Правозащитники «захватывают» западную часть Азербайджана

 Директор Правозащитного центра Азербайджана — Эльдар Зейналов, его заместитель Аваз Гасанов и член Совета ПЦА Залиха Тагирова посетили 11-12 августа 2000 г. западный регион Азербайджана с миссией по поиску фактов нарушения прав человека.

В офисе Газахского филиала ПЦА состоялась трехчасовая встреча с родственниками лиц, арестованных в связи с мятежом Отряда полиции особого назначения (ОПОН) в марте 1995 г. Была получена новая информация о гражданских лицах, осужденных по “мартовскому делу", уточнены анкетные данные политических заключенных. Родственники осужденных получили информацию об отношении международных структур, в частности Совета Европы, к проблеме политзаключенных в Азербайджане и т.д.

Кроме того, Э.Зейналов и А.Гасанов встретились с ректором Газахского филиала Педагогического университета Исой Вейисовым. Поводом для беседы послужила информация о том, что согласно указу президента о совершенствовании системы образования филиал будет закрыт и педагоги останутся без работы. Как выяснилось, заведение будет не закрыто, а преобразовано, и никто не будет уволен. От ПЦА в дар библиотеке был передан комплект книг по обучению правам человека и были обсуждены перспективы возможного сотрудничества в области формирования библиотечного фонда по правам человека и демократическим институтам, который бы мог использоваться в учебном процессе.

В Агстафинском районе состоялась встреча членов ПЦА с семьей арестованного опоновца Гусейна Исаева. Будучи больным раком, он тем не менее уже несколько лет не попадает под помилование (последний отказ получен в этом году).

В Гяндже была достигнута договоренность об открытии местного представительства ПЦА. Предполагается, что местное представительство займется вопросами мониторинга общей ситуации с правами человека в городе, а также мониторингом условий содержания заключенных в расположенном в Гяндже следственном изоляторе №2 и сбором анкет политических заключенных.

В перспективе предполагается набор волонтеров и создание филиала ПЦА в этом, втором по размеру, городе страны. С председателем Гянджинского женского общества "Томрис” Нушабой Мамедовой были обсуждены вопросы сотрудничества в программах по мониторингу прав женщин.

Газ. «Зеркало», 15.08.2000 г.

Tales from Death Row

As the last Karabakh PoWs are released from captivity in Azerbaijan, tales of their ordeal in a Baku jail are sending shockwaves through Armenian society

By Eldar Zeynalov

Officially, the notorious Block Five of Baku's Bailov Prison has surrendered its last secrets. It was here that Armenian prisoners-of-war captured during the Nagorny Karabakh conflict sat on death row.

Even now, after the last inmates have been handed back to the Yerevan authorities, many Armenians believe that hundreds more remain in captivity. And, while the interior ministry in Baku refuses to hand over prison archives, the true story of Block Five may never fully be known.

Throughout the Nagorny Karabakh conflict, Azerbaijan never recognised the rebel army as a legitimate military force. Armenians captured during the fighting were charged with murder, sabotage and terrorism, then sentenced in accordance with the law. Public opinion often had a marked influence on the verdicts.

In March 1992, for example, a group of Armenian fighters from the Shushin region were found guilty of ambushing an Azerbaijani army vehicle and sentenced to death. The court case sparked a wave of public outrage after it was discovered that one of their victims was the young journalist, Salatyn Askerova.

"We didn't know there was a woman in the military car," one of the men said later from his cell in Block Five. "We just wanted to settle scores with the soldiers who kept getting drunk and firing at our village."

After the sentence was passed, these men simply disappeared. The authorities claimed they were still alive and would be exchanged for Azerbaijani prisoners-of-war but they were denied access to Red Cross workers, human rights activists or journalists. Their whereabouts remain a mystery.

Former prisoners have, however, been able to throw some light on the fate of Yuri Dzhangiryan, a leader of Armenia's notorious Krunk underground society, who was brought back to Block Five after a failed prisoner exchange in the Agdam region.

In June 1992, according to cellmates, Dzhangiryan, nicknamed "The Marshal", was dragged out of his prison cell and severely beaten by prison guards. The beating ruptured his liver and the Karabakh "freedom fighter" died on the following day.

Repatriated Armenians have reported dozens of similar cases with prisoners dying from illness and malnutrition as well as harsh treatment.

Executions were carried out with similar brutality. In February 1993, two brothers fought desperately with guards sent to take them to the execution yard. They clung fiercely to their beds and resisted any attempt to drag them into the corridor. Eventually, the warders shot them through the bars of their cell window and the narrow hatch in the door.

It was not until the end of 1993 that foreign observers from the International Committee of the Red Cross were first allowed to visit death row prisoners. However, on this occasion, the Armenian inmates were taken from their crowded cells to Block Six, the children's wing, where conditions were comparatively luxurious and each prisoner had his own bed.

Two months later, following the sensational escape of several death row prisoners from the Bailov Prison, the Armenians were sent back to Block Five where between five and seven men were crammed into cells designed for two.

Often their neighbours were Azerbaijani convicts who subjected the Armenians to daily humiliation. A notorious example was Asim Shemakhinsky whose brother had been executed during the Soviet era and was now awaiting a similar fate. One prisoner reportedly hanged himself as a result of Shemakhinsky's brutality whilst another, a Russian, died from the constant physical abuse.

One Karabakh fighter, Vasily Lugovoy, was the victim of constant hazing until he persuaded the authorities to move him to a different cell where two Armenians had recently died. Lugovoy's death sentence was later commuted to 15 years' imprisonment.

Another former inmate of Block Five remembers, "I wasn't afraid of death, it had been hanging over me for too long. But five or six years are enough to make you hate everyone, sometimes without exception. It was a hell of struggle to stay human there, in that continually humiliating atmosphere where sometimes you were insulted verbally, sometimes with sticks and boots."

But, amid the despair, there were tales of hope and self-sacrifice. Several Armenians recall receiving food packages from an Azerbaijani they knew only as Firuddin. The packages were accompanied by a note which said that, although they had come to Bailov by different paths, their "brand of suffering was the same". Firuddin died in 1995 and his face was reportedly disfigured by prison wardens attempting to tear out his gold teeth.

Following the Red Cross visits, the Armenians began to receive food parcels from abroad - luxuries which they shared with their fellow inmates. A doctor also made regular visits - although the prisoners were shocked to discover he was a cousin of the murdered journalist Askerova. This fact, apparently, did not affect his dedication to duty.

The first Armenians were released from Bailov in May 1996, charged with appeals from other inmates to tell the world of the suffering in Block Five. However, convinced they were under surveillance by the secret services, the former convicts waited another four years before breaking their silence.

Even now, the Azerbaijani interior ministry is refusing to hand over the Bailov Prison archives and the prisoners' stories remain the only testimonies to the fate of their missing comrades.

Eldar Zeynalov is the director of the Human Rights Centre in Baku

https://iwpr.net/global-voices/tales-from-death-row

IWPR, 11 Aug 00

CRS Issue 44

https://goo.gl/fypuvM

Рассказы из камеры смертников

После освобождения последних пленных карабахской войны из заключения в Азербайджане, их рассказы о страданиях в бакинской тюрьме потрясли армянское общество.

By Eldar Zeynalov

Официально, печально известный "пятый корпус" Баиловской тюрьмы города Баку уже раскрыл все свои тайны. Именно здесь содержались пленные, захваченные во время карабахского конфликта.

Но даже сейчас, после того, как последние заключенные были переданы властям Еревана, многие армяне считают, что в тюрьме еще томятся сотни их соотечественников. И, пока азербайджанский министр внутренних дел отказывается предать огласке тюремные архивы, истинная история пятого корпуса так и остается тайной.

В период нарастания Карабахского конфликта, когда в условиях советской действительности ни власти, ни средства массовой информации старались не замечать того, что эпизодические столкновения развертываются в настоящую партизанскую войну. И, разумеется, не шло и речи о том, чтобы признавать за мятежниками их статус комбатантов и соответственно, применять к ним гуманитарное право. Для закона они были просто убийцы, диверсанты и террористы и получали соответствующие приговоры.

В марте 1992 г. группа пленных боевиков-армян из Шушинского района, осужденных за участие в партизанской войне против правительства и террор против мирных жителей, по приговору суда была помещена в Баку, в пятый корпус смертников Баиловской тюрьмы. На приговор существенно повлияло общественное мнение, созданное тем фактом, что эта группа была причастна к убийству азербайджанской журналистки Салатын Аскеровой.

«Мы не знали, что в военной машине женщина. Просто хотели посчитаться с военными, которые постоянно по пьянке обстреливали нашу деревню»,- рассказал мне позднее, когда для него все уже закончилось, один из этой группы.

После приговора эти смертники, а также несколько осужденных позднее армян, просто исчезли. Они не посещались Красным Крестом, правозащитниками, журналистами. Временами доходили сведения, что они еще не расстреляны, живы, так как на них имеют виды при переговорах об обмене.

Так, один из видных членов подпольного общества «Крунк», Юрий Джангирян по кличке “Маршал” даже был вывезен для этого на линию фронта в Агдам, но что-то не сработало, и его вернули обратно в пятый корпус. В июне 1992 г. его забили насмерть.

Джангирян не был единственным, кто нашел свой конец в пятом корпусе. Многие заключенные умерли там от болезней и жестокого обращения

В феврале 1993 г. пятый корпус перенес шок от последних расстрелов, санкционированных тогдашним «демократическим» руководством. Бывшие смертники до сих пор с содроганием вспоминают картину расстрела двух братьев, которые отказались выйти из камеры. В течение нескольких часов прячущихся по углам камеры и сопротивляющихся узников отстреливали то через «кормушку» (окошко в двери), то через жалюзи наружного окна.

Всерьез внимание на армян-смертников обратили лишь в конце 1993 года, когда после утечки информации о смертях двух пленных, получившей международный резонанс, Международный Комитет Красного Креста выступил с заявлением и через несколько месяцев смог впервые посетить эту категорию заключенных. Для создания у представителей МККК благоприятного впечатления, армян “отселили” в «детский», шестой корпус тюрьмы, чтобы создать обманчивое впечатление комфорта. Там каждый армянин уже имел свое спальное место.

Но через месяц-два, после сенсационного побега смертников из Баиловской тюрьмы и общего ужесточения условий содержания, их снова вернули в “родную” камеру №126 в корпусе смертников, где в камеры рассчитанные на двоих заключенных заталкивали по семь человек.

Заключенные, которым уже вынесли смертные приговоры, могли уже ничего не бояться. И зверели… Особой жестокостью отличался Асим «Шемахинский». Его родного брата расстреляли еще в Советское время, такая же перспектива была и у него самого. Пытаясь заглушить в себе страх смерти, Асим стравливал заключенных друг с другом, избивал с целью довести до смерти. Один из его сокамерников, не выдержав издевательств, повесился, а другой не перенес ежедневных мучений и умер.

Василия Лугового избивали в другой камере. После смерти двух армян он попросился в их камеру №126 и спал там у них на полу, спасши таким образом свою жизнь. Впоследствии Лугового, приговоренного к расстрелу за диверсии в пользу армян, помиловали, заменив наказание 15 годами лишения свободы, а затем отправили в Россию.

Один из бывших смертников, ныне отбывающий пожизненное заключение, так прокомментировал свое моральное состояние: «Нет отсюда выхода, и даже если бы и был, то в нормальном физическом и психическом состоянии я все равно не выйду через столько лет. Смерти я не боюсь – слишком долго она уже надо мной витает. Мрут рядом всю дорогу, вроде бы и здоровые и уже нездоровые… 5-6 месяцев было бы вполне достаточно, чтобы смертельно возненавидеть всех людей с мизерным исключением, и как это и не страшно, порой и без исключения. Стоит неимоверных усилий оставаться человеком в этой каждодневно унижающей атмосфере, оскорбляющей порой словесно, порой дубинами и ногами».

Разумеется, даже в этой жизни были некоторые просветы. Так, в камере № 130 находились особо привилегированные заключенные. Из этой камеры шли тайные передачи еды и сигарет в другие камеры. В частности, армяне вспоминали, как «хороший парень» Фируддин передал им еще в 1992-м «грев» (посылку), сопроводив ее запиской о том, что пути, которыми они с армянами попали в пятый корпус, разные, «но клеймо у нас одинаковое». Фируддин умер в 1995-м, и надзиратели сильно изуродовали его лицо, выдирая золотые зубы, бывшие частью антуража тюремного «авторитета»…

С момента посещения Красным Крестом смертников-армян уже не били. Помимо трехразового питания, их снабдили теплой одеждой и обувью. Регулярно заглядывал к ним и врач. Его благодарные пациенты всерьез испугались, когда спустя некоторое время узнали, что их доктор является двоюродным братом той самой Салатын. Но мести не последовало, доктор свято чтил клятву Гиппократа…

В мае 1996 г. смертников-армян все же поменяли на азербайджанских военнопленных. В последний раз они на глазах у изумленных надзирателей прошлись по коридору «пятого корпуса». Из «кормушек» неслись призывы помнить про «пятый корпус» и рассказать о страданиях смертников на воле. Но даже после длительного лечения и жизни на свободе они опасались, что «КГБ никуда не исчез, он нас найдет и здесь», и нарушили молчание лишь 4 года спустя.

Несмотря на более чем 2 года, прошедшие с отмены смертной казни, и 7,5 лет с момента последних расстрелов, «пятый корпус» все еще хранит свои тайны. В ответ на недавний запрос в Министерство юстиции было заявлено, что за более чем полгода, прошедшие с момента передачи Баиловской тюрьмы Минюсту, прежний хозяин – Министерство внутренних дел так и не передало своих архивов по тюрьме, в том числе по смертникам...

Эльдар Зейналов - директор Правозащитного центра Азербайджана

IWPR, 11 Aug 2000

CRS Issue 44

https://iwpr.net/ru/global-voices/рассказы-из-камеры-смертников