Депортированные из Азербайджана «гюленисты» выиграли дело в Евросуде

«По-моему, стоит демонстрировать свою любовь к Турции без ущерба для отношений нашей страны с международными организациями»

19 марта, 2022

Эльдар Зейналов, директор Правозащитного центра Азербайджана

Благодаря пандемии, заглохла дискуссия вокруг деятельности в Азербайджане международного общественного движения «Хизмет», довольно активно ведшаяся с 2016 года. Тогда члены этого движения последователей турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена (гюленисты, фетхуллахисты) были обвинены к причастности к попытке военного переворота в Турции, предпринятой «Террористической организацией фетхуллахистов» (FETÖ). 80-летний писатель и мусульманский проповедник, живущий в добровольной эмиграции в США, обвинения против себя отвергает, но не очень убедительно.

В Турции гюленистов преследуют еще с 2014 года, когда Стамбульский суд выдал ордер на арест Гюлена. Вскоре и в Азербайджане постепенно закрыли связанные с Гюленом частные учебные заведения, создание которых является одним из приоритетов движения (примерно 1400 школ в более чем 140 странах мира). Их преподаватели, будучи иностранцами, ввиду дружественных отношений Азербайджана с Турцией, стали в нашей стране нежелательными. Их деятельностью всерьез заинтересовались турецкие спецслужбы. 

Турецкие граждане Таджи Шентурк, Иса Оздемир, Айхан Сефероглу и Эрдоган Тайлан с 1990-х годов были преподавателями частных турецких школ в Азербайджане и имели действительный временный вид на жительство в Азербайджане. В июне 2017 года турецкие власти аннулировали паспорт Шентурка и через Интерпол потребовали его выдачи. Остальные трое в октябре того же года были остановлены на границе с Грузией, когда пытались уехать из Азербайджана, и им без лишних объяснений сообщили, что их вид на жительство аннулирован. Попытки его продлить, а также обратиться за убежищем были отклонены. Всех четверых без лишней огласки в СМИ выдали в Турцию, где их ждали уголовные обвинения и арест.

На днях Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ) рассмотрел жалобы этих гюленистов (№ 41326/17) и счел, что их выдворение из Азербайджана было «замаскированной экстрадицией», а лишение свободы было частью незаконной передачи в нарушение внутреннего и международного права. Это решение было принято единогласно, то есть за него проголосовал и судья от Азербайджана.

Отметим, что в законодательстве Азербайджана четко прописана процедура выдворения иностранцев в двух случаях: экстрадиции (т. е. выдаче лица, обвиняющегося в уголовном преступлении в запрашивающем государстве) и депортации (в случае нарушения миграционного законодательства). Так, в соответствии с Миграционным кодексом от 2 июля 2013 года ГМС (Государственная миграционная служба) обязана принять решение о возможном выдворении иностранцев и лиц без гражданства в случае, если виза или решение о продлении срока временного пребывания либо разрешения на временное или постоянное проживание, отменено.

В соответствии с законом «Об экстрадиции» от 15 мая 2001 г. запросы иностранного государства об экстрадиции должны рассматриваться Судом по тяжким преступлениям, причем решение суда может быть обжаловано в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства. При наличии достаточных оснований полагать, что экстрадированный иностранец будет подвергнут пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию в принимающем государстве, в экстрадиции отказывается.

Наличие политических мотивов в обвинении или реальная опасность пыток и смертной казни являются основанием для отказа в экстрадиции и предоставления статуса беженца.

В соответствии с законом «О статусе беженцев и внутренне перемещенных лиц» от 21 мая 1999 г. решение о предоставлении статуса беженца должно быть принято ГМС в течение трех месяцев со дня регистрации запроса. Лицо, ходатайство которого о предоставлении статуса беженца было отклонено, должно получить письменное уведомление о решении с указанием причин отказа и подробностей процедуры обжалования в суд в течение пяти дней после принятия решения соответствующим органом. Обращение в суд приостанавливает высылку лица с территории Азербайджанской Республики.

В данном деле, на заявителей пришел запрос об экстрадиции, причем турецким судом уже было вынесено заочное решение об аресте как мере пресечения. Так в чем же была нарушена процедура?

В случае Шентурка, заявителя арестовали 7 июня 2017 г. и доставили в изолятор временного содержания Управления по борьбе с организованной преступностью Министерства внутренних дел (УБОП), где сообщили о его предстоящей депортации ввиду аннулирования паспорта. Шентурк связался с семьей, сообщив о своем положении, а сотрудникам УБОП заявил, что он против депортации и просит убежища в Азербайджане на том основании, что он столкнется с политическим преследованием в Турции.

Семья Шентурка наняла адвоката, который подал заявление о предоставлении убежища от имени заявителя в Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) в Баку, ГМС и Госкомитет по делам беженцев и вынужденно перемещенных лиц. В тот же день Бакинское представительство УВКБ ООН выдало письмо о временной защите в отношении заявителя, его жены и их четверых детей, действительное до 7 сентября 2017 г., о том, что они зарегистрированы в УВКБ ООН и их просьба о предоставлении убежища находится на рассмотрении. 

Тем не менее, ночью Шентурка отвезли в аэропорт, дав 5-минутную встречу с членами семьи и друзьями. На таможенном и пограничном контроле заявитель сообщил, что он ищет убежища в Азербайджане, по телефону повторил свою просьбу ГМС. Уже из зоны посадки на рейс, его все же вернули в изолятор УБОП по требованию подоспевшего сотрудника УВКБ ООН. Туда же направился и адвокат заявителя, но ему не разрешили встретиться с клиентом.

На следующий день, не проинформировав ни Бакинский офис УВКБ ООН, ни семью заявителя, сотрудники УБОП отправили заявителя самолетом в Анкару. По прибытии в Турцию, он был арестован турецкой полицией и отправлен в Конью. Там он содержался под стражей в связи с уголовным расследованием его предполагаемой причастности к FETÖ.

Тем временем, жену Шентурка держали в неведении о его высылке.  Государственная пограничная служба уведомила ее о высылке мужа лишь через две недели (23 июня), а УБОП — через месяц (6 июля). Тем самым, семья была лишена возможности оперативно нанять адвоката в Турции.

Другие заявители — Оздемир, Сефероглу и Тайлан одно время были преподавателями гюленистских школ, а затем работали в частных компаниях, также связанных с Гюленом. После аннулирования их видов на жительство в Азербайджане, они были арестованы полицией и доставлены в суд, который на основании запроса из Анкары санкционировал их содержание под стражей на 40 суток до высылки. Все трое обратились за статусом беженца. Но если Оздемир сделал это, не дожидаясь ареста, и успел получить охранное письмо от УВКБ ООН, то остальные обратились за убежищем уже после ареста, и не в ООН, а в ГМС, которая по национальному законодательству ответственна за рассмотрение заявлений об убежище. В результате, Сефероглу в убежище отказали, а семье Тайлана вообще не ответили.

Итак, Оздемир был под международной защитой. Бакинский суд по тяжким преступлениям принял это во внимание, отказав в его экстрадиции. Однако вместо освобождения из-под ареста его передали в ГМС, которая в тот же день выслала его из Азербайджана. Остальных двух турок прокуратура попросила освободить из-под ареста до экстрадиции, с учетом наличия постоянного место жительства в Азербайджане, личности и других обстоятельств дела. Суд пошел навстречу прокуратуре, изменив меру пресечения, и ситуация повторилась: вместо освобождения обоих передали ГМС, а она выслала турок в тот же день. По прибытии в Турцию все трое были арестованы турецкими властями и заключены под стражу в связи с делом FETÖ.

Таким образом, ГМС обошла предусмотренную законом процедуру, не дав возможности обжаловать в суде отказ в предоставлении убежища в Азербайджане и депортировав Шентурка и остальных как нарушителей миграционного режима туда, где их ожидал арест. При этом в двух случаях, у заявителей на руках были охранные письма от УВКБ ООН, в которых власти запрашивались не высылать их из Азербайджана до завершения процедур. В случае Шентурка обошлись и вовсе без суда, а Оздемира выслали несмотря на заключение суда, что он не может быть экстрадирован. В двух других случаях, Сефероглу и Тайлана выслали, не дав даже пройти процедуры экстрадиции.

Так как последующий арест в Турции был результатом действий властей Азербайджана, то ЕСПЧ установил нарушение Азербайджаном статьи 5 §1 ЕКПЧ (право на свободу и личную неприкосновенность). Что касается статьи 3 (запрещение пыток), то ЕСПЧ оговорил, что не рассматривает содержание обращений за убежищем и выполнение странами их обязательств по Конвенции о беженцах, а исследует, насколько эффективна защита против произвольной насильственной высылки (refoulement) в страну, откуда заявители бежали. Учитывая, что заявители были высланы в Турцию незаконно и при этом не был исследован риск жестокого обращения с ними, суд пришел к выводу, что они были лишены защиты от произвольной высылки, в нарушение статьи 3 ЕКПЧ. 

Помимо констатации этого факта, ЕСПЧ постановил выплатить каждому из заявителей по 9000 евро. Разумеется, для нашей богатой страны это пустяковая сумма. Куда важнее тот ущерб имиджу нашей страны, который наносят подобные инциденты. Тем более, что нарушения международных конвенций при аналогичных обстоятельствах были установлены и ранее, например, Комитетом против пыток ООН в 2007 г. в деле Элиф Пелит — журналистки, которую выдали из Азербайджана, и тоже в Турцию, несмотря на ее статус беженки в ФРГ. 

Все-таки, по-моему, стоит демонстрировать свою любовь к Турции как-то более сдержанней, без ущерба для отношений Азербайджана с международными организациями. Это вполне возможно, если держаться рамок собственного законодательства и ратифицированных Азербайджаном международных конвенций. А пока что копилка прецедентов ЕСПЧ пополнилось еще одним решением против Азербайджана.

https://pressklub.az/exclusive_ru/deportirovannye-iz-azerbajdzhana-gyulenisty-vyigrali-delo-v-evrosude/?lang=ru

Датчанину дорого обошлось присоединение к «Исламскому государству»

11 марта 2022, 10:54

События в Сирии и Ираке, где несколько лет назад было создано террористическое движение «Исламское государство», привлекли внимание сторонников «джихада» (священной войны) во многих странах мира. Они потянулись в ближневосточную зону конфликта, получая там военную подготовку и оружие, воюя с правительственными войсками, зачастую переезжая в Сирию со своими семьями.

Затронуло это и наш Азербайджан. Эпизодически в прессе публикуются новости об арестах и осуждении вернувшихся из Сирии боевиков, эвакуации по линии МИД их вдов и детей. В борьбе с этим негативным явлением, наше государство в декабре 2015 года прибегло к такой чрезвычайной мере, как введение в законодательства лишения азербайджанского гражданства за  «участие в террористической деятельности либо осуществление действий, направленных на насильственное изменение конституционного строя», а также за участие «в религиозно-экстремистской деятельности, в том числе участие в вооруженном конфликте на территории иностранного государства под прикрытием распространения религиозных сект или совершения религиозных обрядов на почве религиозной вражды, либо с участием другого лица в конфликте или формировании устойчивой группы и военная подготовка гражданина Азербайджанской Республики в иностранном государстве под видом религиозного образования».

Статью 53 Конституции (1995), по которой гражданин «ни при каких обстоятельствах не может быть лишен гражданства Азербайджанской Республики», изменили, внеся оговорку о случаях потери гражданства, предусмотренных законодательством. Но споры о том, правильно ли лишать гражданства за антигосударственную деятельность или джихадизм, вяло идут в обществе до сих пор.

В этой связи представляет интерес принятое на днях Европейским Судом по Правам Человека (ЕСПЧ) решение по делу «Йохансен против Дании» (жалоба № 27801/19). Оно касалось жалобы против лишения заявителя датского гражданства после его осуждения в 2017 г. за террористические преступления, в частности за поездку в Сирию для присоединения к «Исламскому государству». Более того, власти также распорядились о его депортации из Дании с постоянным запретом на его возвращение.

Заявитель — Адам Йохансен, родился в Дании в 1990 году в смешанной датско-тунисской семье и имел двойное гражданство. В апреле 2016 года на него пришли материалы из Интерпола о том, что он предположительно завербован террористами. Его арестовали и выяснили, что в сентябре 2013 года он ездил в Сирию, приняв там вербовку ИГ и пройдя военное обучение.

В феврале 2014 года Йохансен вернулся в Данию и, судя по всему, далее не проявлял себя как террорист. Суд поэтому, хотя и лишил его свободы на 4 года, первоначально не нашел оснований для лишение его датского гражданства или высылки. Это решение было оставлено в силе Верховным судом и вступило в законную силу.

Однако в ноябре 2018 года Верховный суд отменил решения нижестоящих судов, посчитав, что ввиду серьезности преступлений, Йохансен должен быть лишен гражданства и навечно выслан из страны. Заявитель с этим не согласился и обратился в ЕСПЧ.

Отмечу, что право на гражданство не гарантируется Европейской Конвенцией по Правам Человека (ЕКПЧ). Поэтому, после исчерпания всех средств защины на национальном уровне, Йохансен подал в ЕСПЧ жалобу на нарушение его права на частную и семейную жизнь (статья 8 ЕКПЧ) в результате лишения гражданства и высылки. Высылку остановили, и в настоящее время Йохансен содержится в следственном изоляторе в ожидании высылки.

При рассмотрении жалобы, ЕСПЧ должен был прояснить два вопроса: было ли лишение гражданства произвольным и какие последствия лишение гражданства имело для заявителя. Интересно, что при этом в качестве одного из прецедентов использовалось недавнее (январь 1920 г.) решение по делу «Ахмедов против Азербайджана» (жалоба № 32538/10), которое сразу же «обогатило» европейскую юриспруденцию.

ЕСПЧ с удовлетворением отметил, что решение Верховного суда Дании  не было произвольным и тщательно учитывало последствия высылки для заявителя. Кроме того, ему дали возможность обжаловать решение на национальном уровне в трех судебных инстанциях.

Также, хотя Йохансен утверждал, что тунисские власти никогда не подтверждали, что он содержал тунисского гражданство, этот аргумент был опровергнут расследованием, проведенным тремя судебными инстанциями, а также находкой при обыске в его квартире тунисского паспорта. То, что при рождении в Дании он приобрел датское гражданство, ничего в этом вопросе не меняло, т. к. тунисское гражданство определяется тунисским гражданством отца ребенка.

Поэтому ЕСПЧ посчитал, что оценка Верховным судом решения об аннулировании гражданства заявителя была адекватной и достаточной и не свидетельствует о какой-либо видимости произвола или упущения в отношении доводов заявителя. Следовательно, часть жалобы по лишению гражданства была отклонена как явно необоснованная.

Далее ЕСПЧ высказался и о том, нарушается ли статья 8 ЕКПЧ высылкой Йохансена. Понятно, что как гражданин Дании, он не мог быть выслан. Но после лишения его датского гражданства он стал для своей страны иностранцем. А значит, он мог быть выслан, в соответствии с национальным законодательством.

ЕСПЧ особо подчеркнул, что «государство имеет право в соответствии с международным правом и с учетом своих договорных обязательств контролировать въезд иностранцев на свою территорию и их проживание там». Конвенция не гарантирует права иностранца на въезд или проживание в той или иной стране, и, выполняя свою задачу по поддержанию общественного порядка, государства имеют право высылать иностранца, осужденного за уголовные преступления. Но не допуская нарушения гарантий, закрепленных в ЕКПЧ, включая право на  частную или семейную жизнь.

Бесспорно, что высылка заявителя была вмешательством в его частную и семейную жизнь, т. к. отрывала его от семьи. Но ЕСПЧ счел высылку обоснованной, а статью 8 ЕКПЧ не нарушенной.

Дело в том, что большинство прав, закрепленных в ЕКПЧ, не являются абсолютными и могут быть ограничены в интересах общества. Тем самым поддерживается баланс личных и общественных интересов. Такая оговорка содержится и в ст.8-2 ЕКПЧ: «Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

ЕСПЧ отметил, что имело место вмешательство в право заявителя на уважение его частной и семейной жизни по смыслу статьи 8, что постановление о высылке было «в соответствии с законом» и что оно преследовало законные целью предотвращения беспорядков и преступлений. Оставалось оценить, была ли высылка «необходима в демократическом обществе».

Для оценки необходимости высылки в демократическом обществе Евросудом были разработаны соответствующие критерии, изложенные в решениях Большой Палаты ЕСПЧ по делам «Юнер против Нидерландов» (№ 46410/99) и «Маслов против Австрии» (№ 1638/03, §§ 68-76, ЕСПЧ 2008).

Принимаемые в расчет критерии следующие: «характер и тяжесть правонарушения, совершенного заявителем; срок пребывания заявителя в стране, из которой он подлежит выдворению; время, прошедшее с момента совершения правонарушения, и поведение заявителя в этот период;  гражданство различных заинтересованных лиц; семейное положение заявителя, такое как продолжительность брака и другие факторы, отражающие эффективность семейной жизни пары; знал ли супруг о правонарушении в момент вступления в семейные отношения; есть ли дети от брака, и если да, то их возраст; а также серьезность трудностей, с которыми супруг может столкнуться в стране, в которую заявитель должен быть выслан; наилучшие интересы и благополучие детей, в частности серьезность трудностей, с которыми дети заявителя могут столкнуться в стране, в которую заявитель должен быть выслан; а также прочность социальных, культурных и семейных связей со страной пребывания и со страной назначения».

Правовой отправной точкой для датских судов были положения Закона об иностранцах и Уголовного кодекса. Но для оправдания высылки заявителя, являющегося оседлым мигрантом, родившимся в Дании и законно проведшим там все свое детство и молодость, нужны «очень серьезные причины», которые и были приведены  Верховным судом.

Он принял во внимание, в частности, что заявитель родился в Дании и был приговорен к четырем годам лишения свободы за серьезные преступления, совершенные во взрослом возрасте. Хотя, начиная с время его возвращения из Сирии в Данию, он учился более двух лет и в это время «вел себя хорошо», но нельзя и не следует игнорировать тот факт, что заявитель был осужден за вербовку и подготовку террористической организацией для совершения террористических актов. Продолжительность запрета на повторный въезд (в данном деле пожизненный запрет) обоснована характером совершенного преступления, ввиду чего заявитель представлял серьезную угрозу общественному порядку.

Суд отметил, что Йохансен женился на датчанке по мусульманской религиозной церемонии  еще за 6 лет до того, как съездил в Сирию и совершил преступления. Он оставил свою семью в Дании по собственной инициативе в связи с совершенным преступлением, чтобы поселиться в зоне боевых действий в Сирия. И если жена и сын были бы не готовы к переезду и не пожелали бы поселиться в Тунисе, то они могли бы навещать его там и общаться с ним по телефону и через Интернет.

Таким образом, ЕСПЧ счел, что национальными властями при оценке этого дела были надлежащим образом приведены «очень серьезные причины» высылки, не противоречащие критериям, что и «нельзя сказать, что постановление о высылке было непропорциональным преследуемой законной цели, а именно защите населения от угрозы терроризма». В результате, ЕСПЧ отклонил как явно необоснованную, и эту часть жалобы.

Решение по делу Йохансена показывает, какой будет реакция Евросуда на аналогичные меры властей в отношении наших джихадистов. По меньшей мере, тех из них, кто обзавелся вторым паспортом или же был лишен гражданства, находясь за пределами Азербайджана.

Правда, остается вопрос, как бы поступил датский суд, если бы Йохансен не имел второго гражданства, которое подсказало суду, на первый взгляд, простой выход из ситуации? Вероятно, властям Дании, несмотря на «серьезную угрозу общественному порядку» со стороны Йохансена, пришлось бы тогда найти какие-то другие формы защиты этого порядка, не связанные с высылкой главы семейства. Что, в принципе, мы и видим в случае наших собственных «йохансенов», вернувшихся из Сирии и Афганистана, которых из страны не высылают.

Эльдар Зейналов

https://minval.az/news/124231032

Ни у кого не найти защиты: как живется геям в Азербайджане?

Убийство молодого ЛГБТ-активиста в Азербайджане в очередной раз обратило внимание на проблему гомофобии в стране. Несмотря на рост числа преступлений против геев, эта тема замалчивается. 

Однополая пара 

В конце февраля в Баку был убит 24-летний журналист и ЛГБ-активист Аваз Хафизли. Двоюродный брат Амрула Гулалиев перерезал ему горло. Гулалиев утверждает, что был пьян и убил Хафизли на почве личного конфликта.

ЛГБТ-активист Аваз Хафизли

От обычной "бытовухи", какие случаются в Азербайджане ежедневно, этот случай отличает как личность жертвы, так и жутковатые подробности дела. Так, например, друзья Аваза утверждают, что двоюродный брат также отрезал ему половые органы. Приехавшие на место происшествия полицейские и родственники оскорбляли умершего, а семья отказалась писать заявление и выступать в качестве потерпевших. Те, кто близко знал Аваза, рассказывают, что у него давно были конфликты с семьей, он получал угрозы и ни у кого не мог найти защиты.

Из всех этих деталей складывается картина убийства на почве сексуальной ориентации. Но официальные органы ни в какие детали вдаваться не стали и ограничились сухим официальным заявлением о возбуждении уголовного дела.

Исследование: самая гомофобная страна Европы

За минувшие несколько лет Азербайджан стабильно занимает последнее, 49-е место в рейтинге Rainbow Europe, составляемом организацией ILGA Europe. То есть, согласно этому исследованию, он является самой гомофобной из всех европейских стран.

Не отличаясь особо религиозностью, азербайджанское общество, тем не менее, весьма патриархально. И, учитывая, что здесь до сих пор существует культ девственности, совершаются "убийства чести" и осуждается гетеросексуальный добрачный секс, даже как-то наивно ожидать толерантности в отношении ЛГБТ.

В первые годы независимости в уголовном кодексе Азербайджанской республики существовала статья за мужеложство. В 2000 году сексуальные отношения между совершеннолетними мужчинами с обоюдного согласия декриминализировали, но на негативном отношении общества это никак не отразилось. Представители ЛГБТ в Азербайджане, как правило, тщательно скрывают свою ориентацию от семьи и окружения.

На официальном уровне тему ЛГБТ вообще не поднимают ни в каком виде. Отдельные группы активистов занимаются этими проблемами "точечно", в конкретных ситуациях. Но полноценного ЛГБТ-движения в стране нет. 

"Дайджест" ЛГБТ-скандалов

Периодически отдельные депутаты и другие публичные лица выступают с гомофобными высказываниями, но дальше обсуждения в соцсетях дело, как правило не идет. Наибольший резонанс вызвали озвученные осенью 2021 года призывы блогера Севиндж Гусейновой "избавить общество" от трансгендеров. В тот же период в Баку и его окрестностях произошло несколько нападений на трансгендерных женщин, одна из которых была жестоко убита. Защитники прав ЛГБТ связали эти случаи с призывами Гусейновой и обратились в полицию с требованием призвать ее к ответственности за разжигание ненависти, но никаких ощутимых результатов это не принесло.

Ранее, в 2017 году полиция устроила в Баку массовые облавына представителей ЛГБТ-сообщества, задержав около сотни человек. Часть задержанных потом отпустили, часть получили по 10-20 суток административного ареста по обвинению в сопротивлении полиции. Некоторые из них жаловались на жестокое обращение при задержании и в полицейском участке. Этот случай привлек внимание, в том числе, международной правозащитной организации Amnesty International. Но никто так толком и не понял, чем была вызвана эта внезапная вспышка.

Еще раньше, в 2014-м, покончил с собой молодой ЛГБТ-активист Иса Шахмарлы. День его смерти, 22 января, азербайджанские представители ЛГБТ-сообщества и им сочувствующие теперь отмечают как день борьбы с гомофобией.

Угрозы как часть повседневности

По словам Руслана Балухина - редактора первого в Азербайджане и на Кавказе информресурса о правах ЛГБТ, приходящие в мессенджеры оскорбления и угрозы давно стали для него обыденностью. "К счастью, до сих пор еще никто не переходил от слов к делу, и с насилием ни я, ни другие ребята из моего круга не сталкивались. Ну, а слова… Со временем учишься фильтровать весь этот негатив, не позволяя ему отравлять тебе жизнь".

Руслан сожалеет, что ЛГБТ-сообществу в Азербайджанене хватает консолидации, члены его очень разобщены, а большинство и вовсе предпочитает "не отсвечивать". "Азербайджанское общество, в целом, пассивное. Оно больше озабочено насущными проблемами и тем, "что люди скажут", чем собственными правами и свободами. И ЛГБТ-сообщество не исключение", - говорит он. Руслан добавляет, что на данный момент в стране невозможно зарегистрировать домен с "ЛГБТ-названиями" (например, lgbt.az).

Бороться против халатности полиции, а не против гомофобов

Правозащитник Эльдар Зейналов считает, что преступления на почве гомофобии, бытовое насилие над женщинами и детьми и ранние принудительные браки стоит рассматривать в одной плоскости. Потому что, по факту, все это является результатом искаженного представления патриархального общества о чести. И реакция правоохранительных органов на такие преступления тоже одинаковая.

"Во всем, что касается менталитета, представлений о чести и морали,  азербайджанские полицейские по своему мышлению ближе к преступнику, чем к жертве. Неудивительно, что на такого рода инциденты они реагируют очень вяло. И бороться в данном случае надо не с отдельными гомофобами или домашними тиранами, а именно с халатностью полицейских, с погрешностью самой системы", - убежден Зейналов.

По его мнению, такой подход просто эффективнее - заставить правоохранительные органы выполнять свою работу все же проще, чем в одночасье изменить ментальность общества.

Говоря об убийстве Аваза Хафизли, правозащитник пеняет не только на полицию, но и на друзей и соратников убитого, строящим версии о том, что парень был убит именно из-за своей активисткой и журналистской деятельности. "Некоторые доказывают, что это было чуть ли не заказное убийство, не понимая, что таким образом, фактически, снимают вину с убийцы, перекладывая ее на какого-то гипотетического заказчика. Таким образом убийство превращается в политическое, а не на почве гомофобии", - говорит Эльдар Зейналов.  

Дата 02.03.2022

Автор Ника Мусави

https://p.dw.com/p/47pv6