пятница, 26 августа 2016 г.

Пятый корпус: «Малолетка» (33)

Летом 1994 г. количество заключенных в камерах дошло до 6 человек. Обеспокоенное переполненностью камер тюремное начальство организовало 15 сентября перевод части заключенных в три камеры шестого корпуса Баиловской тюрьмы (т.н. «малолетка»), предназначенного для малолетних заключенных и постоянно незаполненного. Корпус имеет просторные камеры, с высокими потолками и с необычной системой вентиляции и естественного освещения – через зарешеченный стеклянный колпак в потолке.

Сначала туда перевели армян, тем самым решив проблему их показа Красному Кресту в комфортных условиях. «Мы даже за месяц немного там загорели под стеклянным колпаком»,- рассказывали впоследствии армяне.

Затем туда же переместили всех русскоязычных заключенных. Потом настала очередь камеры №118. В освободившиеся камеры перемещали из переполненных по 1-2 человека, тем самым «разгружая» их. На следующий день после побега, 1 октября 1994 г., в «малолетку» планировали перевести «жильцов» 120-й камеры. Вообще, если бы «побегушники» не поторопились, вырытый ими туннель точно был бы обнаружен в ходе такого переселения – 120-я камера находится прямо напротив камеры, откуда был совершен побег.

Побег положил этому процессу конец. Через день после побега почти всех заключенных из «малолетки» вернули в «пятый корпус». Там некоторое время оставались лишь «побегушники» и тяжелобольные, но вскоре вернули и их.

Вновь к идее переселения части смертников в «шестой корпус» вернулся в 1997 г. ставший тогда начальником тюрьмы Самир Бахрамов (имя изменено), который был озабочен смертностью заключенных от болезней. 

Рассказывают, что это произошло не без влияния политзека Альакрама Гумматова. В его камере №126, имеющих двое одноярусных нар, располагались сначала 5 смертников, затем в июле 1997 г. добавился еще один, а в августе обитателей камеры стало 8. Летом и в начале осени это еще было терпимо, т.к. можно было спать и на полу, настелив несколько одеял. Но отнюдь не в холодное время года, когда холод от бетонного пола почти автоматически гарантировал болезни. Альакрам в это время в результате обращения персонала представлял из себя, по образному выражению одного из сокамерников, «мешок костей, стакан крови» и вставал лишь на поверку и по нужде. Кроме него, был и еще один больной (Исмаил), который тоже постоянно занимал место на нарах, причиняя неудобства всем остальным. 

Почему-то, несмотря на очевидную проблему со спальными местами, в «больших» камерах вроде этой нары продолжали оставаться одноярусными, как и в сталинское время. Второй ярус наварили уже в 2001 г., после перевода смертников в Гобустан. А тогда, на «рационализаторские предложения» заключенных замначальника Магомед отвечал, что у них в тюрьме нет материала для второго яруса. Может быть, ожидал, что Альакрам или кто-то другой заплатит из своего кармана... 

Восьмой сокамерник переполнил чащу терпения, и 126-я «хата» объявила голодовку с требованием разгрузить корпус, как это было раньше, в 1994 г. По истечении почти 4 суток Альакрама вызвал начальник тюрьмы, который заявил ему, что вопрос решается. На следующий день в коридоре корпуса установили две люстры-вентилятора. Попутно был решен вопрос и о радиоприемнике, который разрешили через пару дней после окончания голодовки (держать радио в наказание не разрешали со времени побега). 

В отличие от первого раза, «переброска», произошедшая во второй половине сентября 1997 г., была сделана очень организованно. На двери трех камер установили электронные автоматические замки, сигнализацию. После этого туда перевели самых больных, например, того же Альакрама Гумматова. Полностью в «малолетку» отселили «петушиную хату» №133, в которой тоже было много тяжело больных заключенных. 

Это было весьма кстати, так как в «пятом корпусе» из-за переполненности камер больные быстро заражались от здоровых и свирепствовали инфекционные болезни. Так что на первых порах и из «малолетки» часто выносили мертвых. Те, кто туда попадал, были настолько больны, что еще при жизни считались мертвецами. Старшина Кахин открыто говорил, что отправляет их туда умирать.

Среди оставшихся в пятом корпусе заключенных ходили страшные слухи о том, что творилось в «малолетке». Например, некоего А., умершего не так давно уже в Гобустанской тюрьме, подозревали в том, что с его помощью были специально заражены гепатитом через еду 6-8 человек. Старику Эльману врач дал 10 каких-то желтых пилюль, после седьмой он скончался. Заключенным показалось подозрительным, что в этом случае старшина Кахин еще до конца лечения заявил, что Эльман скоро умрет, и даже назвал точную дату смерти. Сразу возникла версия об отравлении...

Однако на деле некоторым перевод в более комфортабельный «шестой корпус» спас жизнь. Например, И. вспоминал: «В 1997 г. я заболел воспалением легких, приведшим к сильнейшему истощению… Во время обхода корпуса начальником тюрьмы Бахрамовым, я напросился к нему на прием и он, внимательно меня выслушав, передал через нашего старшину для меня лук, чеснок, сахар, масло и кое-какие медикаменты, а также дал команду главврачу оказать мне помощь. Честно говоря, не было бы дано этой команды – кормил бы я сейчас червей на каком-либо кладбище».

Вот так вот - без команды начальства пресловутая клятва Гиппократа для врачей ничего не значила…

Для полноты картины надо добавить, что в «малолетку» попали и несколько здоровых людей, в частности, давший за это взятку начальству бывший министр сельского хозяйства Мюзамиль Абдуллаев. Он объяснил это «нежеланием видеть старшину Кахина», который производил на него то же впечатление, как удав на кролика.

В конце марта 1998 г., после отмены смертной казни, почти всех пожизненных заключенных перевели из «малолетки» по этапу в Гобустанскую тюрьму. Всех, кроме «политиков» Мюзамиля Абдуллаева и Альакрама Гумматова, которые вернулись в «пятый корпус».

Эльдар Зейналов.

Продолжение:
Пятый корпус: Политзеки (34)
http://eldarzeynalov.blogspot.com/2016/08/34.html

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.