воскресенье, 30 октября 2016 г.

Граждане Азербайджана не готовы к «третьему полу»

Октябрь 29, 2016 00:44
Н.КАРУ, Э.РУСТАМОВА

Азербайджанское общество не готово признавать интерсексуалов «третьим полом». Причиной тому эксперты называют — менталитет и религиозный фактор.

Как заявил в интервью Echo.Az независимый юрист Эльчин Гамбаров, признание «третьего пола» на государственном уровне может привести к дальнейшему росту числа представителей сексуальных меньшинств.

Принятие закона в защиту их прав общество расценит как пиар-компанию, а не в качестве защиты прав меньшинств, прежде всего, интерсексуалов.

«Существуют люди, которые не являются однозначно мужчиной или женщиной. Иинтерсексуалы пользуются одинаковыми правами в Азербайджане, как и «обычные» граждане. Если из-за сексуальной особенности ущемляются интересы гражданина или он испытывает неравное отношение к себе, то лицо вправе подать жалобу на обидчика в суд. Что касается введения статуса «третий пол» в законодательстве АР, то к этому наше общество еще не готово,» — сказал Гамбаров.

«Закон основывается, прежде всего, на менталитете, традициях и обычаях народа. В Азербайджане не принимаются нетрадиционные отношения и статус этих лиц. Можно сказать, что наша страна — место, где интерсексуалы и представители сексуальных меньшинств подвергаются дискриминации. Часто нарушаются их права со стороны общества и семьи. Даже если законодатели утвердят статус — «третий пол», закон не поможет, если общество не готово,» — сказал Гамбаров.

«Конечно, если есть закон, то человек чувствует себя более или менее защищенным, но от этого они меньше не станут встречаться с дискриминацией. Кроме того, в стране существует еще и религиозный фактор. Ведь по статистике более 90% азербайджанского населения — мусульмане. Согласно религии Всевышний создал два пола — мужской и женский, поэтому верующие ни о каком третьим поле не захотят слышать. Негативное отношение общества деморализует представителей ЛГБТ и интерсексуалов в их борьбе за свои права. Поддержки со стороны общества почти нет, а открыто действуя, человек ставит под угрозу работу, жизнь и будущее», — отметил Гамбаров.

В свою очередь в интервью Echo.аz глава Правозащитного центра Азербайджана (ПЦА) Эльдар Зейналов рассказал, что первоначально любое отклонение от норм полового поведения считалось либо извращением, за которое надо наказать, либо болезнью, которую надо лечить.

«Например, мужской гомосексуализм даже между совершеннолетними и по согласию был уголовно наказуем в Азербайджане до 1 сентября 2000 г. А в либеральной Великобритании его пытались лечить электрошоком. В дальнейшем, когда восторжествовал другой, более плюралистический подход к сексуальной ориентации как к личному делу каждого, она обрела правозащитный аспект, который постоянно углубляется,» — отметил Зейналов.

По словам Зейналова, есть немало решений Европейского суда по правам человека, где затрагиваются те или иные аспекты, связанные с сексуальной ориентацией.

«Речь идет уже не только о дискриминации в быту, но и признании однополых брачных союзов и т.п. проблемах, которые в Азербайджане пока никем не поднимались. Пожалуй, под защиту прав сейчас не подпадает лишь педофилия. Следует учесть, что в ряде местностей на Востоке всегда относились снисходительно к смешанной ориентации. Мужчины, активно интересующимися и своим, и женским полом (бисексуалов), в отличие от ведущих исключительно гомосексуальный образ жизни (геев), вызывали лишь юмористический интерес, отраженный в соответствующих анекдотах», — говорит он.

По словам эксперта, в дальнейшем появились нюансы, отраженные в аббревиатуре ЛГБТИК (LGBTIQ). Если раньше различали лишь гетеросексуалов, гомосексуалов (ЛГ — лесбиянок и геев) и бисексуалов (Б), то впоследствии добавились категории трансгендеров или трансов (Т), интерсексуалов (И) и лиц с неопределившейся ориентацией — квиров (Questioning или Queer).

«Практически всех их раньше бы отнесли к гомосексуалам, так как их поведение и одежда отличается от гетеросексуальных стандартов. Трансы — общий термин для тех, чья гендерная идентичность не совпадает с их биологическим полом,» — сказал он.

«Например, транссексуалы (TS) считают, что они «в чужом теле» и меняют пол, что вполне сейчас осуществимо, если есть деньги. Кое-где, например в Таиланде, на этом даже построен целый бизнес, так как они привлекают определенную клиентуру. А вот трансвеститы (TV) пол не меняют и переодеваются в одежду другого пола. В эту категорию, помимо трансов-гомосексуалов, попадают и кроссдрессеры (CD) — вполне гетеросексуальные люди, которые просто любят одеваться как противоположный пол и находят в этом комфорт. К этой категории можно отнести былых обитателей Тбилисского проспекта или одного из киллеров знаменитой банды Гаджи Мамедова, который ходил на дело в женской одежде. А вот тех, кто одевает одежду противоположного пола лишь для целей театрализованного представления, не всегда правильно относить к трансам», — говорит Э.Зейналов.

Глава ПЦА заметил, что в истории Азербайджана издавна известны актеры- мужчины, игравшие женские роли — кто-то из-за религиозных запретов, а кто-то из любви к искусству, но при этом в обычной жизни к переодеванию не склонных и гетеросексуальных. Таких называют драгквин и драгкинг (DQ и DK).

«Бывает и так, что из кроссдрессеров составляется вполне гетеросексуальная пара, где женщина одета мужчиной, а мужчина — женщиной. Это вообще тупик для тех, кто судит о сексуальной ориентации по одежде. Наконец, есть и такая новомодная категория, как метросексуалы (от Metropolitan — столичный),» — отметил правозащитник.

«В больших городах молодежная мода отличается от провинциальной настолько, что по-городскому одетый и вполне гетеросексуальный парень может в какой-то глубинке восприниматься как гей.

В отличие от них, интерсексуалы имеют первичные признаки обоих полов, причем в одной и той же части тела. Существует много синонимов, среди которых наиболее распространены «гермафродиты» (по имени мифического ребенка греческих богов Гермеса и Афродиты, который были и мужчиной, и женщиной одновременно). Очень редко бывает, что гениталии обоих полов развиты одинаково, и гораздо чаще встречается ложный гермафродитизм. Это создает проблемы с гендерной идентичностью, которые чаще всего решаются на хирургическом столе»,— сказал Зейналов.

«Например, не так давно в Баку прооперировали 12-летнего ребенка-гермафродита, у которого были мужские наружные органы и женские — внутренние. Ребенка, который воспитывался как мальчик, превратили в девочку. Причина, по которой это было сделано, очевидна: в зрелом возрасте этот человек может зачать и выносить ребенка, но не сможет стать отцом. Соответствующие документы Минздрава и судебно-медицинской экспертизы это вроде бы подтвердили. Но остался вопрос о том, одобрила бы девочка это насилие над своей природой в зрелом возрасте, и не проявятся ли потом у взрослой дамы трансгендерные чувства, в том числе желание таким же хирургическим путем избавиться от женского и вернуть себе мужское? Хирург, кстати, тоже считал, что операция «даже немного запоздала», и что ее «следовало проводить до того, как ребенок осознает свой пол», — сказал он.

Отвечая на вопрос, насколько правильно менять пол ребенка без его осмысленного согласия, правозащитник говорит, что если у взрослого человека без его согласия отрезать «что-то лишнее» по желанию его родителей или по заключению врача, это будет считаться страшным насилием над личностью.

«Например, сейчас во многих странах по этой причине запрещают женское обрезание, которое делают девочкам-мусульманкам (в основном в Африке, но также и в Дагестане), так как их родители считают, что таким образом они позитивно воздействуют на их сексуальность. Даже во втором поколении где-нибудь в Швеции девочек вывозят в Африку на школьные каникулы и там калечат. Могут возразить, что в случае с операцией у гермафродитов, наоборот, «из калек делают нормальных». Но это наше восприятие. Ведь и геев тоже лечили электрошоком, который в обычном случае воспринимался бы как пытка… Понятно, что интерсексуальность создает у ее обладателя ряд проблем, которых с возрастом не уменьшается. Но их надо решать, учитывая мнение самого интерсексуала, а не хватаясь за скальпель. Научилось же наше общество жить с гораздо более серьезными проблемами, например СПИДом?!», — заключил Э. Зейналов.

http://ru.echo.az/?p=49787

суббота, 22 октября 2016 г.

Отпуск для заключенных в Азербайджане

Октябрь 21, 2016 20:30 Э.РУСТАМОВА, Н.АБАСОВ

Законодательство Азербайджанской Республики предусматривает отпуск для лиц, отбывающих наказание в местах лишения свободы.

Но де-факто этот пункт в законе не работает. Поэтому следует пересмотреть как законодательство, так и работу Пенитенциарной службы. Об этом заявил в интервью Echo.Az независимый юрист Эльчин Гамбаров.

«Практика показывает, что любое послабление режима приносит положительные результаты как для лиц, отбывающих наказание, так и внутренней ситуации в тюрьмах. Поэтому необходимо начать предоставлять отпуск заключенным. Для этого следует пересмотреть законодательство, которое сегодня не работает,» — сказал эксперт.

По его словам, Пенитенциарная служба Минюста должна взять этот вопрос под свой контроль.

«Конечно, это не означает, что все преступники должны иметь на это право. Необходимо более четко прописать в законе, кому положен отпуск. Должны учитывать семейное положение, статью, по которой отбывает наказание осужденный, характеристику, наличие высшего образования, время, которое осталось ему до конца срока,» — отметил Гамбаров.

Как считает эксперт, особое внимание перед принятием решения администрации колонии следует уделить вопросу поведения осужденного. По понятным причинам этот пункт в законе не должен работать в отношении заключенных, которые несут наказание в тюрьмах со строгим и усиленным режимом», — сказал Гамбаров.

По словам эксперта, сегодня данный пункт в законодательстве не работает потому, что администрация колонии боится, что на воле заключенные могут вновь совершить преступление или сбежать.

«Служащие не хотят за них нести ответственность. Стоит отметить, что прежде всего за неправомерные действия заключенного спросят с начальника тюрьмы. Поэтому практически никому не предоставляют отпуск. За редким исключением, когда осужденный получает сообщение о том, что потерял близкого человека. Единицам удается «выбить» краткосрочный «отпуск», чтобы принять участие в похоронах,» — сказал он.

По словам Гамбарова, огромное количество женщин, имеющих малолетних детей, также лишены возможности побыть несколько дней с детьми вне стен тюрьмы.

«Конечно, их нельзя оправдывать и жалеть, ведь прежде идти вразрез с законодательством, они должны были обо всем этом подумать. Но какие бы не были эти женщины, для родных детей они являются родным человеком, мамой… Поэтому правительству и непосредственно начальству колонии необходимо более гуманно подходить к этому вопросу», — заключил Э. Гамбаров.

В свою очередь в беседе с Echo.Az глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов более подробно рассказал обо всех нюансах отпуска для заключенных в стране.

«Отпуска, или официально «краткосрочные выезды за пределы учреждения отбывания наказания», заключенным Азербайджана предоставляются, но не всем. Согласно Кодексу по исполнению наказаний (КИН), они могут предоставляться в качестве трудового отпуска, поощрения при улучшенном режиме содержания, и в случае чрезвычайных обстоятельств. Стоимость проезда заключенного оплачивается им лично или его родственниками, а выезд возможен только в пределах страны,» — сказал Зейналов.

«Так, работающие осужденные, согласно трудовому законодательству страны, имеют право на ежегодный оплачиваемый отпуск вне пенитенциарного учреждения — только в пределах страны и на срок до 7 суток без учета времени на дорогу (до 2 суток). При этом время отпуска засчитывается в срок приговора, но заработок заключённому не начисляется,» — говорит правозащитник.

Он отметил, что отпуск имеют право лишь осужденные за впервые совершенное умышленное преступление, не представляющее большой общественной опасности, или менее тяжкое преступление, а также осужденные за совершение преступлений по неосторожности, переведенные на улучшенные условия содержания в учреждениях отбывания наказания общего режима.

По словам Зейналова, заключенным, содержащимся в колониях-поселениях за впервые совершенное умышленное преступление, не представляющее большой общественной опасности, или менее тяжкое преступление, а также содержащимся в колониях общего режима и воспитательных колониях за совершение преступлений по неосторожности, администрация может разрешить кратковременный выезд к семье в связи со смертью или тяжкой, угрожающей жизни, болезнью близкого родственника.

«Могут также дать отпуск и в связи со стихийным бедствием или другим чрезвычайным случаем, причинившим значительный материальный ущерб осужденным или их семьям. В этом случае длительность отпуска также не превышает одной недели (без учета времени на проезд). Возможность недельного отпуска из колонии, не связанный с трудом или семейными обстоятельствами появляется при переводе их на улучшенные условия содержания лиц, впервые осужденных за преступление, не представляющее большой общественной опасности или менее тяжкое преступление, а также за совершение преступлений по неосторожности. Для этого заключенный должен провести в заключении не менее трети срока наказания и иметь хорошую характеристику,» — подчеркнул Зейналов.

«Осужденным в воспитательных учреждениях общего режима («малолетке») условия содержания могут быть улучшены еще раньше — после отбытия не менее четверти срока. Обязательным условием для этого является соблюдение правил, добросовестное отношение к труду и учебе. При этом из колонии малолетних преступников отпускают домой лишь в сопровождении родителей или попечителей», — сказал он.

Зейналов также заметил, что разрешение на отпуск дается с учетом личности и поведения осужденного и согласовывается с Министерством Юстиции. Отказ в разрешении на краткосрочный выезд из колонии должен быть мотивирован, и как все решения администрации, может быть обжалован в суде.

«Как видим, привилегией пользоваться отпуском обладают лишь часть осужденных в колониях общего режима и колониях-поселениях. В последние годы власти осторожно экспериментируют с предоставлением отпуска для участия в похоронах и поминках заключенным строгого режима и даже подследственным. Эти случаи получают значительный резонанс и в целом приветствуются. Поэтому среди наших правозащитников господствует мнение, что при разрешении на кратковременный выезд из колонии администрация должна ориентироваться не только и не столько на назначенный судом режим, сколько на личность осужденного,« — сказал Зейналов.

«Отмечу, что на особом положении, независимо от назначенного им судом режима, находятся женщины — беременные или имеющие малолетних детей. При условии добросовестного отношения к труду и режиму отбывания наказания им может быть разрешена отсрочка — проживание вне колонии на время беременности и родов, а также до достижения ребенком трехлетнего возраста. Но только в том случае, если назначенное наказание не превышает 5 лет лишения свободы. При более серьезном наказании женщине придется рожать под арестом. По достижении 3-летнего возраста ребенка обязаны разлучить с осужденной матерью. Считается, что с этого возраста ребенок уже начинает понимать, что он находится в тюрьме, и это начинает негативно действовать на его психику. Поэтому детей устраивают у родственников, опекунов или отдают в детский дом. В передаче ребенка участвует и мать, которой для этого дают отпуск до 15 суток», — отметил Э.Зейналов.

Что касается отпусков для осужденных, Зейналов отметил одну редко вспоминаемую категорию осужденных, но не заключенных — солдат, по приговору суда отправленных в дисциплинарный батальон.

«Им не положены отпуска, предусмотренные для военнослужащих. Покинуть пределы воинской части можно с согласия администрации лишь в связи со смертью или тяжкой болезнью близкого родственника, стихийным бедствием или другим чрезвычайным случаем. Органы прокуратуры к решению вопроса отпусков у нас в Азербайджане формально отношения не имеют. Единственный орган, с которым это нужно согласовывать, — это Минюст [для заключенных и Минобороны - для солдат в дисциплинарном батальоне]», — заключил правозащитник.

ООН рассмотрела отчет Азербайджана по гражданским и политическим правам

Эксперты ООН получили альтернативную информацию от 16 организаций

20-21 октября Комитет по правам человека ООН рассмотрел очередной, 4-й периодический отчет Азербайджанской Республики по выполнению Международного Пакта о Гражданских и Политических Правах (МГПП). Для этого в Женеву будет направлена делегация во главе с замминистра иностранных дел Халафом Халафовым.

Комитет состоит из 18 международных экспертов, которые выступают в личном качестве и не представляют страны своего гражданства. На открытом для публики заседании в Дворце Вильсона в Женеве они обсудили с правительством проблемы с выполнением страной Пакта, исходя из данных правительственного отчета, а также иной доступной информации. Как правило, эта информация была заранее предоставлена в виде параллельного отчета аппаратом Омбудсмана, и альтернативных отчетов - национальными и международными неправительственные организации (НПО).

В этот раз в Комитет были представлены 5 альтернативных отчетов, подготовленных национальными НПО: Институтом права медиа, Институтом Свободы и Безопасности Журналистов (совместно с организацией ARTICLE 19 и Международная Поддержка Медиа),  Лигой защиты трудовых прав граждан, Правозащитным Центром Азербайджана, Центром Правовых Инициатив. Кроме того, свои отчеты представили и такие международные организации, как Европейская Ассоциация «Христиан-Свидетелей Иеговы», Фонд «Дом Прав Человека», Human Rights Watch,  Международная Комиссия Юристов, Организация «Юристы за юристов», Международная Федерация за Права Человека (FIDH), Всемирная Организация Против Пыток (OMCT), Институт Прав Человека Международной Коллегии Адвокатов.

На заседании 20 октября, глава делегации Х.Халафов представил правительственный отчет, рассказав об изменениях в ситуации с правами человека между двумя отчетами (предыдущий отчет рассматривался в 2009 г.). После этого, на основании имевшейся информации, эксперты задали большое число вопросов по различным статьям Пакта, на некоторые из которых делегация дала ответы. Вопросы были продолжены и 21 октября. Заседание транслировалось по интернет-телевидению ООН.

Заключительные замечания Комитета, включающие сделанные им выводы и рекомендации, будут опубликованы 4 ноября на сайте ООН.

Отметим, что в 2016 г. ООН отмечает 50-ю годовщину МГПП. Азербайджан входит в число 168 стран, которые ратифицировали этот Пакт. Более того, с ноября 2001 г. КПЧ принимает индивидуальные жалобы против Азербайджана в связи с нарушением прав, гарантированных Пактом.

Эльдар Зейналов.

http://minval.az/news/123632279
___________________________
О заключительных замечаниях КПЧ по отчету см. здесь:
http://eldarzeynalov.blogspot.com/2016/11/blog-post_6.html

среда, 19 октября 2016 г.

Азербайджан примет беженцев в обмен на решение по Карабаху?

Октябрь 18, 2016 00:08 Дж.АЛЕКПЕРОВА

Новый Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций (ООН) Антониу Гутерриш выступил за распределение беженцев во всем мире. Вполне возможно, что такое предложение может поступить и к Азербайджану, как к стране, которая уже знает, как справляться с большим потоком вынужденных переселенцев.

Сегодня в Азербайджане число вынужденных переселенцев и беженцев составляет более 1 миллиона человек. Из Армении было изгнано 250 тысяч азербайджанцев, из Нагорного Карабаха — более 60 тысяч, из оккупированных Арменией территорий Азербайджана — более 700 тысяч азербайджанских граждан.

Как ранее заявил заместитель премьер-министра, председатель Госкомитета по делам беженцев и вынужденных переселенцев Али Гасанов, за последние 24 года Азербайджанское государство потратило на решение проблем беженцев и вынужденных переселенцев 2,5 миллиарда долларов.

Как сказал Echo.az глава Правозащитного центра Азербайджана (ПЦА) Эльдар Зейналов, беженцев из стран Ближнего Востока могут предложить принять и Азербайджану.

«Во всяком случае, похоже, что нас к этому за последний год ненавязчиво подготавливают, усилив миграцию арабских туристов. Однако у Азербайджана есть сильный контраргумент в виде карабахского конфликта. Дело в том, что лагеря беженцев, если они будут созданы, разместятся там, где когда-то уже были лагеря наших вынужденных переселенцев, а это зона, довольно близкая к линии фронта. При возобновлении боевых действий, они могут затронуть и этот регион,» — сказал Зейналов.

«Другое дело, если бы ООН сначала помогла выполнить свои же резолюции Совбеза ООН по Карабаху, и тогда карабахская проблема была бы снята. В этом случае, ответный жест благодарности был бы вполне ожидаем, и уместен. Но этого мы, похоже, от ООН не дождемся…», — отметил он.

По его словам, такие организации, как ООН, и создаются для того, чтобы объединять усилия различных государств для решения региональных или глобальных проблем.

Зейналов сказал, что Новый Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций Антониу Гутерриш знает о проблемах беженцев, так как работал в ООН именно по этой проблеме и, кроме того, видит, во что вылилась проблема ближневосточных и африканских беженцев в нынешней Европе.

«Так что от него можно будет в ближайшее время ждать различных предложений, в том числе и по активизации миротворчества. Куда грамотней и эффективней работать с причинами, а не с последствиями. Что касается распределения Арабских беженцев по различным странам, в том числе тех, до которых они не добегают, то это уже предложено Евросоюзом. Разумеется, при размещении беженцев должны будут учитываться не только размер страны (иначе бы самой подходящей была бы Россия с ее малозаселенной Сибирью), но и ее экономическое состояние,» — считает Зейналов.

«Мы видим, что это уже происходит, когда беженцы, рискуя жизнью и здоровьем, рвутся именно в Германию, Францию и Великобританию, обращая мало внимания на бедные страны, типа Польши, Греции или Испании. Помнится, недавно Прибалтийские страны выражали недовольство планами Евросоюза разместить у них значительное число беженцев. Оставляя в стороне трудности культурной адаптации арабов в Латвии или Эстонии, надо отметить, что у прибалтов, действительно, негусто с финансами, которые к тому же чувствительно пострадали в результате санкций ЕС против России», — отметил он.

По его словам, выход может заключаться в том, чтобы платить крупным, но бедным странам за то, чтобы они временно размещали у себя беженцев, как, например, сделал ЕС в отношении Турции, которой выплачивают немалые суммы в обмен на то, что поток беженцев в ту же Германию существенно снизился.

Отметим, что масштабы вынужденного переселения людей в мире достигли рекордного уровня в прошлом году, утверждается в докладе агентства ООН. Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев выпустило доклад «Глобальные тенденции», в котором говорится, что конфликты и преследования привели к резкому росту числа беженцев и внутренне перемещенных лиц в 2015 году. Число вынужденно перемещенных лиц в мире в прошлом году составило 65,3 миллиона человек, что почти на 5 миллионов больше, чем годом раньше.

Три страны — Сирия, Афганистан и Сомали — в совокупности дают половину из 21 миллиона беженцев в мире, говорится в докладе. Половина всех беженцев — это дети, многие из которых при попытке найти приют разлучаются с семьями. Согласно статистике, 98 тысяч просителей убежища в прошлом году — рекордный показатель — это дети, оказавшиеся без сопровождения родителей.


Перепечатка (с сокращением): http://ru.oxu.az/war/155284

суббота, 15 октября 2016 г.

На очереди вторая «еврожалоба» Ильгара Мамедова

Октябрь 14, 2016 18:13
Эльдар ЗЕЙНАЛОВ

Пока идут споры правительства Азербайджана с Советом Европы об исполнении постановления Европейского Суда по Правам Человека (ЕСПЧ) по делу Ильгара Мамедова, похоже, что назревает новое дело по его очередной жалобе.

Как следует из решения, опубликованного на сайте ЕСПЧ, Евросуд начал коммуникацию по новой жалобе N919/15. 
Картинки по запросу Ильгар мамедов фото
Напомним, что 46-летний председатель Гражданского движения «Республиканская Альтернатива» (REAL) Ильгар Мамедов был арестован в связи с беспорядками в г. Исмаиллы 24 января 2013. В дальнейшем он был осужден Шекинским Судом по тяжким преступлениям 17 марта 2014 г. к 7 годам лишения свободы по обвинению в организации массовых беспорядков и сопротивление полиции. Шекинский Апелляционный Суд подтвердил этот приговор 24 сентября 2014 года. Верховный Суд (ВС) решением от 13 октября 2015 г. отменил приговор и вернул дело в апелляционную инстанцию для нового рассмотрения. Однако 29 апреля 2016 г. Шекинский Апелляционный Суд подтвердил свое прежнее решение.

В декабре 2014 г. И.Мамедов пожаловался на несправедливость суда и не предоставление достаточных возможностей для защиты (статья 6-1 и 6-3(b) Европейской Конвенции по Правам Человека), отсутствие эффективных возможностей для защиты от несправедливости суда (статья 13), дискриминацию в суде по политическим мотивам (статья 14), злоупотребление правами со стороны властей путем лишения свободы и затягивания процедур (статья 17), использование ограничений прав для иных целей, в частности ареста для устранения его с политической сцены (статья 18 Конвенции).

Заявитель отметил, что множество его ходатайств были отклонены или проигнорированы судом, включая такие, как вызов дополнительных свидетелей, изучение дополнительных документальных доказательств, отвод составу суда. Кроме того, по завершении суда, к обоим адвокатам И.Мамедова были применены административные наказания, якобы за многократное нарушение порядка на процессе. При подготовке апелляции, защите не предоставили ни протокола суда, ни даже полного текста решения. Кроме того, ряд доказательств, рассмотренных судом, по мнению защиты, доказывал как раз отсутствие вины И.Мамедова.

В этом деле, о содержании которого ЕСПЧ поставил в известность правительство Азербайджана в конце сентября 2016 г., Страсбург интересует прежде всего, были ли исчерпаны все средства защиты. Дело в том, что приемлемости жалобы она должна пройти все судебные инстанции, в то время как ВС вернул дело на новое рассмотрение, и оно на данный момент повторно не прошло ВС. ЕСПЧ также задал правительству ряд вопросов по справедливости суда по делу заявителя, его предполагаемой дискриминации по политическим мотивам, ограничению его прав в большей степени, чем предписано законом, использованию ограничений для иных целей, и наличию эффективных средств защиты на национальном уровне.

Кроме того, от сторон были запрошены ссылки на соответствующие страницы судебных и иных документов, которые бы поддерживали их ответы, а также копии самих документов, в том числе судебных решений, принятых после 29 апреля 2016 г.

Отметим, что на 18 ноября этого года в ВС Азербайджана назначено рассмотрение кассационной жалобы Ильгара Мамедова, в которой защита требует прекращения уголовного преследования ввиду отсутствия события и состава преступления. Если дело не будет снова возвращено в Шекинский Апелляционный Суд, то вынесенное ВС решение будет окончательным и будет означать исчерпание средств защиты на национальном уровне по данной жалобе.

В этом случае запустится соревновательный процесс, в ходе которого стороны дела обменяются посредством ЕСПЧ своими аргументами и возражениями. Лишь после этого, ЕСПЧ рассмотрит жалобу по существу. Что касается первой жалобы И.Мамедова (N15172/13), по которой ЕСПЧ принял постановление в его пользу еще 22 мая 2014 г., то оно до сих пор считается неисполненным. 8-10 июня 2016 г. Комитет Министров Совета Европы, на который возложен контроль за исполнением решений ЕСПЧ, сделал очередное заявление по этому делу. В частности, КМСЕ выразил глубокое сожаление по поводу того, что, несмотря на выводы ЕСПЧ о фундаментальных недостатках уголовного дела против Мамедова и на неоднократные призывы Комитета министров, Ильгар Мамедов до сих пор не освобожден. До тех пор, пока Мамедов не будет освобожден, КМСЕ будет обсуждать его дело на каждом своем заседании.

«Эхо», 14.10.2016 г.

Жалоба в Евросуд на пытки снята с рассмотрения

ЕСПЧ счел, что заявители «потеряли желание» продолжать жалобу

В конце сентября Комитет из трех судей Европейского Суда по Правам Человека (ЕСПЧ) принял решение снять с рассмотрения одну из жалоб против Азербайджана.

Жалоба № 4276/07, поданная жителями г.Баку, братьями Шахином и Галибом Гулиевыми в январе 2007 г., касалась некоего дела об аресте заявителей, детали которого в решении не раскрываются. Братья пожаловались на то, что с ними жестоко обходились в полиции и что национальные власти не эффективно расследовали их жалобы. Кроме того, по мнению заявителей, они были арестованы незаконно и осуждены на основе самооговоров, а также показаний их подельников, полученных под пытками.

ЕСПЧ коммуницировал жалобу правительству, которое представило свои возражения как по приемлемости жалобы, так и по ее существу. Ответ властей был переслан заявителям для комментариев, однако ответа от них до установленного срока - мая 2011 г. получено не было. В июне 2011 г. Евросуд напомнил об этом представителю братьев Гулиевых, указав, что жалобу могут снять с рассмотрения. Хотя было получено уведомление о получении им этого письма, но ответа снова не последовало.

Как результат, ЕСПЧ пришел к выводу, что обстоятельства дела указывают на нежелание заявителей продолжать свою жалобу, и что нет никаких особых обстоятельств, которые бы требовали продолжать ее рассмотрение. На основании статьи 37-1(а) Конвенции, она была исключена из списка на рассмотрение.

Эльдар Зейналов.

http://ru.echo.az/?p=48698

вторник, 11 октября 2016 г.

Делает ли суд несправедливым самостоятельная защита?

В этом вопросе житель Латвии не нашел понимания у Евросуда

Октябрь 11, 2016 00:05
Эльдар ЗЕЙНАЛОВ

Довольно распространенной в Азербайджане ситуацией при задержании или аресте человека  является отсутствие у него адвоката.

Этому может быть много причин: отсутствие средств на  адвоката, отсутствие доверенных юристов, правовая неграмотность, а часто — и задержание  человека в нерабочее время, когда юридические консультации не работают.

В таком случае, если человек требует адвоката или же участие адвоката обязательно по закону,  то ему скорей всего предложат «бесплатную правовую помощь», т.е. адвоката по назначению.  Эти адвокаты, которых в народе прозвали «дежурными», часто вызывают справедливые нарекания  низким качеством своих услуг. Никто из них не настроен особенно выкладываться за те  незначительные гонорары, которые они получают от государства.

И тогда подозреваемые и обвиняемые идут на отказ от «дежурного» адвоката, на что по закону  (Уголовно-Процессуальному Кодексу) имеют право. Полномочия адвоката могут прекратить также  дознаватель и следователь, если адвокат сделал что-то запрещенное законом, например,  саботирует защиту. Сам же адвокат отказаться от защиты не может.

Отказ от защитника принимается лишь в том случае, когда заявление об этом представлено  подозреваемым или обвиняемым по собственной инициативе, добровольно и в присутствии  защитника или адвоката, который должен быть назначен в качестве защитника.  Отсутствие средств для оплаты юридической помощи в качестве мотива не принимается — в таком  случае защитник назначается принудительно либо сохраняются полномочия адвоката,  назначенного в качестве защитника.

Вместе с тем, в статье 92 УПК на этот счет существует противоречивая позиция. С одной стороны,  «лицо, отказавшееся от защитника, после принятия отказа вправе в любой момент уголовного  процесса до начала судебного следствия изменить в связи с этим свою позицию», то есть может  позднее согласиться на назначенного судом адвоката.

С другой стороны, на суде после первого отказа от защитника «истребование им защитника вновь  не есть обстоятельство, определяющее обязательность участия защитника после начала  судебного следствия», то есть суд может и не согласиться назначить нового адвоката. Кроме  того, согласно закону, если отказ подозреваемого или обвиняемого от защитника не принят  следователем, дознавателем или судом, то он продолжает защиту — вопреки желанию  подзащитного!

Проблема в том, что и второй, и третий «дежурный» адвокат может отказаться таким же. В такой  безвыходной ситуации человек может решиться защищать себя самостоятельно.  Как на отказ от «дежурного» адвоката с последующей самостоятельной защитой смотрит  Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ), прецедентная практика которого во многом задает  стандарты справедливого судопроизводства?

Является ли это нарушением права на справедливый суд и на правовую помощь, гарантированную  статьей 6-1и 6-3(с) Европейской Конвенции по Правам Человека?  Эти вопросы были подняты в жалобе «Емельяновс против Латвии» (№37364/05), которую подал  некий житель латвийского города Даугавпилс, арестованный в 2004 году по подозрению в  убийстве.

До суда у него был адвокат, назначенный государством, от которого он отказался ввиду  расхождение во взглядах на ведение защиты. Через два месяца он по той же причине отказался и  от второго. Жалоба на качество работы второго адвоката была рассмотрена судом, но отклонена  как необоснованная.  С момента повторного отказа от бесплатного адвоката ситуация с защитой Емельяновса  изменилась.

Он был предупрежден, что теперь он по закону не имеет права на бесплатную  правовую помощь и должен или нанять адвоката за свой счет, или защищать себя сам. С сентября  2005 г. он остался без адвоката.  В феврале 2006 г. суд первой инстанции признал его виновным и осудил на 12 лет лишения  свободы на основе частичного признания вины и показаний 7 очевидцев события.

Суд отклонил  жалобу Емельяновса на то, что у него не было адекватной защиты, сославшись на то, что в  момент отказа от первого и второго адвокатов, суд еще не начал рассматривать доказательства.  Емельяновс подал апелляцию, и на этом этапе был представлен двумя адвокатами, назначенными  судом. Апелляционный суд поддержал приговор, поддержав позицию суда первой инстанции в  отношении защиты, а также отметив, что хотя свидетелей вызывали в суд дважды, Емельяновс не  задал им никаких вопросов по делу.

Емельяновс обратился в ЕСПЧ с жалобой на нарушение статьи 6-1 и 6-3(с) Конвенции,  аргументируя свой отказ от адвокатов плохим качеством их работы и тем, что он при этом не  собирался отказываться от правовой помощи вообще.  Рассмотрев материалы дела, ЕСПЧ посчитал, что второй адвокат не был пассивным или явно  небрежным, с учетом того, что он подключился к делу на позднем этапе.

Так что суд первой  инстанции правильно оценил услуги второго «дежурного» адвоката и посчитал жалобу на него со  стороны подзащитного необоснованной. Кроме того, подсудимый был предупрежден о  последствиях отказа от адвоката, но не нанял адвоката по своему выбору.  На суде Емельяновсу дали возможность выступать с ходатайствами, вызывать свидетелей и  делать заявления.

Суд даже откладывал заседания, чтобы Емельяновс подготовил свою защиту.  Кроме того, правовые вопросы, затронутые этим делом, не были особенно сложными.  В апелляционной инстанции Емельяновс пользовался услугами двух бесплатных адвокатов и не  выдвигал претензий к их работе. Хотя свидетелей не вызвали в апелляционный суд повторно, но  Емельяновс не обосновал, как это могло бы помочь делу или какие вопросы он хотел прояснить,  учитывая, что в показаниях свидетелей не было разногласий.

Поэтому ЕСПЧ пришел к выводу, что право заявителя защищать себя лично или с помощью  адвоката не было ограничено в манере, которая бы подрывала бы в целом справедливость  уголовных процедур, и не нашел нарушения статьи 6-1 и 6-3.  Следует отметить, что сам по себе отказ подсудимого от «дежурного» адвоката не оправдывает  отсутствия правовой помощи.

Например, в рассмотренном ЕСПЧ в июне деле «Гаджибейли и  другие против Азербайджана», несколько административно задержанных, несмотря на желание  нанять платного адвоката, были представлены адвокатами по назначению, от которых часть  подсудимых отказались.  Некоторым подсудимым не досталось даже таких защитников. «Дежурные» адвокаты  ограничились общими словами о невиновности подсудимых или просили «вынести справедливое  решение», причем трое адвокатов и вовсе отмолчались.  ЕСПЧ констатировал, что правовая помощь в досудебный период отсутствовала; адвоката по  собственному выбору не обеспечили; назначенный государством адвокат подошел к защите  формалистически.

Соответственно, в отличие от дела Емельяновса, ЕСПЧ пришел к выводу о  нарушении статей 6-1 и 6-3.  Причина очевидна: в деле Гаджибейли и других подсудимые были способны нанять платного  адвоката по своему выбору и настаивали на этом, в отличие от Емельяновса, не обладавшего  достаточными материальными возможностями.

Это оставляет открытым вопрос, как быть подсудимому, если ему раз за разом назначают  плохого бесплатного адвоката, денег на платного адвоката нет, а сам он слишком безграмотен,  чтобы защищать себя самостоятельно. Не исключено, что уже сейчас в Евросуде лежит жалоба,  рассмотрение которой даст на это ответ…

Отмечу, что, согласно постановлению Конституционного Суда от 11 июня  2002 года, малообеспеченные лица могут быть обеспечены адвокатом за счет государства не  только в уголовном процессе, но и в гражданском, хотя лишь на этапе подачи и рассмотрения  кассационной жалобы в Верховном Суде.  Однако претензии к качеству такой помощи в гражданском процессе подпадают уже под статью 6-  1, а не 6-3(с) Европейской Конвенции.

http://ru.echo.az/?p=44897

суббота, 8 октября 2016 г.

Безработица в колониях Азербайджана намного выше, чем на свободе

Октябрь 8, 2016 02:40
Н.АБАСОВ

Недавно США прошла национальная забастовка заключенных против условий их содержания в тюрьмах. Заключенные требовали повысить оплату работы, которую они выполняют в тюрьмах. Также они недовольны системой здравоохранения и переполненностью тюрем.

Активисты, защищающие права заключенных, сравнивают положение заключенных с рабством. Сейчас в США в тюрьмах находятся более 2,2 млн. человек. А возможна ли забастовка заключенных в Азербайджане по закону? Случалось ли нечто подобное? И есть ли у заключенных сейчас реальные основания быть недовольными условиями содержания?

Отвечая на эти вопросы Echo.az, директор Правозащитного центра Эльдар Зейналов заявил, что трудовые права не являются абсолютными и могут ограничиваться в отношении тех или иных определенных законом групп работников. В их число входят и осужденные, работающие в местах исполнения приговоров суда.

«Забастовка, определяемая законом как «временный полный или частичный отказ на добровольных началах работников (работника) от исполнения своих трудовых функций в целях решения коллективного и индивидуального трудового спора», в число прав осужденных не входит. Она прямо запрещена статьями 270.9 Трудового кодекса и 95.6. Кодекса по исполнению наказаний (КИН). При этом «отказ от работы или приостановление трудовой деятельности без уважительных причин считается нарушением правил исполнения наказания и является основанием для наложения взыскания осужденному или привлечения их к материальной ответственности».

«Правда, формулировки закона оставляют простор для некоторой демагогии вокруг того, может ли применяться забастовка для решения споров, не носящих характер трудовых, или же является тот или иной повод, не относящийся к трудовой деятельности осужденных, «уважительной причиной» для остановки работы», — отметил Э.Зейналов.

Но, по его словам, в любом случае, даже если осужденный подаст на администрацию жалобу с объяснением причин нетрудовой забастовки, за нее законом предписано наказание, и жалоба исполнения этого наказания не прерывает.

«Вообще говоря, запрещение рабства и принудительного труда, гарантированное статьей 4 Европейской конвенции по правам человека, именно для заключенных имеет оговорку. Если свободный гражданин не должен привлекаться к принудительному или обязательному труду, то конвенция не включает в этот термин «всякую работу, которую обычно должно выполнять лицо, находящееся в заключении… или условно освобожденное от такого заключения,» — отметил он.

Соответственно, наш отечественный КИН в отношении труда заключенных применяет выражения «должен» и «обязан». Так, «каждый осужденный обязан заниматься трудовой деятельностью на местах и на работах, установленных администрацией учреждения отбывания наказания.

Администрация учреждения отбывания наказания должна привлекать осужденных к полезному труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, здоровья и по возможности специальности» (статья 95 КИН). Аналогично сформулировано правило 228 Правил внутреннего распорядка (ПВР).

Осужденным мужчинам старше 60 лет, женщинам старше 55 лет, осужденным с инвалидностью I и II группы, ограниченностью возможностей здоровья до 18 лет, беременным свыше 4 месяцев или имеющим детей в детских домах при колонии разрешается работать в добровольном порядке. Несовершеннолетние осужденные привлекаются к труду в соответствии с трудовым законодательством.

При этом обязательность такого труда не отменяет всех тех требований, которые выдвигает Трудовой кодекс в отношении охраны труда, его оплаты, медицинского страхования, пенсионного стажа, отдыха и т.д. Ограничения касаются лишь выбора места работы, возможности увольнения, создания профсоюзов, проведения забастовок.

«В целом, работа дает заключенному возможность выплачивать иск по приговору, улучшать характеристику для условно-досрочного освобождения и помилования, оплачивать мелкие покупки в тюремном магазине (ларьке). Теоретически, для заключенных в Азербайджане предусмотрен труд в производственных участках, на хозяйственных и бытовых работах внутри пенитенциарного учреждения, индивидуальный труд, а также работа на производственных объектах вне учреждения (под охраной и изоляцией). Но справедливей будет говорить о недостаточности рабочих мест. Безработица в колониях намного выше, чем на свободе,» — сказал Зейналов.

Причина этого, по мнению Э.Зейналова, в том, что производственные участки (промзоны) в ряде колоний были закрыты еще в начале 1990-х, когда распался СССР, а вместе с ним — система государственных заказов для тюремного производства. Единственный труд, который гарантирован в любом пенитенциарном учреждении — это работа в т.н. хозяйственных бригадах, которая направлена на обеспечение нормальной жизнедеятельности учреждения. Но в «хозобслуге» разрешено использовать до 10% осужденных.

«Труд заключенных экономически выгоден, потому что им не надо платить за проезд, кормить семьи, платить кредиты в банке, покупать предметы роскоши на зависть соседям и т.п. И тот небольшой ассортимент изделий, который сейчас выпускают в колониях (мебель, металлические ворота и т.п.), существенно дешевле, чем на рынке. На счет работающему заключенному начисляется половина его заработка, остальная же сумма идет в бюджет пенитенциарной системы на оплату питания, проживания, охраны заключенных. Именно по причине выгодности их труда заключенных нещадно эксплуатировали во времена СССР, а за границей эксплуатируют и сейчас (характерный случай описан, например, в знаменитом «Побеге из Шоушенка»). Именно эта эксплуатация, желание любой ценой нажиться на подневольном труде заключенных, и вызывает временами бунты и забастовки, наподобие той, что прошла в тюрьмах США в сентябре,» — сказал Зейналов.

«В Азербайджане же, где одно время рабочие места создавали сотнями тысяч, труд заключенных, который к тому же несет и воспитательную функцию, почти не используется. Объяснений этому бытует много — от безынициативности до коррупции. Но факт остается фактом: человек, отправленный нашим обществом за решетку за нанесенный им вред, в большинстве случаев весь срок приговора живет за счет налогоплательщиков и выходит отвыкшим от труда и асоциальным,» -отметил Зейналов.

По его словам, единственная, но весьма сомнительная польза от вынужденной безработицы заключенных — это отсутствие конфликтов, связанных с отказами от работы со стороны профессиональных преступников, придерживающихся воровских идей.

«Неприятие работы на государство является для них принципом, ради следования которому «идеалисты» идут на отказ от работы и даже на членовредительство. Особую неприязнь такие заключенные испытывают к хозяйственным рабочим (шнырям), которых не без основания подозревают в сотрудничестве с администрацией. По иронии судьбы, сейчас это едва ли не единственная работа, которая может существенно сократить срок наказания. Работа в колониях из обязанности превратилась в привилегию, которой дорожат и едва ли сами не платят за возможность стать к станку или взять в руки метлу.»

«Временами администрация даже практикует неполный рабочий день — уловка, чтобы привлечь к труду большее количество осужденных. Так что забастовки для тюрем Азербайджана не актуальны. Другое дело — бунты против условий содержания, когда заключенные в массовом порядке отказываются выполнять любые требования охранников. Они редко бывают стихийными и обычно организуются «идеалистами», чтобы подсидеть начальника учреждения. По этой причине с бунтарями достаточно жестко расправляются, даже если беспорядки и имели реальную причину.»

«В отличие от забастовки и бунта, голодовка или «отказ от приема пищи» (в английском языке она переводится жестче: hunger strike, т.е. буквально «голодная забастовка») признана законным методом протеста. Но только в том случае, если выполняется правило 81 ПВР, т.е. заключенный следует процедуре приказа N2-Т министра юстиции от 2 февраля 2004 г. об условиях содержания и принудительном лечении заключенных, отказывающихся от пищи. Согласно этому правилу, до начала голодовки заключенный должен подать обоснованное заявление. Если заявление необоснованно, то голодовку не разрешат и посчитают нарушением порядка. Еще одним важным моментом является то, что любые массовые действия протеста («групповое неподчинение или активное участие в таких группах») считаются не простым, а «злостным нарушением правил исполнения наказания» (статья 108.1.6 КИН). Соответственно, они и строже наказываются,» — сказал Зейналов.

«Поэтому, например, те массовые голодовки, которыми пытались привлечь внимание к своим проблемам пожизненники в Гобустанской тюрьме в 2005 г., сопровождались подачей индивидуальных заявлений от каждого участника. Самым цивилизованным методом протеста является подача судебного иска против действий или решений администрации учреждения. КИН дает право также на получение сведений о своих правах и обязанностях, в том числе о порядке и условиях исполнения назначенного судом наказания, а также на получение услуг переводчика, иностранцы — на связь с дипломатическими и консульскими представительствами своих государств или национальными, либо международными организациями, взявших на себя опеку над ними. В долгосрочной перспективе это всегда эффективнее демонстративных нарушений режима, имитаций самоубийства и т.п. «героических» поступков, к которым подстрекают «идеалисты» других заключенных», — заявил Э.Зейналов.

http://ru.echo.az/?p=41851

Строительство в прибрежной зоне: что решил Страсбург?

Проигрышем заявителей в Евросуде завершилась 32-летняя судебная тяжба

В последние годы в прессе и социальных сетях достаточно часто поднимается вопрос о недопустимости присвоения пляжей частными лицами и застройки прибрежной зоны, несмотря на официальный запрет. Но, как показывает дело Мальфатто и Мей против Франции (жалоба №40886/06), рассмотренное на днях Европейским Судом по Правам Человека (ЕСПЧ), эта проблема, касающаяся должного баланса личных и общественных интересов, актуальна не только для Азербайджана.

Дело, о котором идет речь, касается участка земли вокруг бухты Антенор на средиземноморском побережье Франции, где в 1964 г. разрешили строительство домов. Один из заявителей, Анри Мальфатто, был владельцем земли и продал ее под застройку небольшими участками нескольким покупателям, включая второго заявителя (Жан-Клода Миэй). Однако спустя 15 лет, распоряжением об охране береговой зоны было запрещено строительство ближе 100 метров от береговой линии. 

Естественно, что в 1982 г. прежнее решение муниципалитета о разрешении на строительство в прибрежной зоне было отменено, и новое строительство там было запрещено. В 1984 году началась судебная тяжба, которая была проиграна Мальфатто. В 1995 г. мэр опубликовал новый план использования земли, по которой все участки попали в природоохранную зону со строгим запретом любого строительства. Жалоба в административный суд была отклонена. 

Сложилась парадоксальная ситуация: земельные участки по-прежнему официально находились во владении их хозяев, но строительство на них было запрещено. Землю можно и сейчас перепродать другим хозяевам, но при этом запрет на строительство очевидным образом снизил ее рыночную стоимость. А так как землю не конфисковали в пользу государства, и на ней ничего не было построено, то ее хозяева формально ничего не потеряли...

В 1998-99 годах заявители запросили от префекта компенсацию, аргументируя это тем, что на купленных участках ничего нельзя строить и это нарушает их право на использование собственности. Начался новый виток судов, в ходе которого суды ссылались на то, что запрет на строительство в 100-метровой зоне был введен по всей стране в национальных интересах. Суды закончились в 2006 и 2007 гг. отказом со стороны Государственного Совета Франции.

Пройдя все инстанции, заявители обратились в ЕСПЧ. По их мнению, отказ в компенсации нарушил их право собственности, гарантированное статьей 1 Протокола №1 к Европейской Конвенции по Правам Человека, а французские суды вынесли необоснованное решение в нарушение статьи 6 (право на справедливый суд) и 14 (запрещение дискриминации) этой Конвенции.

Евросуд, в свою очередь, отметил, что защита прибрежной зоны для отдыха и охраны экологии является законной целью в общих интересах. Французское законодательство при этом предусматривает компенсацию лишь в исключительных случаях, и ЕСПЧ не видит причин, по которым решение национальных судов было произвольным или явно необоснованным. 

Семья Мальфатто с 1965 г. и до момента, когда запретили строительство в 1982 г., не предприняла никаких шагов, чтобы использовать это разрешение. Да и среди участков, проданных третьей стороне, был застроен всего один. Соответственно, ни Мальфатто, ни Миэй, ничего не построив, не понесли никаких затрат на строительство, которые должны было компенсировать государство. Что касается снижения стоимости земельного участка, то и оно не влечет необходимости компенсации. Поэтому статья 1 Протокола №1 нарушена не была. А жалобы на нарушение статей 6 и 14 ЕСПЧ счел явно необоснованными и отклонил без рассмотрения.

В общей сложности, начиная с первого решения в 1984 г., судебная тяжба заняла более 30 лет. И хотя она привела к проигрышу заявителей, но продемонстрировало и достойное уважения упорство европейцев в отстаивании своих прав, которого так часто не хватает нашим согражданам.

Другой очевидный вывод из этого дела для других стран-членов Совета Европы, включая и Азербайджан: решение правительства о защите береговой линии должно быть выполнено. А те граждане, которые разными путями купили куски побережья и просто их отгородили, ничего не построив, в случае сохранения за ними права собственности на эту землю, не должны получить никакой компенсации за то, что общество снова начнет пользоваться морским побережьем.

Отметим, что в решении Палаты приняли участие 7 судей, включая нашего судью Ханлара Гаджиева. В ближайшее время, Совет Европы планирует рассмотреть новые кандидатуры на это место, так как полномочия нынешнего судьи от Азербайджана уже истекли.

Эльдар Зейналов.

http://ru.echo.az/?p=41660

вторник, 4 октября 2016 г.

Европа решила подтянуть Азербайджан в сексуальной ориентации

3 октября 2016 от Oleg

Представители сексуальных меньшинств есть везде. В том числе в Азербайджане. Сколько их, сказать сложно, поскольку никто не ведет статистику. Плюс определенная часть из них скрывает свою ориентацию.

Чтобы популяризировать гомосексуализм?

Международная организация ILGA разыгрывает грант, направленный на популяризацию тем сексуальной ориентации, гендерной идентичности, половых характеристик среди юристов, психологов, педагогов, социальных работников, журналистов, специалистов в области здравоохранения и деятелей искусства и культуры, передает «Лайф». Организаторы считают, что люди подобных профессий могут улучшить положение сексуальных меньшинств.

Проект под названием «Союзники в действии» разработан европейским отделением Международной ассоциации лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров и интерсексуалов (ILGA). Он призван стать «источником поддержки для действенных, оригинальных, изобретательных инициатив ЛГБТ-сообществ, а также тех, кто готов и словом и делом содействовать улучшению положения сексуальных меньшинств, поднимать вопросы сексуальной ориентации, гендерной идентичности, половых характеристик в обществе».

Интересно, что в тексте гранта сказано, что подобные меры должны быть ориентированы на тех, кто пока не имеет никакого отношения к ЛГБТ-сообществу. Условием получения гранта является и география. Авторы «Союзников в действии» подчеркивают, что проекты должны быть реализованы в следующих государствах: Россия, Армения, Азербайджан, Белоруссия, Грузия и Украина.

Между тем, согласно последнему рейтингу европейского филиала ILGA, Азербайджан - самая нетерпимая страна Европы в отношении сексуальных меньшинств.

Азербайджан занял в рейтинге последнее 49 место, пропустив вперед Россию (48) и Армению (47). Страной, где лучше всего соблюдается социальное равенство, авторы списка признали Великобританию. В первой тройке расположились также Бельгия с Мальтой.

Десять стран мира из девятнадцати, где узаконен однополый брак, расположены в Европе. Кроме того, в четырнадцати странах Европы признаются гражданские партнерства.

Реальное положение вещей

«Я полагаю, что объявленный ILGA конкурс грантов не в последнюю очередь инициирован теми негативными оценками, которые не вполне заслуженно получает положение ЛГБТ в Азербайджане. В частности, в прошлом году свою обеспокоенность положением ЛГБТ выразил в своей резолюции Европарламент (ЕП). И в том же тексте ЕП потребовал безоговорочно освободить журналиста, арестованного за призывы к физической расправе с геями. Уже один этот пример показывает, насколько мало информированы в Брюсселе», - сказал в интервью корреспонденту Пресс-клуба «Содружество» глава Правозащитного центра Азербайджана Эльдар Зейналов.

Он отметил, что в Азербайджане не проводится гей-парадов, не выпускаются печатные гей-издания и не принято открыто демонстрировать свою сексуальную ориентацию. Но при этом законодательство страны не содержит каких-либо ограничений прав граждан по этому признаку - гомосексуальность декриминализована еще в 2000 году.

Нет попыток представить гомосексуальность болезнью, и «лечить» ее в психиатрических лечебницах. Очень редки случаи нетерпимости к ЛГБТ даже на словах, не говоря уже о практике стигматизации или физических атаках. Не проводятся полицейские рейды по гей-барам, не блокируются ЛГБТ-форумы и сайты знакомств.

Как сказал Зейналов, вместе с тем, религиозное возрождение в стране поднимает вопросы и в этой области. Общеизвестно негативное отношение мировых религий к гомосексуальности, и то, в какую агрессию против ЛГБТ это выливается в соседних Иране или Грузии. Поэтому разумная дискуссия в Азербайджане о сексуальной ориентации и гендерной идентичности, прояснение европейских стандартов, представляется вполне уместной. И в стране есть неправительственные организации, которым эти темы интересны.

«Но вот вопрос: кто и как будет осуществлять в Азербайджане этот проект? Если раньше существовала уведомительная практика – НПО лишь уведомляли Минюст и Минфин о получении ими грантов, то сейчас надо, чтобы Минюст не только зарегистрировал, но и одобрил грант, исходя из соответствия национальным интересам (неизвестно, по какой методике). Незаконно получение грантов незарегистрированными НПО.

Более того, по новому законодательству грантодатель должен быть зарегистрирован в Азербайджане, прежде чем выдаст здесь кому-то грант – неважно, будет ли это НПО или частное лицо. Желающие зарегистрироваться есть, но правила и процедуры пока не разработаны.

При таком раскладе работать в Азербайджане по анонсированному ILGA проекту может лишь зарубежная организация, например, нанимая в Азербайджане временных работников по индивидуальному контракту. Естественно, что это будет придавать темам проекта характер навязанных извне. Сомнительно, что с ними будут сотрудничать государственные структуры, после того как тему ЛГБТ подняли на политический уровень, угрожая санкциями. Поэтому деятельность по этому проекту массового охвата не получит, и в лучшем случае грант будет потрачен на создание пары роликов, рассказ анонимных геев или сайт с изложением общеизвестных истин.

Мне представляется, что без нормализации ситуации с НПО и грантами эффективность такого рода проектов в Азербайджане будет низкой, а возможность политизации «вечных тем» - высокой», - пояснил правозащитник.

И как с этим жить?


«Жить с нетрадиционной ориентацией в Азербайджане очень тяжело, поскольку постоянно приходиться прятать свои отношения от общественности», - сказала в интервью корреспонденту Пресс-клуба «Содружество» гражданка Азербайджана, пожелавшая остаться неназванной.

«Постепенно, взрослея, я начала осознавать, что мужчины меня не интересуют. Я поняла, что люблю женщин», - рассказала девушка.

«Я жила в Корее достаточно долгий период. И могу сказать, что там однополые отношения тоже не приветствуются, но их реже осуждают. В Азербайджане есть ЛГБТ-сообщество, которое имеет те же права, что и все граждане. Единственное, что в стране однополые влюбленные не могут зарегистрировать свои отношения. Возможно, пока наше общество к этому не готово. Но хотелось бы, чтобы появился закон, запрещающий унижать достоинство и наносить физический ущерб людям нетрадиционной ориентации. Хотелось бы также, чтобы людей больше просвещали, доносили бы факт существования людей нетрадиционной ориентации. Ведь такое встречается даже в растительном и животном мире», - пояснила она.

Но сказать об этом в Азербайджане нельзя - общество настроено слишком агрессивно. Верующие вообще не воспринимают гомосексуалистов как полноценных людей.

Отметим, что с точки зрения некоторых мировых религий гомосексуальные склонности не считаются греховными. Однако гомосексуальные акты рассматриваются как грех.

Также во многих странах, например в России, запрещена пропаганда гомосексуализма среди несовершеннолетних.

Джамиля Алекперова (Баку)

http://www.press-unity.com/stati/8766.html

суббота, 1 октября 2016 г.

И снова о религиозных мусульманах в учебных заведениях...

Эксперты задаются вопросом о необходимости запрета ношения паранджи в школе и вузе

01.10.2016 Дж.АЛЕКПЕРОВА, Н.АБАСОВ 

"Если в Азербайджане будет принят закон, запрещающий мусульманкам носить хиджаб или паранджу в учебных заведениях, то они должны будут подчиниться", - сказал в echo.az профессор, доктор философских наук, экс-глава Госкомитета по работе с религиозными образованиями Рафик Алиев.

По его словам, нет необходимости создавать два варианта школьной формы. "Я учился в Багдадском университете, плюс я видел, как там девочки учатся в школе.

Они приходят в университет или в школу в парандже. Но учебном заведения им выделен шкафчик, куда они складывают свою религиозную одежду.

Там самым в классе они сидят в обычной школьной форме, а после учебы одеваются и уходят. Нам стоило бы перенять подобную практику.

Те девочки, которые хотят носить паранджу, пусть носят ее на улице, в школе же или университете нужно создать для них специальные шкафчики или отделы, где они могли бы держать религиозную одежду до конца учебного дня", - отметил он.

Комментируя случившееся в швейцарском Базеле (об этом ниже) Рафик Алиев отметил, что это провокация. Ни в одной стране мира ученики не должны здороваться со своим педагогом за руку. Рукопожатием человек передает свою энергию, но и микробы.

"Я был в Вашингтоне и Нью-Йорке, и видел, как ученики даже не встают, когда входит учитель. А о рукопожатии вообще стоит забыть.

Они считают, что учитель получает за свою работу деньги, поэтому еще и здороваться с ним в знак уважения не всегда стоит. Ни в одной стране мира нет нормы здороваться с педагогом за руку", - пояснил он.

По его словам, религия запрещает женщинам-мусульманкам здороваться с мужчинами за руку. И соответственно, мужчины не должны подавать руку, иначе это считается оскорблением.

Главы мусульманских стран никогда на официальных мероприятиях или приемах не здороваются с женщинами за руку.

В свою очередь глава Правозащитного центра Азербайджана (ПЦА) Эльдар Зейналов, комментируя echo.az случившееся недавно в швейцарском Базеле, заявил: "Я полагаю, что в Базеле проблема возникла, когда учителю подавал руку ученик другого пола.

Мальчику подать руку учителю-мужчине никакими религиозными нормами не запрещено. Но если этому учителю подает руку школьница, то по общепринятым в исламском мире нормам, руку не принимают, так как это воспринимается как сексуальное домогательство.

Отдельная проблема - если мусульманину подают не правую, а левую руку. Это воспринимается как оскорбление, так как именно эта рука используется мусульманами при ежедневных гигиенических процедурах.

В целом принуждать кого-то подавать или не подавать руку для европейского менталитета немного диковато. Определенно школьное руководство решило, что это будет неким способом насильственной интеграции мусульман. Но, по большому счету, для верующего мусульманина это все равно что заставлять мусульман есть в буфете еду на свином сале или плавать в школьном бассейне в бикини.

Разумным является лишь такой запрет, который логично и неизбежно обусловлен самим процессом обучения. Если религиозный школьник будет делать нечто такое, что будет отвлекать от учебы других детей, например, молиться во время собрания или спорить на религиозные темы, то администрация школы вполне может вмешаться".

По его словам, в этой связи особый интерес вызывает неоднозначное отношение в школьных учреждениях к религиозным головным уборам (бурке, хиджабу, кипе, тюрбану и т.п.).

"Во Франции, например, запретили носить в школе не только религиозные головные уборы, но и христианские крестики и звезды Давида. Это было обосновано тем, что открытая демонстрация религиозных символов в обычной секулярной школе может спровоцировать конфликт между детьми. Так как запретили символы всех религий, то в таких делах суды не находят дискриминации и нарушения свободы религии.

Общеизвестно дело "Лейла Шахин против Турции", связанное с запретом студентке ходить в хиджабе на занятия в одном из турецких университетов. В 1998 г., на пятый год ее учебы было принято постановление ректората, под страхом отчисления запрещавшее появляться на занятиях в девушкам в хиджабе и мужчинам с бородой. Ее не допускали на занятия, а затем отчислили за пропуск. В Вене, куда перешла учиться в 1999 г., проблем с хиджабом не было. Спустя несколько лет, в 2000 г., очередной закон отменил наложенные на студентов административные наказания, под что попало и дело Л.Шахин.

Евросуд, до которого добралось это дело, не нашел в нем нарушения свободы совести и религии. Однако в той же Турции, например, хиджаб разрешен женщинам-полицейским, в то время как во Франции или Великобритании он запрещен в авиакомпаниях. Где-то запрещают сниматься в хиджабе на фото для удостоверения личности, а где-то разрешают...

С моей точки зрения, хиджаб, в отличие от бурки или никаба, учебному процессу, несению службы или удостоверению личности не мешает и мог бы вполне вписаться в школьную или военную форму.


Баку, первая школа для девочек-мусульманок, 1907 г.

Чему он помешает - дергать девочек за косички? Слушать уроки? В свое время в Азербайджане даже коммунисты, решительно выступая против бурки (паранджи), разрешали в учебных заведениях ношение школьницами платка. Так что запрещать платок в школе - это претензия быть радикальней большевиков.


Школьницы в Гяндже, около 1931 г.

Как правозащитник я вижу в этом вопросе необходимость для государства соблюсти интересы как общества, которое состоит не только из одних мусульман, так и личности, для которой покрывать голову может быть частью осуществления своих религиозных взглядов. Тут нельзя перегибать палку", - пояснил он.

Как сказал эксперт, например, если ставить вопрос ребром и обусловить возможность обучения в школе рукопожатием между девочкой-мусульманкой и взрослым чужим мужчиной, обнажением головы, занятиями спортом в шортах и т.п., то тем самым можно будет добиться лишь того, что девочек из религиозных мусульманских семей перестанут пускать в школу. Они не будут учиться, и в этом плане их развитие в Швейцарии или Азербайджане мало чем будет отличаться от Афганистана.

"Отвечает ли интересам демократического общества, если девочки после первого класса будут останавливаться в образовании исключительно из-за того, что их не пустят в школу из-за одежды?

С другой стороны, чрезмерное демонстрирование своей религиозности тоже может вызвать конфликт между детьми. Думаю, здесь можно найти золотую середину, т.е. два варианта школьной формы: с открытой и покрытой головой", - пояснил он.