стандартами. Закон о собраниях в Азербайджане похож на турецкий. В нем при рассмотрении вопроса о разрешении собрания тоже не берется в расчет, является ли собрание мирным и представляет ли оно угрозу общественному порядку.

В качестве частых проблем в Азербайджане, УПЧ упоминает запрет демонстраций в центральной, более доступной части городов, а также использование силы для разгона демонстраций, вплоть до арестов и в некоторых случаях – жестоких приговоров. УПЧ обеспокоен ужесточением штрафов и использованием административного заключения, а также жалобами на «неисполнение положенных процессуальных стандартов» в судах против участников несанкционированных демонстраций. В трех постановлениях Евросуда было найдено нарушение Европейской Конвенции по Правам  Человека (ЕКПЧ) при использовании чрезмерной силы правоохранительными органами против заявителей во время демонстраций.

В Азербайджане, Турции и Украине журналисты и медики были жертвами применения излишней силы, несмотря на то, что они легко распознаются по одежде. В качестве примера Генсек привел дело Наджафли против Азербайджана, касающееся избиения журналиста во время несанционированной демонстрации в Баку. Впрочем, проблемы с быстрым и добросовестным проведением следствия по таким делам и наказания виновных полицейских существуют не только в Азербайджане, но и в Турции, России, Грузии, Испании и Польше.

Ссылаясь на решения ЕСПЧ против Азербайджана, Генсек отметил проблемы и в осуществлении свободы объединений. В частности, в вопросе роспуска объединений закон «О неправительственных организациях» (НПО) сформулирован в слишком общих терминах, что позволяет расширительно его толковать - например, в том, что составляет «религиозная деятельность».

В декабре 2013 г. были внесены поправки в несколько законов, относящихся к деятельности НПО. Они предоставили применение сформулированных слишком широко и неопределенно новых положений на широкое усмотрение правоохранительных органов. Обеспокоенная этим, ПАСЕ призвала власти Азербайджана пересмотреть закон о НПО в духе рекомендаций Венецианской Комиссии и создать обстановку, благоприятную для работы гражданского общества.

УПЧ отметил в отчете о поездке в Азербайджан, что НПО сталкиваются с проблемами, особенно в связи с ограничительным применением тех правил регистрации, которые могут вызвать длительные задержки или отсутствие каких-либо формальных решений о регистрации. Уполномоченный призвал власти облегчить требования по регистрации и «сделать в целом ее процесс, как и функционирование НПО, менее бюрократическим».

В некоторых случаях, на избранное число НПО накладывались дополнительные административные требования для регистрации в качестве юридических лиц, основанные исключительно на их предполагаемой или реальной деятельности. Впрочем, это характерно не только для Азербайджана, но и для Турции с Венгрией.

НПО встречают в своей деятельности такие препятствия, как законодательство, которое предусматривает правонарушения, наказуемые крупными штрафами, приостановку индекса налогоплательщика или замораживание банковского счета в случае не предоставления необходимой информации в государственный реестр юридических лиц или же работу без регистрации. Эти правонарушения были введены поправками 2013 г.

В отчете о своей поездке в Азербайджан, УПЧ упоминает мнение Венецианской Комиссии No. 636/2011 о том, что требования  об учреждении и регистрации местных филиалов и представителей международных НПО «будут проблематичны». Специальные меры, предпринятые в Азербайджане и России по разделению национальных и иностранных/международных НПО, экспертами сочтены «необоснованными».

УПЧ выразил обеспокоенность тем, что «принятие ограничительного законодательства часто сопровождается политическим дискурсом», имея в виду именно поправки 2013 года.

Обеспокоенность подавлением прав человека в Азербайджане выразила и ПАСЕ в Резолюции 2062 (2015). Ассамблея осудила то, что условия для работы НПО и правозащитников значительно ухудшились и некоторые выдающиеся и признанные правозащитники, активисты гражданского общества и журналисты оказались за решеткой. ПАСЕ обеспокоена отчетами правозащитников и международных НПО, подтвержденными и УПЧ, касающимися роста уголовного преследования против лидеров НПО, журналистов, адвокатов и других, кто выражает критические мнения.

Генсек СЕ коснулся и вопроса свободных и честных выборов. Так, БДИПЧ ОБСЕ отказалось посылать наблюдателей за выборами в Азербайджане. Этот шаг, в свою очередь, ограничил и масштаб миссии по наблюдению за выборами , в частности, оценку предвыборного периода. Нарушения правил наблюдения за выборами поднимает вопрос о честности процесса выборов в этой стране.

Проблемы доступа политических партий к СМИ, отсутствие независимости журналистов, случаи их преследования, прозрачность владения СМИ и несбалансированное отражение выборов в СМИ подрывает принцип равенства кандидатов и остается проблемой не только Азербайджана, но и Турции, Украины, Албании, Молдовы.

Эффективность парламентов как демократических институтов зависит от их способности служить площадкой для диалога между различными политическими силами. В Азербайджане и России, однако, этой функции вредит отсутствие плюралистического представительства, которое выражается затем в отсутствии настоящих обсуждений по принятию критически важного законодательства, которое поэтому может приниматься единогласно или почти единогласно.

В разделе о не дискриминации, Генсек СЕ отметил, что в странах-членах наблюдается общий рост расизма и нетерпимости. В ряде стран, включая Азербайджан, отсутствие независимой структуры, в чью компетенцию входило бы разбираться с дискриминацией и в публичном, и в частном секторе. Этот недостаток характерен и для таких стран, как Россия, Турция, Польша, Италия, Исландия, Армения и др.

Генсек подчеркнул, что 16 декабря 2015 г. он начал собственное расследование по соблюдению прав человека в Азербайджане на основании статьи 52 ЕКПЧ. Эта статья предусматривает, что «по получении просьбы от Генерального секретаря Совета Европы каждая Высокая Договаривающаяся Сторона представляет разъяснения относительно того, каким образом ее внутреннее право обеспечивает эффективное применение любого из положений настоящей Конвенции».

Отметим, что Статья 52 ЕКПЧ применяется крайне редко. С 1964 года ее применили всего 8 раз. Последними случаями были оценка ситуации с правами человека в Чечне (1999) и в Молдове (2002), а также деятельности ЦРУ США в Европе (2005). И хотя Азербайджан с Чечней конца 1990-х не сравнишь, но заинтересованный диалог по правам человека всегда на пользу обеим сторонам…

Эльдар Зейналов

http://echo.az/article.php?aid=100446

Текст доклада (на английском):
https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=0900001680646af8